Александр Кальнов – Противостояние. Причины (страница 12)
– Это, пожалуй, единственный существенный минус! – устало протянул Сокольский, пересыпая песок из ладошки в ладонь, – но это ничтожная плата за возможность мгновенного перемещения в иную галактику, которая находится чёрт знает где!
– И не говори! До сих пор не верится! – улыбаясь, ответила Берковская, жизнерадостно любуясь пенными волнами в свете убывающей половинки Луны. Посмотрев по сторонам широченной береговой линии, Анабэлла не приметила иных источников света, и, чувствуя информационную безопасность, продолжила, – но здоровски что они направились туда. Кристиан и Софи помогут Антонии, Максимусу и Лейму в процессах восстановления Велии и двух соседний планет.
– Они справятся! Теперь перед нами открыта бесконечность возможностей, Бэль, – кивнул Сокольский, пустившись в размышления, – ведь там неизведанный мир, окружающий планеты. Как и здесь. И это придаёт уверенности и сил, точнее осознание того, что нет предела познаниям и открытиям, которые мы совершаем и совершим. Правы были индейцы майя, истинное сокровище – знания! Мы ещё не так глубоко капнули себе под ноги на суше, и в пучинах океанов не пошерстили по дну, и под толстым слоем отложений, которые безжалостно прикрыл историю планеты.
Берковская кивнула, – по факту мы не знаем подлинной истории своей, откуда пришёл современный человек, как возник в принципе. Я не беру теорию эволюции в расчёт, уповая на то, что мы прошли тернистый путь от приматов до тех, кто запускает в космос пилотируемые аппараты. Когда Аиооиа прибыли на землю сотню тысяч лет назад здесь уже были цивилизации, живущие обособленно. Некоторые существовали высокоразвито, иные крайне примитивно, гоняя мамонтов в набедренных повязках. Одни покоряли других, третьи исчезали под натиском природных катаклизмов, четвёртые вообще покидали землю в поисках нового дома. Но они были, и были похожими на нас, и крайне отличны от гоняющих по коже вшей приматов.
Сокольский почувствовал и прошептал, – этот вопрос и мне не даёт покоя. Тебя, твой род, как и нас волнует вопрос – почему ваши предки Аиооиа, гиганты из далёкой галактики прибыли сюда и обнаружили себе подобных, но уменьшенных, физиологически, внешне и внутренне похожих разумных существ, отличающихся только габаритами, способностями и отпущенным сроком жизни.
Берковская кивнула, – да! Я искала ответ этот с тех пор, как начала разумно мыслить. Но в архивах Аиооиа отсчёт цивилизации берёт начало на погибшей Симметричной Солнечной Системе. Не было упоминаний про экспедиции на Землю, не было ранее экспериментов по интеграции с местной примитивной жизнью. Аиооиа пустили мой человеческий род, оформив слияние именно с разумными землянами, не изменяя гены, эмм, вшивым обезьянкам. Грубо звучит, но…
Сокольский, глядя на то, как неподалёку на песок приземлилась чайка, разогнав семенящих крабов, выдал, – думаю, что и земляне, и Аиооиа, и Мýру, и Аминоáтики, и Велийцы – у нас единое начало.
Берковская глянула на загадочный профиль Сокольского, – Аео и Аио?
– Для землян, – кивнул Сокольский и пожал плечами сразу, – по крайней мере так мне показали. Но видимо не всё. Возможно Аео и Аио раскидали по Галактикам и годным для рождения существ планетам семена. Со временем, когда условия планеты стали подходящими, раскинутые семена дали побеги в виде нас, землян, простых Велийцев и Аиооиа.
– Я окончательно запуталась, – выдала Берковская, – хочу найти начало. Отправную точку я. Кто создал тех, кто создал нас, и кто стал первым, породив цепочку. И почему пространство, время и сознание такое, а не иначе. Что стало причиной существования всего, что есть в пространстве.
Сокольский глянув на загадочную юную брюнетку, чьей красоте завидовали многие её знакомые и просто люди, проходящие в толпе, шепнул, толкнув своим плечом её плечо, – ты задаёшь столь абсолютные вопросы Бэль, ответов на которые нет ни у Аео и Аио, ни у Призраков, и даже Нэт. Я задавал аналогичные вопросы. Неопределённость.
Берковская, почувствовав приятный толчок в плече и некое странное для неё ощущение при общении с Сокольский, тряхнула головой, отогнала мысли и шепнула, – вот-вот, абсолютная загадка!
Юноша, неожиданно для себя ощутив приятные эмоции при общении с Берковской улыбнулся и выдал, – когда-нибудь, возможно, мы, или далёкие потомки наши, обязательно найдут ответы. И крайне удивятся!
Девушка улыбнулась и ощущая мощную энергетику, исходящую от юноши, по-доброму позавидовала Кристине, и подумала про себя, – интересно, где-то есть такой как он? Только для меня?
Сокольский вдруг повернулся к Берковской, она к нему, и застыв, смотря в разные по оттенку, но глубокие глаза друг друга, он и она зависли, слушая какофонию природы и пенный прибой. Юноша чувствовал энергию в моменте, как и она, и он шепнул, – всё впереди Бэль, всё впереди!
Берковская c лёгким смущением улыбнулась и повернулась к океану, как и Сокольской, оценивая случившийся момент и эмоции, домыслив исключительно про себя, в уголках сознания, в которые у Кристины доступа нет, – так! Что это было сейчас?
Сокольский научился хранить секреты, мысли, переживания, которые он перемалывал в себе, и до которых Кристине невозможно было дотянуться, как бы она не шарила по сознанию и памяти юноши. Да, возможности, которые открылись весной две тысячи девятого года их воодушевляли, и завораживали, и открывали перспективы для личного роста. Но со временем каждый из них договорился иметь секрет, и делиться ими по персональному усмотрению. И сейчас юноша снова поймал себя на мысли, что его взволновала Бэль, её интеллект, энергетика, душа, знания и тайны, которая она хранит как современный представитель древнего рода Аиооиа, и которые выдаёт порционно, по мере течения времени. Ему в потаённом кластере сознания захотелось узнать тайну семьи Берковских и Аиооиа.
– Но как это сделать? – разбирался Сокольский в себе, слушая шум океана и ощущая девушку рядом с собой, – так, что чтобы это произошло само собой разумеющееся, без моего технологического вмешательства в её организм, сознание, память. Я ведь им всем обещал, не использовать способности наноразмерных механизмов, нарушая их личное пространство и просеивая их сущность без их ведома.
Вдруг вдалеке на горизонте звёздного неба что-то вспыхнуло красно-фиолетово-голубым, и сразу же появилась мигающая точка в ярком ореоле переливающегося спектра.
Анабэлла, отогнав мысли, пригляделась к ней и проговорила, возрадовавшись смене и темы, и настроению от неловкого момента, перешедшего в молчание, – странно…
– Ты про что? – переспросил Сокольский, оторвав взгляд от крабов, бегающих по песку в серебристом отблеске лунной дорожке.
Девушка ткнула пальцем в сторону мерцающей точки и добавила, – вон, видишь, мигает. Этого не было. Что это?
Сокольский вгляделся в ночное небо и спокойно ответил, – самолёт летит со стороны Гавайев, или Бора-Бора, какие ещё там острова, в сердце Тихого имеются…
– Тебе не кажется, что он снижается? – не согласилась Анабэлла, окончательно переключив мысли и настрой с женского на аналитическое, – да и не мигают они так!
Сокольский, пересыпая песчинки и разбирая неловкий момент и прогоняя сквозь аналитическое сито то, что он только что ощутил по отношению к Берковской, внезапный порыв, ни на что не похожий, сам пригляделся внимательней, приняв для себя задачу – он должен ей помочь обрести человеческое счастье и узнать тайну Аиооиа. Но как?
Когда объятая переливающимся спектром от фиолетового до голубого светом точка стала гораздо ближе на небосводе и отчетливо видна форма, оба расширили глаза от изумления.
Секунды спустя юноша крикнул, – зараза! Буди Кристину! Живо!
Берковская сорвалась с насиженного места и бросилась к палатке. Сокольский, вскочив на ноги, кинулся к большому походному шалашу, передавая через цифровую энергетическую сеть наносуществ команды для действия. Потёртый на вид пикап, стоящий под склонившимися к песку пальмами и деревьями за секунду преобразовался в серебристый шар, роящийся нанороботами. В следующие мгновения нанороботы создали белоснежный и обтекаемый, по форме похожий на мыло летательный аппарат. Сокольский, подбежав к палатке, подобрал из прихожей титановый ящик, схватил рюкзак с фототехникой, накинул его на плечо и потащил кейс к подлетевшему Страннику, раскрывшему кабину. С натугой подняв находку и затолкав её в салон, юноша крикнул, сбрасывая рюкзак с техникой на пол, – Кристина!
Бино, которую в беззаботном сне и расслабленном состоянии рьяно растормошила Берковская, с сонным видом вывалилась из палатки и промямлила, – чего верещите как потерпевшие?!
Вырываясь из пелены сна Кристина увидела мигающий на небосводе объект, летящий прямиком на них, и ахнула, – какого х…
Сокольский схватил любимую за руку и вместе они запрыгнули в кабину Странника. Берковская прыгнула за ними, двери собрались в плотную структуру, корпус стал полноценным, внешней поверхностью сливающийся с окружающим пространством, и юноша дал мощный ход вдоль побережья.
Нечто, объятое облаком плазмы врезалось в воду у самого берега и пропахало широкую песчаную линию и часть рощи, оставляя за собой большой ров, уничтожая материю и имущество агентов. Волны хлынули в него, заполняя расселину шириной метров в двадцать. Яркое свечение от необычной геометрии объекта озаряло пространство, высвечивая каждый уголок, каждую тростинку, листок, подчёркивая стволы пальм и деревьев, шатающихся в вибрирующем воздухе.