Александр Изотов – Мера зверь (страница 57)

— Это еще надо выяснить. Но, как видишь, Алый приорат пал целиком, и два его соседа. Один Прорыв отвернул от Ордена сразу трех приоров.

— Это вот эти самые? Как ты сказал… Серый и Лиловый?

Лис подтвердил. К сожалению, у него не оказалось с собой карты. Он вообще многое потерял, когда падал в реку с высоты, спасаясь от разбойников.

— Там пороги, скалы, так что покувыркался я весело, — усмехнувшись, сказал он.

Я потерял некоторое время, снова настраиваясь на лечение Макото. И, к сожалению, мое внутреннее состояние подсказывало, что на это тратится много сил. Голова уже немного мутнела, напала сонливость.

— Возможно, стоит повременить? — спросил Лис.

Покачав головой, я ответил:

— У нас с тобой пока одна цель, Макото. А времени нет.

Лис понял, что с моим упрямством бороться бесполезно, и продолжил рассказ.

В Шмелином лесу и вправду орудует секта поклонников Бездны, но это еще пол беды. Все проводится с подачи Желтого приора, Драм со своими разбойниками в ним в сговоре.

Так что, по сути, Шмелиный лес превратился для нас в огромную ловушку. Деревень тут много, и почти все уже на стороне заговорщиков.

— И ни в Нору, ни к Рогачам я не попал… — вздохнул Макото, — Там есть сильная мера. Кажется, это человек. Возможно, он меня и почуял.

— Погоди. К Рогачам?

— Да. Прорыв копают возле их деревни.

Я понял, что уничтожение Рогачей связано не только с их боевым искусством. Возможно, слишком честолюбивые Жуки оказались серьезным препятствием для Желтого приора.

— Погоди. Вот прямо так и копают? — с улыбкой спросил я, — Просто яму?

Макото ответил на полном серьезе.

— Да. Там сотни нулей, их свозят отовсюду.

Я потер лоб. Это уже похоже на то, что говорил Тружа, тот плакса-юнец возле охотничьей заимки. Он тоже говорил, что-то они там «роют».

— Почему нули-то? — только и спросил я.

— То есть?

— Ну, самые слабые существа…

Макото пожал плечами.

— Нули везде используются в черной работе. Хотя, там кроется еще какая-то причина.

— Они до самой Тенебры, что ли, рыть будут? — с сомнением спросил я.

Вся затея казалась мне какой-то сомнительной аферой. Ну не было смысла в этом. Сколько лет они будут копать большую яму? А как пробьются через твердые породы?

Вот уж, действительно, ересь.

Макото ответил:

— Ничего не знаю, Белый Волк. Я туда и лез поэтому, чтобы понять. Если узнаем, как эти Прорывы появляются… — тут он замолчал, понимая, что прецептору теперь эта информация не нужна.

Я улыбнулся:

— Не боись, Рыжий Лись. Как ты помнишь, шесть приоров могут сложить полномочия с прецептора.

Тот удивленно уставился на меня:

— Ты думаешь…

— Другого пути нет, Макото. Синий Зигфрид с Небом, Красный, надеюсь, тоже. И весточка с караваном уже ушла на фронт.

Лис задумчиво посмотрел на потолок.

— Я всегда действовал по приказу. Странно это, самому решать.

— Будешь исполнять мои приказы, — просто ответил я.

В меня воткнулся стальной взгляд воина.

— Не зарывайся, зверь. То, что Кицунэ…

— Да, да! — я оборвал его пламенную речь, — Так, ладно. Нора разбойников и деревня Рогачей рядом?

Макото недовольно поджал губы, но продолжать спор не стал, и покачал головой.

— В том-то и дело, что нет. Я пытался и в Нору пробраться, и к Жукам. Подслушать, выяснить…

Лис добавил, что Нора вообще почти неприступна. Система пещер на холме, окруженная высокими деревьями. Между их стволами протянут целый город, полный разбойников.

— Там гнезда пчел и ос, мелкие насекомые летают везде. А среди разбойников полно тех, кто умеет разговаривать с ними. Весь Шмелиный лес — одно большое ухо. И кто умеет слышать, знает все.

— А деревня Рогачей? К ним тоже сложно попасть?

— Да, там уже звери Желтого приора. И, как я уже говорил, там сильная мера. Явно человек.

На меня вдруг резко накатил сон, и я едва не клюнул носом. Вот она, граница моих сил. Да уж, одно дело — прыгать и крошить толпы зверей. Там вскочил через пять минут, и снова как огурчик.

А тут кое-как подлечил одного — и словно вагон разгружал.

— Хватит, Белый Волк. Иначе придется исцелять уже двоих, — сквозь сон послышался голос Макото.

Я кивнул, вытащил руку из воды, и, обняв колени, уткнулся в них лбом. Внезапно через потолок пещеры пробился огонек духа и влетел в меня. Стало чуть полегче, я даже расслышал плеск воды. Послышались шаги, и вскоре рядом завозился вернувшийся Буру.

Рогач свалил целый сноп травы рядом с Пламенем. Я вяло махнул ему, а потом так и лег на землю, подложив ладони под щеку.

— Белый Волк силен. Я чувствую себя намного лучше, — похвалился Макото.

Проваливаясь в сон, я услышал, как Буру весело бросил в ответ:

— Загоняли мы волчонка, сладко он сопит! Раны вылизал лисенку, пусть теперь поспит…

Мне хотелось возмутиться такому грубому сравнению, но сил не хватило — через пару секунд я уже спал.

Глава 22. Пленники

Пробуждение было не ахти каким приятным. Спасибо добрым Жукам, меня все же положили на мягкую подстилку — открыв глаза, я уперся взглядом в зеленые, чуть повядшие листья.

Не сразу я понял, что ощущаю себя почти как на Земле, когда просыпался после изнурительной работы накануне. Вроде бы и отдохнул, но тело разбито, все мышцы ноют и просят больше так не делать. Так и тут, только у меня ныли «духовные» мышцы — я «перенапряг» стихию воды. Наравне с огнем она была у меня слабо развита.

И если огонь я еще «включал» в битвах, смешивая его с яростью и стихией земли, то вода вообще почти не использовалась. Когда я занимался самолечением под руководством Кицунэ, это требовало намного меньше усилий.

Поворачивать голову не было желания, как и вставать. Хотелось подальше поспать, но внутреннее «я» настойчиво твердило — у меня еще много важных дел.

— Жук-Рогач сегодня строгий, поломает Лису ноги… — послышалось ворчание Буру.

— Да мне надо увидеть солнце, — ответил Макото, — Энергия воздуха здесь затхлая.

— Из пещеры вынет лапку. Как волчок, заснет он сладко! — как ни в чем не бывало, продолжил Рогач.

— Не угрожай мне, зверь! Я шестой хвост Макото, — ответил Лис. Правда, особой уверенности в его голосе не было.

Дольше валяюсь, труднее вставать — закон утра. Поэтому я, вздохнув, все же сел и осмотрелся.