Александр Каневский – Кровавая Мэри (страница 6)

– Что за название «Мэри»? Никогда не слышал.

– И я!.. Но когда прокрутили рекламный клип и я узнал, что она может-у меня крыша поехала! Это не машина – это фантастика!.. Полная автоматика: задаёте маршрут и ложитесь спать – она сама привезёт вас, ни с кем не столкнувшись, останавливаясь перед светофорами, пропуская пешеходов!.. Представляете?… Плюс полная герметизация – можно передвигаться по дну реки, как в танке!.. Одним нажатием кнопки вы меняете номера, меняете её цвет, прямо на ходу, без перекраски!.. И ещё много-много разных приколов!..

Он был возбуждён, раскраснелся, размахивал руками – Борис подумал: наверное, так Петрарка рассказывал о своей Лауре.

– И вы ломились в сейф, чтобы украсть деньги и купить себе такую же машину?

– Да. Но судьба распорядилась иначе, и мне уже не надо покупать.

Борис внимательно посмотрел на него и негромко спросил:

– А не вы ли подкорректировали судьбу?

– Не понял?

Возбуждение прошло, взгляд Арнольда снова стал настороженным и испуганным.

– Нам рассказали, что когда отец поймал вас с поличным, он обругал вас и побил, а вы угрожали его убить.

– Не помню, я был очень зол, мог и угрожать. Но я не убивал его!..

– Где вы были вечером и ночью?

– Как всегда, ужинал в «Пегасе», а потом ночевал у Ромочки. Ромочка подтвердит.

– Кто платил за ужин?

– Это имеет значение?.. А, понимаю: вы думаете, что из-за ужина Ромочка меня будет выгораживать?..

– Мне просто интересно.

– Хорошо. Платил я. Я всегда плачу. Потому что Ромочка бедный. Но честный!.. А точнее: честный, поэтому и бедный.

– Ладно, о Ромочке потом. А как вы относитесь к Юле?

– Как можно относиться к хищнице?.. Не люблю и презираю. Беспардонно сосала деньги!

– Из вашего наследства?

– Вы опять поворачиваете на меня?.. Да, я – единственный сын, ему некому больше оставлять… Хотя от него можно ждать любых выходок… Поскорей бы вернулся наш адвокат-завещание у него.

– А где он?

– На Канарских островах. Завтра прилетает, в четыре тридцать.

– Откуда вы это знаете?… – Арнольд смешался. – Вы ему уже звонили?.. Да или нет?

– Да, звонил. Звонил!

– Почему вы так разволновались?

– Потому что это естественно: решается моя дальнейшая жизнь!.. А как вы бы себя вели, если бы ожидали многомиллионное наследство?

– Не знаю: мне это не грозит… – спокойно сообщил Борис, и, не меняя тон, спросил. – Где я могу видеть вашего Ромочку?

– Зачем? – испугался Арнольд. – Он ни в чём не виноват!..

– Вы считаете, что лучше прислать за ним милиционера?

– Нет! Не надо, прошу вас!.. Это испортит его репутацию!

– Где я смогу его повидать?

– В ночном клубе «Голубой банан» – это название Ромочка придумал! Оно привлекает, народ прёт.

– Спасибо. Мы ещё встретимся. А пока, мой вам совет, примите душ и проспитесь. И из города не выезжайте. Если вы это сделаете, я вас найду и арестую. Ясно? – Арнольд покорно кивнул. – Спокойной ночи, точнее, утра!

Внизу, в холле, Борис столкнулся с капитаном.

Тот доложил:

– Садовница, по-моему, вне подозрения: толстая, рыхлая, больная. На ногах валенки с галошами, даже летом боится сырости. Горничная накапала, что она ходит в кальсонах мужа, точнее, еле ходит.

– А помоложе он найти не мог?

– Она какая-то троюродная сестра его покойной мамы, поэтому держал. Да там работы немного: деревья срублены, чтобы весь двор просматривался, кусты все одинаково подстрижены, как призывники. Есть ещё две клумбы с цветочками, только поливать – полив автоматический… Приползает она сюда три раза в неделю. на два часа, больше не требуется, в дом не заходит – запрещено.

