Александр Клюквин – Последний Дон Кихот (страница 24)

И обращают к простоте.

И искру Божью нам вменяют

В её великой чистоте…

Белки в колесе

Бывает так, что нужно промолчать,

А мы кричим.

Бывает так, что хочется сказать,

Но мы молчим.

Застывшие вечерние часы

Давно не бьют.

Ума и сердца хитрые весы

На части рвут.

Как трудно что-то новое впустить

В свой тесный мир,

Когда уже несложно всем простить

Их личный пир.

Но в нашей жизни нет таких дорог,

Что без конца.

Мы шли по ним, и каждый шел как мог,

На зов Творца.

Все наши горизонты не в глазах,

Не впереди.

Они всегда рождаются в мечтах,

У нас в груди.

Бывает так, что хочется бежать,

А мы стоим.

Но чаще так, что нужно бы стоять,

А мы бежим…

Пандорум

Я за горькую правду,

Ты за сладкую ложь.

Компромиссов не жажду,

Да и жить невтерпёж.

До свидания, прелесть.

Впрочем, лучше прощай!

Я воскреснуть осмелюсь,

Ну а ты не скучай.

Игнорируя память

Заметаю следы.

Нас уже не исправить

Без нежданной беды.

Слишком поздно мириться

У развилки дорог.

Ну и как говорится:

Вот он Бог, вот порог.

Мы не стали чужими,

Но и лада в нас нетю

За речами большими

Провели много лет.

А теперь – время дела,

Время воли и слёз.

До души и до тела

Мир повторно дорос.

И сладка горечь правды,

И горчит уже ложь.

Но всё так же не рады,

Словно жизнь – медный грош…

Вчерашний день

Когда покроется снегами

Вчерашний всё убивший день,

И по миру пойдёт кругами

Моя глухонемая тень,

Не поминай напрасно лихом

Невысказанность слёзных сцен.

И в омуте беспечно тихом