Александр Изотов – Ключ Руна (страница 26)

Хотя какой мне был толк от знакомства с обычной рыночной торговкой? В том смысле, как это поможет мне стать сильнее? Но семейной дружбой я разбрасываться не умел и не хотел, поэтому с улыбкой ей кивнул.

— Рад был вас видеть в добром здравии, Анна Львовна.

Тут я, кажется, лишканул. И Анна Львовна, и Петровна как открыли рты, так и застыли. Видимо, для Грецкого это было нетипичное поведение… Дра’ам, сукин ты сын, ну я тебе припомню как-нибудь.

Я на мгновение подвис из-за этой неразберихи. Если Дра’ам — часть меня, то как будет это выглядеть? Сам себя отшлёпаю?

— Ты не прихворал, Борис? — сочувствующе спросила Анна Львовна, — А то я могла бы отвар сделать бодрящий, из весеннего сбора… Я, конечно, не врачующая, как была твоя матушка, но какой-никакой талант имею.

— С удовольствием, Анна Льво…

Меня перебили:

— Опять денег попросит, Львовна, ну как пить дать! Ишь какой вежливый, ну аки мёд, — она оскалилась в мерзкой улыбке.

— Петровна!

— Чего Петровна⁈ И как он гномам до сих пор не задолжал-то, с таким характером, а⁈

Теперь я был готов орку пришибить, вместе с её огромным волосяным жбаном на голове.

Эльфийка же поджала губы, не желая спорить. Зло прищурившись на злобную орку, я выложил выданные мне Захаром карманные монеты на прилавок.

— Анна Львовна, остальное потом.

— Боря! — ахнула та, — Но я же… Может, яр-семечек тебе?

Она протянула мне берестяной кулёк. Я взял его и кивнул:

— Увидимся обязательно. Доброго здравия вам.

И поспешно отошёл. Просто как раз в этот момент опять почуял на себе недобрый взгляд, а когда обернулся, снова заметил мелькнувшего в толпе щуплого блондина. Чего этот полукровка за мной увязался?

Но вот послышался звон медного била, и народ стал поспешно подтягиваться к помосту. Близко никого не подпускали, потому что вокруг дежурили хмурые дружинники.

Я хотел было протиснуться к первым рядам зрителей, но все мои мысли крутились вокруг того щуплого блондина. Что за полукровка, и какого хрена он за мной следит?

Значит, меня всё-таки решили убить здесь, в толпе? Скорее всего, мои враги решили поменять тактику, и теперь это будет тихая смерть от кинжала в спину… Но тогда как же подстава моей тётушки из Перми? Да и каким отморозком надо быть, чтобы сделать это рядом с дружиной?

Подумав и приметив место сбоку от помоста, где толпа была пожиже из-за не очень удобного обзора, я двинулся туда. Раз помост плохо видно, может, и гномы меня не разглядят. И убийце будет трудно подойти…

Там тоже стоял воин-орк из дружины, окидывающий всех взглядом и расслабленно держащий руку у топора, висящего на поясе. Его глаза скользнули и по мне, проверяя на предмет опасности.

Обойдя болтающие парочки, я услышал пару интересных мнений. Вроде как многие воины в оцеплении тоже Видящие разных талантов, и их дело — усмотреть скрытую опасность. А настоящие грозные бойцы, владеющие боевой волшбой, находятся рядом с княжной.

Эта новость меня немного согрела. Значит, можно попасть в дружину обычному Видящему и остаться здесь, а не отправляться покорять болота?

Зрительные места за помостом уже были заняты высокими особами. Княжну и хмурого воеводу я узнал сразу. Попробовал подметить и остальных гостей…

И уставился в глаза гнома, который сидел на лавках для гостей, и как раз с этой стороны помоста. Слона-то я и не приметил… Это был Копаня Тяженич, и я машинально кивнул ему, улыбнувшись.

Гном, коснувшись кепки, ответил тем же, причём с искренним… кхм… с душевным дружелюбием, и у меня немного отлегло от сердца. Но ненадолго, потому что Копаня сразу коснулся сидящего рядом с ним воеводы, что-то сказал ему, и тот поднял на меня взгляд.

Я слегка улыбнулся орку, но воевода нахмурился, слушая гнома, и угрюмо кивнул ему. В этот момент я всем своим нутром почуял, что говорят они обо мне… Да чтоб вас, сраные гномы! И орки…

Ворча про себя, я открыл кулёк и стал нервно грызть семечки. Ну, а чего ещё делать? М-м-м, интересная штука… Я почувствовал странное жжение где-то в районе живота, но оно было довольно приятным. Скорее напоминало чувство насыщения, когда с голодухи наконец-то подкрепился.

