Александр Касеев – Жаркое лето девяносто третьего… Часть 1 (страница 14)

Я отстранился от него и сделал шаг назад.

– Может он знает? – снова по-дружески спросил меня Смирный.

Вот эти вот качели меня добивали и выводили из равновесия. «Вы либо бейте и отвалите, либо просто отвалите! Чё вам надо-то?» – в уме рассуждал я.

– Не знаю, – ответил я Смирному.

– Чё в пакете? – спросил меня Шиша.

– Продукты… – ответил я.

– Ты вафлёр?

– Нет.

– Ну-к, покаж… – кивнул он на пакет.

Седой выхватил его из моих рук и заглянул внутрь.

– У-у, хлеб, молоко, яйца… – разочаровано протянул он и поднял на меня взгляд. – А сиги где?

– Нету.

– Ну, так сбегай.

Я стоял и молчал, потупив взгляд.

– Подожди… – осадил его Смирный и повернулся ко мне. – Слушай, будь другом, сходи до ушана, спроси, где суслик живёт.

– Ладно, – потянулся я за пакетом.

Я хотел уйти и больше не возвращаться. Но мой план не сработал.

– Э-э, не-е. Пакет пока здесь побудет. Ушастого позовёшь, заберёшь, – поставил условие Седой.

– Пойдём, я с тобой схожу? – Предложил Смирный.

Я понял, что если сейчас Смирный пойдёт со мной, то мне точно придётся идти с ним к Женьке и подставить его. Понимая, что мне сейчас придёт пиздец, я сделал свой выбор. «Да и фиг с ним! Может, всё это быстрее закончится…» – уже с каким-то безразличием подумал я про себя.

– Да никуда я не пойду! – с непреднамеренным возмущением произнёс я.

У меня в горле вмиг пересохло, и я больше ничего не мог сказать.

– Оп-па! Нихуя себе! Это кто там заблеял? Ты там чё, пока трясся, яйца отрастил, что ли? – с удивлением произнёс Шиша и повернулся к Седому. – Ну-ка, верни-ка ему пакет.

Седой размахнулся и со всей силы ударил пакетом об пол в беседке, разбив в нём бутылку с молоком и яйца.

– Ой, упало, – с ироничным сожалением произнёс Седой и протянул пакет мне. – Считай, омлет уже готов. На, вот…

Я взял пакет и заглянул внутрь. В пакете месиво. Я недовольно поморщился.

– Слышь? А ты Читу знаешь? – спросил меня Шиша.

– Нет.

– Ну как же? Пидарасик тут один ходит, жопастый такой, с Радуевой пляшет, – пытался описать Смирный, какого-то неизвестного мне соседа.

– Блин, пацаны, я вообще не понимаю, о ком вы говорите.

Я не понимал тогда, что они говорили о Генке, так как был уверен, что он занимается борьбой, а не танцами.

– Пойдёшь к нам? – неожиданно подобрел Шиша.

– Куда?

– Ебать верблюда! Ты, блядь, тупой, что ли?! Ты чё, моё терпение-то испытываешь?! – снова вспылил он и тут же осадил. – В бригаду к нам пойдёшь?

– Чё делать?

– Лошков местных чмырить будем, на базаре бабок крышевать.

Я не знаю, что тогда на меня нашло. То ли я почувствовал себя равным им, то ли просто не удержал язык за зубами.

– Вместо Седова со Смирным, что ли, шестерить?

«Блин! Нафига я это сказал? – подумал я. – Теперь мне точно пиздец».

Смирный посмотрел на меня с какой-то ненавистью, прищурив взгляд.

– Чё, охуел?! Седой, гаси его нахуй!

Я растерялся и впал в ступор. Седой подпрыгнул и, зацепившись руками за балку крыши беседки, по инерции ударил меня ногами в грудь и лицо. Я бросил в него пакетом. Тут же со скамейки подорвался Смирный. Он подскочил ко мне и размашистыми боковыми ударами начал бить меня по лицу. Я попятился и упал. Отморозки начали избивать меня ногами.

Я лежал, прижавшись спиной к стенке беседки и сгруппировавшись, закрывал лицо руками, поджав колени к груди. Удары приходились по ногам и рукам. Когда меня били сверху, то попадало по корпусу тела, так же пропускал удары и по лицу.

– Всё-всё, хватит. А то щас соседи мусоров вызовут. Пошли отсюда, – остановил их Шиша.

Он подошёл ко мне, склонился и, убрав мои руки, открыл мне лицо.

– Слышь, чепуха? С тебя десятка, – вполголоса произнёс Шиша.

– За что?

– За развлечение и наше потраченное время. Не принесёшь, через неделю двадцатку должен будешь. Понял?!

Следом подошёл Смирный. Он тоже склонился надо мной и усмехнулся:

– И это, Суслика с Ушаном увидишь, им тоже передай, что они нам по десятке с рыла торчат.

Отморозки оставили меня лежать, а сами ушли в сторону микрорынка. Я дождался, пока они скроются за углом дома, поднялся и сел на скамейку в беседке. Из нашего подъезда выбежал Женька и быстрым шагом подошёл ко мне сзади.

– Здорова?! – усмехнулся он.

Я вздрогнул от неожиданности и обернулся. Женька протянул мне руку, и я её пожал.

– Здорова, – вздыхая, угрюмо ответил я.

Женька зашёл в беседку и сел на скамейку напротив меня.

– За что они тебя?

Я иронично легонько ударил себя по лбу.

– Бля-а, забыл спросить… Пойду, догоню… Спрошу, – с сарказмом произнёс я.

Женька невольно засмеялся, пытаясь сдержать смех.

– Ты чё выбежал-то?

– Стреляли… – пытался шутить он. – Да на балконе стоял. Смотрю, они тебя окучивают.

– И чё? Возникло непреодолимое желание тоже опиздюлиться?

– Помочь хотел… Одного-то точно бы ушатал.

– Они и без тебя справились, – пытался шутить я.

После того раза до сегодняшнего дня мы с Женькой так и не общались. Какая-то обида у меня была на него. А Женька рассердился тогда на меня из-за того, что я отказался от второй попытки отомстить этим ублюдкам.