– А кто занимается машинами?

– Есть техник, его вызывают по необходимости. Во двор не пускают – гараж снаружи за забором.

– Кто смотрит за собаками?

– Охранники. Если что случается, привозят ветеринара. Но что с этими чудовищами случится? Разве что подерутся, покусают друг друга… Я, товарищ майор, из всех разговоров понял, что после случая с сыном, Бурцев жёстко ограничил доступ в свой дом.

– Правильно поняли, капитан. Значит, только двое там бывали ежедневно: повариха и горничная. Так?

– Так. Повариху отслеживаем.

– Займитесь горничной, прощупайте её со всех сторон… Но не в буквальном смысле!

Улыбнувшись, капитан козырнул и отправился искать горничную. а Борис пересёк двор, вышел за ворота и попросил охранника провести его к их начальнику Игнату Бондарю. Тот проводил его к домику за оградой.

Они беседовали в комнатке, которая была чем-то вроде кабинета. Бондарь сидел в полукресле, за столом. Борис расположился напротив и исподволь рассматривал собеседника.

Высокий, поджарый, с серым лицом, словно отлитым из бетона, со шрамом через всю щеку, глубоким, с рваными краями, будто его выбивали зубилом, никогда не улыбающийся – Бондарь не вызывал желания сразу броситься к нему в объятия. Наоборот: тому, на ком он останавливал свой тяжёлый холодный взгляд, сразу хотелось лечь и самому добровольно умереть. Борис подвёл итог своему первому впечатлению, перефразировав Чехова: в Бондаре всё прекрасно, за исключением лица, одежды, души и мыслей.

Под пиджаком у него виднелись две кобуры, из которых высовывались рукоятки пистолетов. Он никогда не расставался с оружием, ни днём, ни ночью.

Борис подумал: наверное, даже во время еды. у его тарелки, справа и слева, вместо ножа и вилки, лежат пистолеты. Он предварительно ознакомился с биографией Бондаря и знал, что сразу со школьной скамьи тот пересел на скамью подсудимых. Отсидел восемь месяцев за хулиганство, вернулся, снова сел на три года за грабёж. Вышел, занялся рэкетом, там и познакомился с Бурцевым, который взял его в свою команду. Несколько лет они «работали» вместе – Игнат был постоянным телохранителем Бурцева, исполнительным, жестоким и надёжным. Он расчищал ему дорогу, убирая врагов и конкурентов. «Ему жить вредно» говорил он об очередной жертве, и это звучало приговором, который он же и приводил в исполнение.

Естественно, что пробившись в олигархи, Бурцев назначил его начальником своей службы безопасности.

– Вы были обижены на Бурцева? – спросил Борис.

– Конечно!.. Мне этот Петюня сразу показался подозрительным: не пил, не курил, не матерился… Я сказал Олегу, но он отмахнулся, только присматривать велел… А я эту падлу до конца так и не усёк!.. Правда, ему это даром не прошло, но… Конечно, я виноват. проглядел Арнольда!..

– Вы дружили с Бурцевым?

– Да мы – два братана!.. А он меня, как собаку, из дому выставил, и собак вместо меня взял!..

– Вам очень обидно?

– А то!.. Даже в тюряге амнистию дают, а он меня уже пять лет за забором держит.

– А вам никогда не хотелось рассчитаться за обиду?

– Не понял… Не-по-нял!.. – Лицо Игната налилось кровью и из серого стало бурым. – Вы хотите сказать, что это я?.. Олега?!..

– Я только спрашиваю.

– Ты спрашиваешь, замочил ли я своего братана?… Ну, мент!.. Сейчас я тебе отвечу!.. Культурненько!

Он вскочил и замахнулся через стол, но Борис успел перехватить его руку, и отработанным приёмом прижал к столу. На шум ворвался капитан Рябой, выдернул пистолеты, щёлкнул наручниками, хотел увести.

– Не надо, – остановил его Борис, – мы не договорили.

Капитан отпустил Бондаря и, уходя, предупредил: