Александр Изотов – Мера один: Примал (страница 58)

«Инфериор жесток к демонам».

— Тот бес жив?

«К сожалению для него, да».

Я не стал дальше ничего уточнять, у меня и своих забот хватало.

— Почему не доверять Эзекаилу?

«Он павший ангел».

— Знаешь, по логике, он должен был стать демоном, — задумчиво произнес я, наблюдая течение энергии в теле.

Почему-то стихия земли опять сбоила, пружина силы поддерживалась в основном от воды.

«Не все так просто. Бездна принимает павших, если они поклонятся ей. Эзекаил пытался обмануть всех».

— Ясно, ни тут, ни там не пригодился.

«Нет, он обманул всех, с кем был в сговоре. Его падение связано с восхождением приора Зигфрида на трон».

Я вдруг почувствовал, что ноги сами тянут меня вперед, в темноту. Надо же посмотреть, кто властитель Клоаки…

— Стоять, — я замер.

«Идем. Нужно посмотреть, кто этот…».

— Стоять, сказал! — рыкнул я, упираясь ногами.

И снова мое тело зажило своей жизнью. Я резко присел, опустившись прямо в ручей. Чувство холода бодрило, помогало контролировать себя.

— Ты какого хрена творишь? — прорычал я, — Оставь мое тело в покое.

Я почуял, как демон силой заставляет работать мои мышцы — напрягает руки, ноги, заставляет подняться.

«Поднебышек, сильная воля. Много сил отнимаешь», — недовольно проворчал Белиар.

— Я у тебя все силы отниму, — я снова сел, чуть не откинувшись, — У меня уже был ангел в голове, но она себе такого не позволяла.

«Ну, я не ангел, у меня другие методы».

Снова усилие, но, кажется, намного слабее.

«А, жалкий червь!» — голос Белиара грохнул в голове, — «Так мы ни к чему не придем!»

— Естественно, — проворчал я, сидя в ручье и сложив руки на груди, — Оставь мне мое тело и катись уже.

«Ты меня еще в том подвале взбесил», —уже без ярости, с долей усталости, проворчал демон, — «Зачем только я оставил тебя в живых?»

— Слушай, хочешь сотрудничества? — спросил я, — Тогда раскрывай свои карты.

«Карты?»

— Да. Ты говорил про свои планы на меня.

«Придет время…»

— И это я тебя бесил? — с возмущением вырвалось у меня.

«Ты станешь сильным демоном».

— Чего-о-о?!? — я аж вскочил, — Что ты сказал?

«Ты — сильная воля, частичка души Абсолюта».

Если бы брови могли ехать дальше, они бы сделали круг по голове. Я встал, прислонился к стене, по привычке пытаясь взять силу земли. Представил копье… Но земля не хотела отвечать — стихия сбоила и шипела, как будто с радиопомехами.

«Сожалею, но это из-за меня. Стихия земли недоступна Тенебре, таков круг вещей».

— Стоп, — я перестал насиловать свои чувства, — Тогда, после особняка, у меня была такая же проблема. Это из-за тебя?

«Ну да, это был первый контакт. Знаешь, не каждый день встречаешь такого, как ты. Это был шанс, мне нельзя было его упускать».

— Какого? — я снова сел у стены, прислонившись затылком.

Вопросы, вопросы, вопросы… Они накатывали, их становилось все больше, и скоро наберется критическая масса. Вот сейчас никуда не пойду, пока не получу ответы.

«Что ты хочешь знать, поднебышек?»

Я прикусил губу. Какой услужливый…

«Мне нравится, что ты у меня в долгу. Это облегчит мне исполнить задуманное».

— Я смотрю, ты честный…

«Искусить слабого духом легче, чему нуля убить — много ума не надо. Но ты сильная воля, тебя можно только склонить к сотрудничеству».

Я прикрыл глаза. Опять двадцать пять. Посидев полминуты с пустой головой, я спросил:

— Частица души? Тот бес тоже такое сказал, что-то про кусок мертвого Абсолюта…

«Твой мир сотворен им. Точнее, порожден. Он принес себя в жертву, отдав всю силу на его создание».

Я поскреб затылок. Услышать такое я точно не ожидал. Вздохнув, я встал — демон вроде бы согласен отвечать, и придется идти искать этого властителя Клоаки. Вот только мне совсем не хочется встречаться с ним.

Позади, из-за края дыры, куда утекал ручеек, послышались какие-то стуки. Глухие шлепки, будто мешок с картошкой роняют.

Я осторожно приблизился, и сразу же отдернул голову — об потолок сверху ударилась зеленая клякса. Хорошо, брызгами не задело.

Увиденного за доли секунды мне хватило. Огромный проглот, черно-серая кишка с безобразной пастью-дырой, вытягивался из вонючей жижи, пытаясь прилипнуть к стене, его подпирали сородичи. Или мешали, пытаясь также вытянуться…

Я не знал, смогут ли они добраться до входа, но чуял, что отсюда нужно сваливать…

«Нам вперед», — сразу оживился Белиар.

Бодро шагая по ручью, я громко шлепал, будто специально подзадоривая плеском оставшихся позади мутантов-пиявок.

Мы с Белиаром вернулись к разговору:

— Как Абсолют мог принести себя в жертву, если я с ним разговаривал? Я же заключил сделку…

«Абсолют был не один. Исчезает Абсолют — появляется новый».

Я даже притормозил.

— Постой. А откуда появляется?

«Если бы я знал. Могу только сказать, что думаю об этом», — усмехнувшись, ответил Белиар.

Я снова двинулся вперед, слушая плеск воды под ногами. Очень скоро наступила кромешная тьма, и мне приходилось сканировать тоннель. Но земля плохо меня слушалась, и я стал осваивать воду.

Кстати, неплохо получалось. Чувство воды позволяло увидеть предметы полностью, если они были погружены в нее.

Можно было идти и сбоку, не боясь замочить ноги — ручеек был довольно слабым. Но для стихии мне пока что нужно было оставаться в воде.

— Ну, так скажи, что думаешь? — со вздохом прошептал я.

«Считается, что Абсолютом может стать только бог».