Александр Катеров – Лестница в небо, или Рассказ очевидца (страница 20)

– Он скоро придет в сознание, – утверждала она.

Я посмотрел на лежавшего на траве Сапога и произнес:

– Эх, Саша, Саша! Мало тебе проблем?..

Что-то похожее на тень крутилось у его тела, она напоминала человеческую. Эта тень была частью его души, выскочившей из тела.

– Сапог, Саня! – Позвал я, теряясь в догадках.

Его душа дернулась ко мне и, вернувшись обратно, остановилась где-то посередине. Она то приобретала образ Сапога, то снова становилась серой-зеленой массой. Я окликнул его повторно и он, оторвавшись от тела, приблизился ко мне. Облик его выглядел блеклым и безликим, но я легко замечал в нем черты моего бывшего одноклассника.

– Моряк! Это ты? – Удивленно спросил меня Сапог.

Я промолчал, а он продолжил:

– Я, что умер?

– Ты, чего наделал? – Ответил я ему вопросом.

– А, что я наделал? Авария, с каждым может случиться.

– Я не об этом. Ты почему здесь? Ты ведь живой? Смотри, твое сердце еще бьется, – сказал я и указал на бордовое пятно в его теле.

– Ну и пусть себе бьется. Мне и здесь хорошо!..

Он поднялся в небо, а тоненький волосок жизни, прикрепленный к его запястью, потянулся за ним.

– Его душа от страха выскочила из тела. Так бывает, – заключил я, а в памяти закрутился случай из моего далекого детства.

Когда-то давно, когда я был подростком, я решил перепрыгнуть с крыши одного дома на другую. Здания стояли рядом и расстояние между ними казалось мне небольшим. Но двадцать метров для мальчишки было многовато. Я не оставлял своей затеи и часто, сидя во дворе, рассчитывая траекторию полета. Один из домов был пятиэтажным, другой на этаж меньше. Я стал готовиться к прыжку и очень часто стоял на краю пятиэтажки, примеряя дистанцию.

И вот этот день настал, и я рано утром, когда родители ушли на работу, забрался на крышу пятиэтажного дома. Страха не было, как не было и уверенности в успехе задуманного перелета. Зачем и для чего, я рисковал тогда своей жизнью, я даже не знал. Об этом я вспомнил только тогда, когда заметил, что не долетаю до крыши и падаю вниз.

Мной охватил ужас и передо мной проскочила вся моя недолгая жизнь, финалом которой был этот глупый и никому не нужный прыжок. Я видел себя со стороны, я понимал, какими ошибочными были мои расчеты, и, наконец, я видел, как заканчивается моя жизнь.

Не долетев полметра до крыши, я заметил, как вдруг невидимая сила, нарушая все законы физики, подтолкнула меня к верху, и я уцепился за край кровли. Я наблюдал со стороны, как трудно было мне подняться на крышу, как беспомощно я махал ногами, ища опоры и, как скользили мои руки по ее гладкой поверхности. Мне не хватало духа и я метнулся на помощь. Вместе мы одолели препятствие, и я уже скоро лежал на крыше и смотрел в небо. Этот случай я запомнил на всю жизнь. И если бы такое случилось не со мной, то я бы никогда этому не поверил. Но теперь, спустя время, я мог дать объяснение этому чуду. Все в нашей жизни неспроста и неслучайно и тому подтверждением являлся мой случай. От страха неминуемой смерти моя душа выскочила из тела, чтобы зафиксировать всемогущество Бога, который не позволил случиться тому, чему еще не подошел срок…

– Так, что задумайтесь, люди, когда вас спасает счастливый случай, а случай ли это? – Обратился я к присутствующим, которые меня не услышали, а продолжали хлопотать у тела Сапога.

Никто даже не посмотрел в мою сторону, они продолжали спорить у места аварии и вдруг кто-то закричал:

– Смотрите огонь!

Люди отступили от машины, а я заметил, как небольшие языки пламени охватили мокрую траву и быстро приближались к автомобилю. Похоже было, что кто-то из зевак бросил окурок на землю, не замечая, что трава у машины была полита бензином. То ли это случилось от перевернутой канистры, выскочившей из багажника, то ли сам бензобак дал течь, сейчас это уже не имело значения.

– И что теперь будет? – Услышал я за спиной.

Я оглянулся и увидел растерянное лицо Сапога.

– Что нагулялся? – Спросил я его с упреком.

Тот промолчал, а в этот момент вспыхнула его машина.

