Александр Изотов – Мера человек (страница 6)
— Волчица, — я улыбнулся, — Хватит меня защищать.
— Марк, — она держалась, чтобы не разреветься.
Дикая. Глава клана Лунный Свет смотрела на меня, понимая, что мы теперь из разных миров. Чёртов Инфериор — мы так близко, и в то же время так далеко.
— Ты не потеряла бабушку, — я усмехнулся, — Я всё изменю.
Говорил я искренне, хотя чувствовал, что масштаб проблем впереди гигантский. И мой шаг в меру человека только начало.
— Это невозможно, — она всё же справилась со своими слезами, — Я насчитала снаружи тринадцать особей.
Я усмехнулся. Какое символичное совпадение.
Я отпустил Хильду, кивнул Фолки, и вышел из храма.
В темноте вокруг бегали ящерицы. Ледяной ветер вихрил их шерсть, а разъярённые глаза блестели, рассматривая новую жертву. Они были голодны, но моя мера пугала их.
Все крупные, некоторые в длину достигали до пяти метров. Многие из них были выше меня по ступеням, но я не ощущал их превосходства. Даже огромная тень, скользящая позади всей стаи, не внушала страха.
Я ухмыльнулся.
Девятнадцатая ступень у вожака. Хильда говорила, что они до этого забили какого-то крупного самца. Возможно, это пришла совсем другая стая.
Весь пустырь отвечал моему зову стихии, такой силы я раньше не ощущал. Мне давно было ясно, что частица Абсолюта делала меня сильнее остальных.
— Всё будет нормально, — сказал я.
Мне нужно опробовать все свои навыки, привыкнуть к новому телу, примерить магию.
Дар Соколов легко проник в разум самых слабых, и между ящерицами завязалась драка. Конечно, слабых сразу порвали, но численность резко сократилась, да и раненых было много.
Белиар спросил это, но я чувствовал, что он ещё не восстановился.
— Отдыхай, Беляшик, — усмехнулся я, — Наслаждайся зрелищем.
— Тогда ты тоже умрёшь.
Белиар продолжал шутить, когда я ринулся в бой.
Дар Скорпионов в третьей мере был уже мне маловат, и я больше использовал магию, чем оружие.
Выпад влево, хватаю ящерицу за горло. Сбоку летит следующая, но каменная пика пронзает её. Откидываю задушенную жертву, разворачиваюсь, и бью копьём по земле.
Мне уже не нужно даже думать о заклинаниях — «земная волна» уходит в вожака, и того выносит за края пустыря.
А потом просто танец смерти. «Каменная рубашка»? Земля легко отзывается, спираль раскрывается — и сразу несколько пастей бессильно скребут по моей коже.
Ради развлечения я хватаю одну ящерицу за челюсти и просто рву в разные стороны. Это жестокий мир, и истошный визг твари верещит об этом на всю округу.
Половина стаи бросилась прочь, но на меня бежит вожак стаи. Как он выжил после «земной волны»?
На его шерсти поблёскивает магия, его шерстинки будто покрыты мелкими камешками. Наверняка тоже обладает магией земли.
Я киваю, и с левой руки срывается пламя, пожирающее несущийся на меня таран.
Полыхающая тварь врезается в меня, я упираюсь ногами, перехватывая страшенные клыки. Она размером с динозавра, и толкает меня к храму как бульдозер.
Монстр горит, ревёт как бешеный, но вбивает мою спину в стену храма. Я тоже кричу, во мне ярости не меньше — ударом кулака обламываю ему зубы. А потом сую руку прямо в пасть, обхватываю язык и вырываю его.
Всё…
Тяжёлая туша опала на землю, догорая. Битва закончилась, и я устало опёрся спиной в стену храма.
— Я знаю.
Я прошёлся по поляне в поисках копья. Где-то выронил.
Одновременно в меня начали влетать светлячки духа, и я ощутил прилив сил. Непроизвольно взгляд обратился внутрь, на столб духа.
Первый перст. Я недовольно поморщился — жаль, меня всегда кидало сразу на вторую ступень.
Теперь стержень духа горел ярко, здесь он расширялся, словно собирался раскрыться в крону дерева.
Я попробовал, хоть и чувствовал, что вылупил внутренние глаза до предела.
Да, за седьмой ступенью человека тоже был барьер. Только выглядел он по-другому, не как потолок.
Когда я был нулём, столб духа подпирался снизу нулевой мерой, где растекался в пустоту. Словно струя воды, падающая в океан.
Сверху было то же самое. Что будет, если прорвать седьмую ступень, я не знал.
— Из нулей тоже было невозможно выбраться, — проворчал я, поднимая копьё.
Я направился к храму, сжимая в руках оружие Белой Волчицы. Оно и до этого было слишком изящным для моей руки, всё же им владела женщина. А теперь оно было мне маловато, словно небольшая сулица.
Думаю, пришло время вернуть наследнице.
Я поднял оружие к глазам, рассматривая его.
— Говоришь, оно пропитано твоей кровью? Почему ты жив, если легенда говорит…
Мне почудилось, или он сменил тему разговора?
— Белиар, — я прервал его, — Легенда говорит, что Спика ударила в спину…
И он усиленно послал мне воспоминания.