Александр Князев – Город Смерти (страница 5)

Нажав на кнопку дверного звонка, она с опасением оглянулась назад. Олега пока не было видно. Она нажала еще раз.

За дверью послышался встревоженный голос Людмилы Васильевны:

– Кто там?

– Это я Людмила Васильевна! – задыхаясь, прокричала Анна. – Откройте, пожалуйста! Мне нужна ваша помощь! Мой муж, Олег, он хочет меня убить!

Вот уже несколько дней подряд его мучил один и тот же кошмар. Каждый раз во сне он снова и снова оказывался в этом лесу. Он никуда не бежал, просто сидел на сырой земле, прислонившись к старому дереву. Весь лес был окутан мраком. Мысль о том, что ночь никогда не кончится и он теперь ни за что не найдет дорогу к дому, словно парализовала его.

Старые дряхлые ноги совсем не хотели его слушаться. Он пытался встать, но все попытки это сделать оказывались безрезультатными. Дальше происходило все самое страшное. Эта картина постоянно всплывала у него в сознании. Он чувствовал, что они где-то рядом. Он с ужасом осознавал, что они висят на деревьях и смотрят на него. Но пока их было не видно.

Внезапно верхушки деревьев стали освещаться странным зеленоватым светом, таким, как от того подземного камня в их лаборатории. Не в силах оторваться от этого зрелища, он каким-то образом вставал на свои старые дряхлые ноги и подходил ближе к этому месту. Свет с каждой секундой становился все ярче и ярче. Уже можно было различить их фигуры.

Он с ужасом смотрел на это.

На деревьях висели мертвецы. Их тела излучали яркий зеленый свет, который освещал все вокруг. Но самое жуткое было то, что они улыбались. Их губы шевелились, словно они хотели, что-то сказать ему. Он уже не в силах был смотреть на это.

Из груди вырвался жуткий крик, и он бросился бежать. Бежать быстрей от этого места. Но их голоса преследовали его. Белый халат на его плечах развивался на ветру и цеплялся за ветки невысоких деревьев и густых кустов. Мертвецы с веревками на шеях гнались за ним по пятам. Он чувствовал на своих плечах их холодные и цепкие руки. Они желали отмщения за их исковерканные судьбы и ужасные мучительные смерти, виновником которых он являлся.

– Отпустите меня!!! – в ужасе кричал он. – Что вам от меня надо. Отпустите! Отпустите! Вы сами во всем виноваты!

Внезапно нога его цеплялась за что-то твердое и, не в силах удержаться, он падал на землю.

И просыпался…

Этот сон повторялся уже много раз, но с каждым разом он был все отчетливее и реальнее. Как раз это и пугало его больше всего.

В полумраке раздался телефонный звонок. Дряхлая старческая рука не спеша подняла трубку и медленно поднесла ее к уху. Звонивший был явно чем-то взволнован.

– Добрый вечер. Я звоню по поводу нашего нового ученика Олега Ветрова. Вы же знаете, мы ведем за ним наблюдение и прослушиваем все его разговоры. Короче говоря, он не справился. У него ничего не вышло. Что прикажете делать?

– Ты не помнишь, что мы делаем в таких случаях?

– Я помню.

– Он не смог ее убить?

– Нет.

– Она знает о его намерениях?

– Да, знает и винит во всем нас.

– Тогда все ясно. Ее необходимо убрать и как можно быстрее. Его тоже нельзя оставлять в живых. Он не справился, а наказание за это у нас одно, и ты знаешь какое. Все, выполняй.

– Слушаюсь, Учитель.

Глава 3

Подходя к своему дому, Ольга заметила у подъезда машину скорой помощи с открытыми задними дверцами. Зайдя в подъезд, она услышала жуткий, леденящий душу крик. Он исходил из соседней квартиры, в которой жила знакомая ей уже долгое время семья Федоровых.

Жена Елена Сергеевна, муж Михаил Васильевич и их двадцатипятилетний сын Антон, бывший наркоман, который уже долгое время беспробудно пил и вел такой образ жизни, который с трудом можно было бы назвать здоровым, да еще и участвовал в каком-то сомнительном обществе или секте.

Как только она поднялась на лестничную площадку, дверь напротив внезапно отворилась и из знакомой ей квартиры Федоровых вышли двое мужчин в медицинских халатах, крепко держащих за руки Антона. Правая рука у него была крепко перебинтована, повязка насквозь пропиталась кровью. Обезумевший парень кричал во все горло и пытался вырваться из крепких объятий санитаров.

