Александр Кипчаков – Хроники инквизитора Стерна. Книга 2. Космическая орда (страница 10)

«Тигр», ведомый Брекеттом, съехал по одному из ведущих к космопорту пандусов и подрулил к въездным воротам, над которыми ярко светилась трёхмерная цифра «5». Находившиеся в бронированной будке охранники, заслышав звук мотора подъезжающей машины, повернули в её сторону головы, затем один из них протянул руку к панели управления охранными системами. Из альфабетонной стены выдвинулся сканер, на передней панели которого требовательно загорелся красный огонёк. Брекетт остановил джип точно в метре от ворот и, высунув руку через опущенное окно, приложил к сканеру свой идентификационный ЭМ-жетон. Устройство издало серию тональных звуков и тревожный красный огонёк сменился на успокаивающий зелёный. Тяжёлая створка ворот, дрогнув, медленно поползла в сторону, открывая проход.

- Мико – мы въезжаем на территорию порта, - произнёс Стерн в микрофон своего коммуникатора. – Опускай аппарель.

- Понял, шеф, - отозвался пилот штурмовика.

- Ты был когда-нибудь на этой Бинту? – спросила Кассандра.

- Был. Три года назад. Не по делу, так просто. Селенский пригласил меня и мою тогдашнюю группу провести там неделю отпуска, которую нам всем тогда предоставили.

- Это что, курорт, что ли?

- Нет. Бинту – высокоразвитая аграрная планета, административный центр Шестого Пограничного Квадранта Аттического Сектора. Имеет огромное значение для той части имперского космоса, наряду с Астерой, Плуво Кадисом и Шайенном. Там постоянно находится линейное соединение Флота, на Бинту также, как на столичной планете квадранта, дислоцирована бригада Космического Десанта и расположено Бюро Инквизиции. Любой космический корабль, выходящий в системе из гиперсферы, подвергается самому придирчивому досмотру и не приведи Дух Космоса пограничники что-нибудь заподозрят. Сожгут и глазом не моргнут! Но отдохнуть там и правда есть где. Тот же «Лазурный берег», о котором упоминал Мико. Хорошее место… н-да…

Стерн замолк и погрузился в какие-то одному ему ведомому раздумья. Брекенридж покачала головой, но ничего не сказала.

Проехав с десяток километров по керамлитовой поверхности стартопосадочного поля, Брекетт резко вывернул руль и, миновав грузовой корабль, находящийся в данный момент под погрузкой (с четыре десятка киб-погрузчиков деловито сновали взад-вперёд по опущенным грузовым аппарелям, завозя в трюмы звездолёта массивные серые контейнеры), подкатил к стоящему в двухстах метрах от грузовика штурмовому корабля Имперской Инквизиции модели «Ятаган». Как только «тигр» показался в пределах видимости из пилотского отсека «Ятагана», в кормовой части корабля Инквизиции начала опускаться транспортная аппарель, по краям которой зажглись зелёные габаритные огни. Брекетт сбросил скорость, аккуратно подъехал к штурмовику и медленно провёл машину по пандусу, очутившись в транспортно-грузовом отсеке «Ятагана». Как только джип замер на металлическом полу отсека, из пола выдвинулись мета-магнитные зажимы, намертво зафиксировавшие колёса «тигра».

- Мы на борту, Мико, - проговорил Стерн, отстёгивая ремни безопасности и открывая дверцу со своей стороны. – Подготовь запись сообщения лорда-инквизитора Селенского и начни расчёт гиперкурса до системы Бинту. Я буду в отсеке управления через минуту.

- Шойн! – отозвался Кендалл.

- Коллеги – прошу вас занять места согласно полётному расписанию. - Фарадеец покосился на Брекенридж. – Тебя это тоже касается, Кассандра. Обо всех изменениях я вас уведомлю, как только разберусь, в чём там дело.

- Долго только не тяни резину, - сказала Брекенридж, вылезая из джипа. – А то с тебя станется поставить перед фактом тогда, когда корабль уже будет в космосе.

Стерн в ответ на эти слова сидонийки лишь хмыкнул.

Мико Кендалл, сидящий в пилотском кресле перед пультом управления, повернул голову на звук открывающейся входной двери в кабину штурмовика и кивнул Стерну, после чего указал ему на панель коммуникатора.

- Всё готово, шеф, - произнёс Кендалл. – Введи свой личный код, тогда коммуникатор сможет воспроизвести сообщение с Бинту.

Инквизитор молча подошёл к панели связного устройства, включил его и набрал на возникшей перед ним в воздухе трёхмерной сенсорной панели сложный шестнадцатизначный код. Над коммуникатором вспыхнула тонкая световая нить, которая развернулась в трёхмерный видеообъём, протаявший в глубину. Прямо перед Стерном возникло суровое лицо человека в мундире лорда-инквизитора, с закреплённой над правым ухом гарнитурой коммуникационного устройства.

