Александр Каменецкий – Свет маяка (страница 5)

Он сосредоточился и встал, смотритель подхватил его под локоть, но это не понадобилось. Славка стоял крепко и не качался.

– Я готов.

– Тогда пойдём наверх.

Смотритель мягко и практически бесшумно, что было странно при его комплекции, стал подниматься по металлическим потёртым ступенькам винтовой лестницы. Славка, не колеблясь более, двинулся за ним. Шаги давались удивительно легко, Святослав едва не залился смехом и спохватился лишь в последний момент – он всё-таки здесь не один, что о нём подумают. Они сделали первый оборот, потом второй, но лестница не кончалась. Славка припомнил какой высоты была башня маяка и прикинул сколько же витков такой лестницы до самого верха. Всё-таки, как не рад и возбуждён был он после чудесного происшествия, как не стремился в полной мере прочувствовать вернувшуюся способность ходить, долгая его неподвижность не могла не сказаться на его физической форме. Славка ощущал, что устал с непривычки. Но смотритель шёл вперёд, не оглядываясь, значит, так и надо, и Славка напряг силы чтобы не отстать. А лестница и не думала заканчиваться, ступень шла за ступенью, виток за витком. Мальчишка уже понимал, что башня никак не могла быть такой высоты, что происходило снова нечто особенное. Сегодня весь день был наполнен необычным, и Славка хоть и не перестал удивляться, но всё-таки сила впечатлений притупилась. Да и вообще теперь ему следует много тренироваться, не лениться, напрягаться не жалея сил, чтобы наверстать эти несколько лет в инвалидном кресле.

Однако каждый шаг давался ему всё труднее и труднее, поступь стала тяжёлой, лестница отдавалась низким гулом и вибрацией. И эта вибрация проникала в позвоночник, вызывала боль и жжение. Чем выше он поднимался, тем труднее становилось дышать и словно тяжесть давила на плечи, пригибая к полу. Причём, это касалось не только ног, Славкины руки будто стали отлиты из свинца, чтобы поднять руку и почесать нос приходилось напрягать все силы. «Наверное так будут чувствовать себя люди на других планетах с повышенной гравитацией, – подумал Славка. И усмехнулся: – Быть может, я первый контактёр?»

Меж тем Славка уже еле мог шевелиться, он тяжело с натугой дышал, со лба капал пот, он упирался рукой в шершавую, стену чтобы не шататься, но упорно переставлял ноги. Ну и что, что на каждый шаг уходило почти полминуты, главное не останавливаться. Камни стены были шероховатые, приятные на ощупь и тёплые, как будто нагретые солнцем, хотя при такой толщине это вряд ли было возможно. И всё же, опираясь на стену, мальчишка чувствовал, как тепло бежит по руке, растекается по телу и заставляет ровнее стучать сердце, глубже делать вдох и полнее снабжать кислородом уставшие мышцы. Если бы не эта нежданная помощь самой башни, он бы уже свалился, но и сейчас он держался, сжав зубы, из последних сил. Не сдаваться! Шаг за шагом. Левая нога. Правая. Снова левая. Ещё немного. Ещё… Похоже, они наконец достигли вершины, и смотритель уже скрылся в квадратном отверстии в потолке, куда и вела лестница. Да и Славке оставалось всего пять ступенек.

Последние шаги были особенно трудны, но как только его голова высунулась в люк площадки на башне маяка, так ему стало легче, и с каждым шагом тяжесть исчезала, а когда он вступил на ровный пол, он уже чувствовал себя совершенно обычно. Нет, куда там! Гораздо лучше, чем обычно. Ведь обычно он давно не мог ходить. Славка твёрдо решил ничему больше не удивляться, утёр пот со лба рукавом и наконец-то спокойно взглянул куда он попал. Но первое, что привлекло его внимание, было море, отлично видимое с высоты башни через круговое остекление маяка. Пусть облачность была низкой и горизонт терялся в туманной дымке, но и того, что было видно, хватало, чтобы захватывало дух. Судя по всему, маяк стоял на высоком скалистом мысе, потому как море занимало более половины обзора. Славка стремительно обернулся в робкой надежде увидеть за перелеском свой родной город, но здесь его ждало лишь новое разочарование – лес спускался с утёса, на котором стоял маяк, и расходился почти таким же бескрайним морем, только зелёным. А вдалеке за лесом, на пределе видимости, поднимались призрачно-синие горные хребты, покрытые снегом. Никаких поселений, никакого жилья поблизости, вообще никаких признаков цивилизации – ни линий электропередач, ни антенн, ни дорог.

«Куда же я попал? Это не может быть настоящим, – мотнул головой Славка, – всё-таки это просто сон». И тут же испугался, старательно изгоняя из сознания подобные мысли: «Это должна быть явь! Непременно явь! Только не сон! Пожалуйста, только не сон!». Ведь если это сон, то он, Славка, по-прежнему сидит в инвалидном кресле. Такой мысли он допустить не мог.

– Что нужно сделать? – он повернулся к терпеливо ожидавшему его смотрителю маяка.

