Александр Изотов – Пробоина 4: Воля рода (страница 8)
– Да знаю я!
Моя рука уже вытянула кинжал из-за пояса, выходя на короткий бросок. Если у парня защитный артефакт, то…
Щита не было, и гвардеец запрокинул голову, будто хвалился торчащей из подбородка рукоятью. Шансов выжить у него не было.
Тут же меня осенило, и я кинулся к нему, стал хлопать по карманам. Ну же, ну же… Есть!
У меня в руках оказалась маленькая коробочка, из которой на ладонь высыпалась пара таблеток. В нос ударил знакомый уже запах «вытяжки».
Я сразу же вернулся к Василию, расцепил ему зубы и вкинул таблетки. Надеюсь, передоза никакого не будет.
– Эй! – послышалось опять из-за спины.
– Да не мешайте, вашу же Пробоину! – я вскочил, шагнул на встречу новому противнику.
Вот же капитское везение… На меня смотрел тот самый оракул, которого я оглушил перед этим прикладом. И этот Страж Душ даже не стал пытаться меня околдовать, а просто выстрелил из пистолета.
Тупая боль в животе отбросила меня назад, я упал, стукнувшись затылком о что-то мягкое. Поднял голову, вглядевшись в лицо Василия.
– Имя нам… – прохрипел тот, разлепив губы.
– Толчковый ты…
***
– …пёс! – когда я договорил, понял, что смотрю на Красную Луну в Пробоине уже из глаз Василия.
Да, то состояние, в котором пребывало это тело, иначе как критическим не назовёшь. Это как если сумасшедшие хирурги тебя четвертовали без наркоза, а потом наспех сшили, забыв внутри инструменты… и убежали на обед.
– О-о-о, – вырвалось у меня от боли.
Я понял, что таблетки так и остались во рту, и прикусил их, разгрызая. Стал мучительно жевать, морщась от страданий – никаких ощущений, кроме боли, в челюсти не было.
– Ты самый интересный Иной, которого я встречал. – Страж Душ навис надо мной и стал спокойно перезаряжать пистолет, – Я таких способностей ещё не встречал: мыслехват, оборотень, огняш…
Отвечать ему пока смысла не было. С невероятным усилием я проглотил целительную смесь слюны с «вытяжкой», и едва не потерял сознание, когда ком чистой боли прокатился к желудку. Челюсть, рёбра… у меня хоть что-то целое осталось?
Но иголочки уже растеклись по всему телу, будто тело стало неметь. И, кроме боли, появилось и приятное тепло.
– Больше половины наших знаний от вас, Иной, – вдруг сказал Страж, не сводя с меня пистолета, – Сдайся, и даю тебе слово, ты станешь одним из нас. С тобой Стражи станут ещё сильнее.
Я не смотрел на него. Красная Луна посреди чёрной кляксы Пробоины словно стала ещё ярче. Она манила, звала, умоляла присоединиться к фестивалю магии огня.
Стихия пламенных магов ярилась, закручиваясь в крови в невероятные сгустки силы. Если бы не кирпич в нижней чакре, я бы сжёг этого наглеца одним взглядом…
Я знал, что могу это. Невероятная мощь крылась в теле Василия, но почему-то была запечатана сумасшедшим одноглазым чернолунником.
Страж Душ прекрасно видел, что я прихожу в себя. Он видел затягивающиеся кровоподтёки на моём лице, поэтому хладнокровно взвёл курок:
– Жаль, – сказал он, улыбнувшись.
Я перевёл на него взгляд. Ещё бы секунду, ещё бы самую малость на восстановление.
– Сдаюсь, – вырвалось у меня.
– Что? – палец, напрягшийся для нажима на курок, ослабел.
– Ну, возьми… кха… мои знания, – я кое-как повернул голову, – Или чего там…
Ну, ещё секундочку. Огонь ярился в крови, растекаясь по венам вместе с «вытяжкой». Ещё на один заход меня хватит.
– Так бы и сразу, – счастливо ощерился Страж Душ, чуть отвернув пистолет в сторону.
Его рука полезла в карман, вытаскивая браслет с тхэлусом, как будто полицейский за наручниками полез.
Моя рука начала движение к его сапогу, как человеческая, а сбила оракула с ног, уже как «угольковая» лапа. Страж, опомнившись, всё же выстрелил, но через секунду его голова исчезла в моей пасти.
Он всё же задел меня, и плечо откликнулось болью. Но мощь элементаля уже переполняла меня, и Красная Луна звала…
О, да! Я вскочил на все четыре лапы и завыл от упоения первобытной стихийной мощью.
И тут же пришлось пригнуться, когда шатёр прошили десятки трассеров. А, твою псину, что-то я расслабился.
Я не успел выскочить из-под полога, когда в него прилетела настоящая магия. Лишь накатило сбоку чувство, что пришёл кто-то очень сильный, а потом всё взорвалось…
Даже у тела «уголька» есть предел прочности. Взрывная волна таранит меня, сдавливая до хруста тело, и уже через секунду я лечу над лагерем горящим фениксом.
Вот оно, значит, как всё выглядело для Василия. Сверху кавардак, творящийся внизу, был даже красивее – носящиеся по лагерю «угольки», раскидывающиеся заклинаниями маги, чертящие трассеры гвардейцы.
«Угольков» было много, и я прекрасно видел, как от далёкого Межедара по горящему полю в нашу сторону неслись разъярённые искры, словно чья-то незримая воля направляла их сюда. Там тоже чертили воздух сотни выстрелов солдат, кипел бой.
Когда я свалился через крышу палатки, влепившись в гору каких-то сундуков, потом вылетел наружу. Кувыркаясь, как мешок с переломанными костями, я влетел под следующий навес, перекатился пару раз, и застыл в неестественной позе, глядя на потолок.
Твою ма-а-а-ать! Именно это мне хотелось кричать, но сломанная и съехавшая набок челюсть едва сдвинулась, вставая на место, и получилось:
– Ва-а-а-а… ма-а-а…
Где за затылком была моя нога, руки свёрнуты за спиной, вторая нога через них узлом… Почему я сознание-то не потерял? Это же просто невероятные увечья.
– Деверь мой дорогой! – звонкий голос Эвелины оглушил меня, – Ты пришёл меня спасти?
Казалось, что даже уши у меня переломаны в десяти местах, и её крик бил ещё сильнее. Я попытался скосить глаза, чтобы разглядеть Избранницу, сидящую на коленях всего в полшага от меня.
Руки связаны за спиной, но она всё равно улыбается, не сводит с меня счастливых глаз. Да уж, на появление героя-спасителя мой прилёт явно не похож.
– А… – я еле заставил челюсти раздвинуться, – Ох… Вро… Вроде того…
Глава 4. Скачущая
– Это просто чудо, – Эвелина будто светилась от радости, – Оттаскай Незримая меня за космы, ты пришёл за мной, несмотря ни на что!
Я попытался улыбнуться и понял, что проваливаюсь в забытье, дышащее предсмертным холодом. Даже таблетки «вытяжки», продолжающие внутри заниматься регенерацией, ничего не могли сделать.
У всего есть предел…
– Эй, Предтеча! – Эвелина возмутилась и заёрзала, – Иди же ко мне!
Руки у неё были не просто стянуты за спиной. В темноте я не сразу разглядел столб за её плечами – Избранница дёргалась вперёд, пыталась наклониться, но не могла до меня дотянуться.
– Деве-е-е-ерь! – она зарычала, видя, что мои глаза смыкаются.
Эвелина аж шарахнулась назад, стукнувшись затылком об столб и округлив глаза:
– Что я слышу, нечисть просит меня о помощи?
Одержимый внутри меня захныкал. Его всхлипы замедлялись, будто он замерзал – в той части души, где скрывалась его сущность, всё подёрнулось льдом.