- Лаймон Стерн – мне известно о том, что ты в данный момент находишься на Целлинии с неким заданием, - без какого-либо предисловия произнёс Селенский. – Посему обращаюсь к тебе с персональной просьбой прибыть на Бинту для оказания помощи в расследовании некоей проблемы, с которой мы столкнулись в одной из пограничных систем. Точной информации, к сожалению, мы не располагаем, однако речь может идти о возможной ситуации по коду «тройное А». На данный момент известно, что прервалась связь с горнодобывающей колонией на планете Абаддон, на самой границе Шестого Пограничного Квадранта, расположенной всего лишь в девяти парсеках от внешней границы Империума. Дело осложняется ещё и тем, что в той части космоса в гиперсфере возникло квантовое возмущение, так что сейчас система Тау Кузнеца, в которой находится Абаддон, фактически отрезана от остального Империума. Сообщение, которое мы получили оттуда, сильно фрагментировано и из него крайне трудно понять, что же там происходит, но одно ясно – там творится какая-то хренота. Вторжение ли это сил Хаоса, нападение пиратов или боестолкновение с неизвестной ксенорасой – сказать невозможно. Сейчас на Бинту находится крейсер Инквизиции «Доминатор», командира которого вы хорошо знаете по одному из своих прошлых расследований. «Доминатор» находился в нашем секторе пространства в связи с профилактическими мероприятиями в системе Самилан – обеспечивал безопасность орбитальных верфей Самилана-VII при проведении ремонтных работ на охранных космических платформах. Это всего в семи парсеках от нас, поэтому я взял на себя смелость вызвать капитана Мазарини и сообщить ему о ситуации. Капитан любезно выразил готовность помочь нам в расследовании этого странного дела и в данный момент «Доминатор» находится на одном из орбитальных терминалов Бинту, где проходит соответствующие предстартовые процедуры. Лаймон – надеюсь, что ты сможешь уважить просьбу бывшего однокашника и поможешь нам разобраться со всем этим. Тебе ведь от Целлинии до Бинту лететь всего ничего, а я боюсь, что пока с Терры пришлют опергруппу, на Абаддоне, может статься, и спасать уже будет некого. Данное сообщение я скрепляю своим персонкодом и пересылаю на твой «Ятаган» зашифрованным пакетом. Конец связи.

Суровое лицо лорда-инквизитора Селенского покрылось интерференционными волнами и исчезло из створа виома. Голографический экран мигнул и, свернувшись в световую нить, втянулся в коммуникатор и исчез.

- Интересно, - протянул Кендалл, прищуренными глазами глядя на Стерна. – И что ты об этом думаешь, шеф?

Фарадеец задумчиво потёр ладонью подбородок, на котором уже начала пробиваться свежая щетина.

- Сложно что-либо сказать, исходя вот из таких данных, Мико, - отозвался инквизитор. – Ясно одно – там что-то происходит. Что-то… нехорошее. По пустякам Селенский не стал бы меня дёргать. А то, что на Бинту сейчас находится «Доминатор», является приятной неожиданностью. С капитаном Мазарини было в своё время очень приятно работать. Надеюсь, за эти два года он не изменился в худшую сторону.

- Увидим, - лаконично произнёс Кендалл. – Но вот гипершторм – это серьёзно. Тау Кузнеца действительно труднодоступна сейчас, но я бы не стал говорить, что система полностью отрезана от остального космоса. Пробиться через квантовое возмущение можно, хотя это потребует серьёзных энергозатрат. Правда, для крейсера это не так проблематично, как было бы в случае, попробуй мы добраться до Абаддона на «Ятагане».

- Посмотрим на месте, Мико. Рассчитай курс до Бинту и начинай предстартовую подготовку. Я сам внесу в бортжурнал запись об изменении полётного плана и пошлю сообщение в штаб-квартиру на Терру.

- Хорошо, шеф, - кивнул Кендалл, поворачиваясь к пульту управления.

Стерн некоторое время постоял рядом с пилотом штурмовика, глядя на его уверенные действия, затем молча кивнул сам себе и быстро вышел из кабины «Ятагана».

Штурмовые корабли хотя и были оборудованы гипердрайвом, в плане удобств мало чем могли похвастаться. Они были предназначены для быстрой высадки штурмовых отрядов и зачистки вражеской территории, но никак не для длительных перелётов. Кабина пилота, десантный отсек, рассчитанный на перевозку двух взводов солдат-штурмовиков Инквизиции, грузовой трюм для боевой техники, машинное отделение и расположенный в самой нижней части корпуса отсек для реактивных бомб – вот и всё содержание. Именно поэтому, получив соответствующее разрешение от транспортного сектора Инквизиции, полтора года назад Стерн полностью переоборудовал свой «Ятаган» на орбитальных верфях Одина. Грузовой трюм и машинное отделение, равно как и кабина пилота, не претерпели существенных изменений, разве что теперь, вместе с «тигром» и «раптором», на грузовой палубе размещался штурмовой шагоход «Каратель» - эдакая миниатюрная версия тяжёлого шагохода «Палач»… миниатюрная, но от этого ничуть не смертоносная. А вот десантный отсек был полностью переделан и теперь на его месте располагался полноценный жилой модуль с отдельными каютами, которые были оборудованы всеми необходимыми для длительных полётов удобствами. Да, ещё стоит упомянуть про бомбовый отсек, который был расширен с тем, чтобы нести в своём чреве куда более серьёзное оружие, чем обычные реактивные бомбы. Шестнадцать зарядов «ультиматум-экстра» - термобарические бомбы, надёжно зафиксированные в мета-магнитных фиксаторах, одновременный подрыв коих способен был превратить в гигантский костёр довольно большой город. Спасения в этом рукотворном аду не было – пламя, возникающее в результате взрыва такой бомбы, достигало температуры в полторы тысячи градусов, плюс создаваемая взрывом вакуумная «подушка» мгновенно вытесняла собой воздух из любых укрытий, убивая чудовищным перепадом давления. Стерн пытался получить разрешение на атомную бомбу, но ему вполне доходчиво объяснили, что одно дело – термобарический заряд, и совсем другое – термоядерный. И того, чем располагал штурмовик фарадейца, было достаточно, чтобы уничтожить всё живое на территории площадью в пару тысяч квадратных километров.