Смотритель внимательно, даже оценивающе, рассматривал мальчишку ещё секунду. Славке показалось, что у него в глазах он разглядел выражение сомнения. Славка живо припомнил первую реакцию смотрителя на своё появление. Как он там сказал? Отрок? Очень был недоволен появлением именно мальчишки-подростка – это же очевидно. Вообще, Славка подумал, что легко угадывает его эмоции. Видимо, тот часто бывает один и не привык скрываться, хотя и умеет владеть собой прекрасно. Вот и в этот раз бородач быстро справился со своими сомнениями и вместо упрёков или замечаний выдал похвалу:

– А ты молодец! Силы воли у тебя хватает. Не каждому дано сюда так быстро забраться.

«Быстро? – поразился про себя мальчишка. – Мне показалось, я шёл целый час». Смотритель, видимо, углядел недоверие на Славкином лице и пояснил:

– Был у меня один гость, очень хотел подняться на вершину. Я его отговаривал, да не убедил.

– И что? – живо заинтересовался Славка.

– Больше суток поднимался. Чуть живой выполз наверх, пластом лежал прямо на полу, а чуть пришёл в себя и сразу назад. На пользу ему это не пошло. Зря меня не послушал.

– Сутки? – поразился Святослав. – Тут ведь совсем невысоко? Где тут?..

– По-разному бывает, – туманно намекнул хозяин.

Славка не понял, как одна и та же лестница может быть разной. Ладно ему, инвалиду, было тяжело подниматься, он несколько лет на своих ногах не стоял, но здоровому человеку – тут на десять минут занятие. Сутки – это если на каждой ступеньке посидеть, чаю попить что ли? И отчего он кому-то не рекомендовал подниматься, а Славке прямо-таки велел, настаивал, чтобы он наверх забрался? Проверял? А, неважно! Проверял или нет, а Славка здесь, наверху. И в собственных силах и упорстве, стойкости сомнения рассеял, и на верхней площадке маяка побывал. Что само по себе уже было для Славки наградой, всё-таки маяки Славке нравились. За это смотрителю нужно сказать отдельное спасибо. Благодарить вслух смотрителя Славка, всё же, не стал, постеснялся, да и момент был не самый подходящий. Мальчишка слегка пожал плечами.

Смотритель невесело усмехнулся и показал рукой в центр помещения, где возвышалось металлическое основание – тумба, продолжением которой служил огромный, выше самого смотрителя, пузатый фонарь – источник света для маяка. Стекло фонаря было сплошь изрезано ступенчатыми концентрическими окружностями и местами обрамлено тонкими металлическими полосками. Славка читал про такие линзы, придуманные французским инженером Огюстеном Жаном Френелем много лет назад, именно их очень часто используют чтобы усилить свет маяков. Сейчас фонарь был выключен, но наверху было светло, за счёт кругового остекления башни, дневной свет свободно проникал на площадку.

– Маяк должен светить всегда, – серьёзно заявил смотритель, словно пытался внушить Славке всю значимость этого простого утверждения. – Это очень важно.

– Лампа перегорела? – предположил Славка. – Может быть, электричество отключили?

Славка всей душой хотел помочь, но пока не совсем понимал, какой же помощи ждёт от него этот странный человек. Он даже спорить не собирался – маяк должен светить, это так естественно, и Славка и сам бы полюбовался на яркий луч. Но ведь он обычный подросток, а не специалист по ремонту маяков. Лампочку поменять? Должно быть, смотритель и сам на это способен. Пробки проверить? Об этом как раз сам Славка имел весьма приблизительное, теоретическое представление. Но раз уж взялся – надо постараться, а вдруг получится?! Да и самому мальчишке было весьма любопытно, как тут всё устроено.

– Я посмотрю? – не то спросил, не то пообещал мальчишка. Подошёл к фонарю: – Как оно открывается?

Смотритель махнул рукой, обошёл фонарь с другой стороны и, отодвинув едва заметный крючок, откинул вправо на небольших петлях одну из линз фонаря. Славка придвинулся ближе, встал на цыпочки и заглянул внутрь. Он пялился в недра устройства минуту или даже две, пытаясь понять, для чего же смотритель заманил его на маяк, на самую вершину башни и неужто он не мог найти более разумный предлог? Что вообще происходит? Тут Славке стало отчасти стыдно. Он стоял на своих ногах, он ходил, даже по лестнице сам поднялся, и это, без сомнения, заслуга смотрителя, только за это Славка готов был отдать многое и простить многое. Но он хотел сделать это добровольно и осознанно, а он каждые десять минут терял нить реальности и переставал понимать происходящие события. Вот зачем смотритель говорит про свечение маяка, если внутри не было ни проводов, ни лампы, ни даже патрона, куда бы эта лампа должна была быть вкручена. Внутри была только ровная латунная площадка, ограниченная невысоким бортиком по периметру. Этакая металлическая, тускло и желтовато поблёскивающая цирковая арена, размером с две ладони. Правда не Славкины ладони, а вот этого гиганта – смотрителя.