Пламя охватило весь автомобиль, и его огромные языки устремились к небу. Стало жарко и люди отбежали на безопасное расстояние. Я был рядом у брошенное тела Сапога, в котором еще билось сердце.

– Саня! – Окликнул я его, но ответа не последовало.

– Даже здесь он струсил, – выругался я и посмотрел на толпу зевак, которые оставили Сапога умирать у пожарища…

Все ожидали взрыва и поэтому боялись тронуться с места. Вдруг из толпы выскочил парень и направился к горящему автомобилю.

– Игорек, Гарик! Ты куда? – Окликнул его товарищ.

– Сейчас рванет! – Сказал кто-то другой.

А Игорь, так звали парня с Мерседеса, подхватил Сапога на руки и метнулся обратно. Прогремел взрыв, и огненная вспышка уложила спасателя на землю. Когда огонь отступил, люди осмелели и стали спускаться к месту трагедии. Тело Игоря дымилось, издавая запахи паленого мяса. Услышав голоса людей, он что-то прошептал и перевернулся на бок, освобождая Сапога из-под своего могучего тела.

Заметив рядом с собой душу Сапога, я с упреком спросил:

– Тебе не стыдно, он опять тебя спас!..

Сапог ничего не ответил, а я подумал:

– Что с него взять? Он же сейчас получеловек.

Я махнул рукой и добавил:

– Он-то и в земной жизни всегда был на половину…

Когда приехали спасатели и врачи погрузили пострадавших в машины, Сапог вдруг признался в своих ошибках, я ему сказал:

– Ругать я тебя не буду, но и жалеть не стану. Я дам тебе только один совет, а ты решай сам. Вот ты сейчас здесь, пока здесь. Но в этой жизни есть и другие места…

– Ад, например? – С иронией произнес Сапог.

– Ты зря смеешься, Саша, – остановил я его и заметил, как совсем потерял интерес к дальнейшему разговору.

Подметил это и Сапог, он извинился, а я посоветовал:

– Возвращайся ты, Саша, обратно. Нить твоей жизни еще не оборвалась, но натянулась до предела. Так что времени на раздумье у тебя не осталось. Там на земле, в той жизни, у тебя еще будет возможность что-то исправить и изменить. Так что спеши. Сейчас нить порвется, и мы с тобой больше никогда не увидимся.

– А если я останусь? – Торговался Сапог.

– Здесь ты не останешься. Тебе дали шанс – вернись сам…

– А если… – Начал было Сапог, но я его перебил.

– Ты теряешь время, Саша!

Вдруг он как-то перевернулся и потерял человеческий облик.

Он стал удаляться, и я услышал его прощальные звуки:

– А! А-а, ад!..

В машине скорой помощи я заметил, как душа Сапога входила в тело. Смешиваясь с бордовым цветом сердца, серо-зеленый масса, приобретал мрачные оттенки. Она забурлила в его теле и медленно стала заполнять, выделенное для нее пространство.

Жизнь возвращалась к нему и голос медсестры оповестил:

– Пульс нормализуется.

– Он открыл глаза, – сообщала девушка, а Сапог спросил:

– Я, что живой?

– Живой, – вмешался молодой реаниматор и добавил:

– Дайте ему кислород.

Вскоре Сапог закрыл глаза и уснул, а я вылетел из машины и поднялся высоко в небо. Там, у подножия небесной лестницы я остановился, чтобы перевести дух и дать оценку увиденному.

Глава 12.

Спустя неделю я посетил больницу в которой разместили пострадавших от аварии. Это была рядовая и старая больница с ветхими строениями и незавидным медперсоналом. Ее авторитет был утерян при переделе собственности и поэтому многие из горожан выбирали другие медицинские учреждения с лучшими условиями и репутацией.

После реанимации Сапога определили в общую палату, где он заканчивал лечение, а Игоря положили в палату для тяжелобольных. Врачи давали ему не утешительные диагнозы, а его состояние оценивали, как критическое. Он нуждался в пересадке кожи и лечении в ожоговом центре. Но это стоило больших денег, которых у Игоря не было. Поэтому он и лежал здесь в районной больнице, в отдельной палате, принимая обезболивающие, да общеукрепляющие инъекции.

Я заметил, что сиделкой у него была мать – не молодая женщина лет пятидесяти, а меняла ее молоденькая медсестра, которая проявляла к Игорю особое внимание и все свое свободное время проводила у его кровати. С матерью он говорил мало и совсем неуважительно, с Катей же, так звали медсестру, беседы имели задушевный характер и было заметно, что Игорь безгранично доверял этой девушке.