«Что это с ним?» – удивилась Ольга, испуганно смотря на парня. – «Такого с ним еще никогда не было. Похоже что-то с нервами». Взглянув на его лицо, она ужаснулась. Весь рот Антона был в крови, а выкатившиеся из орбит глаза, были полны такого ужаса, что ей самой стало жутко.

– Что с ним? – спросила она у одного из санитаров.

– А вы сами как думаете? – усмехнулся тот, с интересом поглядывая на девушку. – Временное психическое расстройство, а может, и не временное. Это всё алкоголь или наркотики. Ничего, полежит недельку другую – поправится. У нас много таких товарищей.

Антон, увидев Ольгу, закричал:

– Это не я, понимаешь? Это уже не я! Я не хотел! Они заставляли меня! Их было много! Они хотели забрать меня с собой! Они говорили, что у меня нет выхода! Я убежал! Убежал, но они все равно, найдут меня. Я слышу их голоса! Они вот здесь, они во мне.

– Кто – «они»? – недоуменно спросила она.

– Они. Они. Это были они. Они убили Олега и его жену Анну. Они всех убили. Я теперь многое вижу. Закрываю глаза и вижу. Все вижу. А они знают об этом. Они убили их вместе с бабкой.

– С какой бабкой?!

– Бабка. Она заходила к ним за газетой. Они и ее убили. Я видел это сам. Я видел это у себя в голове. Закрывал глаза и видел. Это были они. Точно они.

– Кто они?

– Их всего тринадцать. Десять подчиняются двум. Ко мне приходили только трое. Аамон, Лорей, Форо… они лишь слуги, исполнители. Я знаю, это были они. Но тринадцатый… я никогда его не видел. Его никто не видел. Он никогда не показывает своего настоящего лица. И я даже знаю, почему! Скажите ей…скажите ей, что я люблю ее!

– Вот видишь? – усмехнулся санитар. – Несет какую-то ерунду. Мать говорит, его уже так целый час ломает. Руку себе прокусил, вон рот весь в крови. Ничего удивительного. Наркотики и спиртное до добра не доведут. Завязывать надо с этим пока окончательно не определили.

– Я впервые его таким вижу, – пожала плечами Ольга.

– Всё когда-нибудь происходит впервые.

Схватив за руки, содрогающегося в конвульсиях Антона, санитары поспешно повели его к выходу. Ольга сделала шаг в их сторону.

– А куда вы его везете?

– Сейчас к врачу. А там видно будет.

Ольгу очень заинтересовал этот случай с Антоном и она, решив разобраться во всем, зашла к его родителям через некоторое время, после того как его увезли. На пороге ее встретила мать Антона – Елена, средних лет женщина с большими грустными глазами.

– Привет, Оленька, заходи.

Ольга сразу заметила, что она была очень расстроена.

– Заходи, присаживайся.

Сняв обувь, Ольга проследовала вслед за Еленой в гостиную, где за ноутбуком сидел отец Антона – Михаил.

– Ты знаешь, Оленька, ведь у нас опять неспокойно?

– Я уже все знаю. Именно поэтому я и зашла. В бреду Антон говорил, что кого-то убили. Может, это и бред, но понимаете, я должна проверить? Как-никак служба обязывает.

– Да-да, я понимаю. Чем я могу помочь тебе?

– Елена Сергеевна, расскажите подробно, как все было?

– Как все было? Ну, я пришла домой первая и застала его в ванной, – дрожащим голосом начала женщина. – У меня даже ноги подкосились, когда я его увидела. Он лежал на полу и грыз себе руку. Ты представляешь, он же до крови ее прогрыз. Лежал на полу и все твердил про какой-то Речной Дом.

– А что за дом?

– Не знаю. Он говорил, что никогда больше не вернется в Речной Дом. Прямо так и твердил. «Я никогда больше не вернусь в Речной Дом. Честное слово, я больше никогда не вернусь туда».

– Речным домом, насколько я знаю, у нас называют старый заброшенный завод на берегу реки, – задумчиво произнесла Ольга.

– Он все время обращался к какому-то человеку, называя его по имени, – продолжила Елена Сергеевна. – У меня даже появилось такое чувство, как будто кто-то невидимый находился рядом.

– Какое имя он называл?

– Да вот я не помню. Какое-то нерусское имя. Я вообще впервые такое слышала. Какое-то оно, что ли итальянское…

– Итальянское?

– Ну да. Или латинское…

– Так. Понятно. А какое именно, вы не помните?

– К сожалению, нет.