На помост в этот момент вышел светловолосый орк. С аккуратной короткой причёской, с одного виска заплетённой в косички, и одетый очень богато, в сравнении со всеми теми, кого я видел до этого. Расшитый золотом красный камзол и красный же плащ, светлые кожаные сапоги до колен с отворотами. По одобрительному гулу толпы я догадался, что это, скорее всего, и есть барон Демиденко.

— Дорогие качканарцы…

Держался он уверенно и говорил так, будто привык, что каждое его слово ловят. Трубным мощным голосом он стал вещать о том, какой сегодня день, и как же для него, барона, и для всего Качканара он важен.

В речи была вставка, что по поручению самого императора, его светлейшего высочества Александра Александровича, барон уже много лет правит Качканаром и всячески приумножает богатство империи. Следят и осваивают непокорные уральские Омуты, защищая подданных от их Всплесков. Всячески способствуют вечной и незыблемой дружбе Российской Империи и гномов… При этих словах барон выразительно кивнул Копане Тяженичу, и тот дёрнул головой в ответ.

Потом же барон, наконец, перешёл к главной теме…

История Дениса с ирокезом оказалась не совсем правильной — барон всё-таки набирал воинов именно в свою дружину. Но Качканара достиг зов императора, по которому барон должен был отрядить воинов для защиты Сибирского Тракта, так что да, кто-то туда да поедет. Он не стал углубляться в то, какие там трудности, не сказав ни слова про огров, а стал вещать, как же важен этот тракт для торговли с далёкой Гном-Чжурской Империей.

Я покосился в сторону Копани Тяженича, который нет-нет да и кидал на меня весёлый взгляд, а один раз даже подмигнул. Гадство! И чего он не свалит в свою эту Гном-Чжурию?

Волнуясь, я прослушал последние слова барона, и очнулся, когда снова зазвенело било — это оказался висящий на верёвочке полуметровый медный диск перед помостом. Стали объявлять первые имена противников…

Ну, началось!

— Лешков Анатолий! — крикнул глашатай-эльф, пухлый и очень горластый, даже барон с ним бы не сравнился.

На помост тут же выскочил, улыбаясь, другой эльф — высокий и холёный. С прямыми, словно плойкой выровнял, волосами, с дурацкой широкой улыбкой, он был вооружён длинным копьём.

Копьё тут же засвистело в его руках, размывшись от скорости, и тут же резко остановилось. Я меня перехватило дыхание, когда в паре шагов от этого Анатолия в воздухе загорелась чёткая золотистая руна.

Эльф в этот момент крутанул копьё, а потом просто отбросил от себя, словно кинул невидимому напарнику… И, долетев до руны, копьё тут же вернулось обратно в руку хозяину, словно отскочило от надувного батута.

Этот момент увидели все, и толпа сразу же одобрительно загудела и захлопала в ладоши. Сразу же, дурачась и кланяясь народу, Анатолий вальяжно прошёлся по краю помоста, а затем повернулся, чтобы поклониться барону и остальным дорогим гостям. Все его движения буквально сквозили бравадой и хвастовством.

— Лукьян!

Я вытянул шею, потому как обзор у меня был не очень. Ещё и Копаня Тяженич нет-нет, да махал мне с улыбкой, будто издевался.

На помост неторопливо вышел рыжий громила Лукьян и со стуком поставил на помост свой массивный каплевидный щит, как раз острым концом на доски. Оказалось, больше он ничем и не был вооружён… только щит.

— Бой до первой крови! Смертельные раны запрещены и караются законом! — крикнул горластый глашатай, выскочивший на помост.

— Да ну на хрен, везде толпа! — меня снова задели, чуть подвинув, — О-о-о, Борька! Ну, клёво, отсюда тоже ни хрена не видно. А хотя не, вроде пойдёт, да⁈ — это оказался тот самый Денис, — Видишь, там Лукьян вышел?

Поджав губы, я ему кивнул. Не Деярь он, а Очевидящий…

— Хоть отдохнём от этого болтуна, да? — Денис ткнул меня в плечо кулаком, — Лука!!! Давай!!!

Я не успел ответить, потому что зазвенело било и бой начался.

Глава 10

Волшба бывает разная

У меня даже дыхание спёрло от предвкушения…

Вот эльф встал с одной стороны помоста и раскрутил копьё, с особым удовольствием слушая свист древка. Вот он снова зажёг золотистую руну в метре от себя и, бросив в неё копьё, поймал его обратно. Видно, очень любит этот эльф Анатолий хвалиться своим мастерством.

Поднялся ветерок и затрепыхал распущенные рыжие космы Лукьяна. Громила, встав с другой стороны помоста, упёр щит-«каплю» в доски и, не отрываясь, смотрел на противника.

Потекли секунды, и послышался редкий ор — кто-то кричал «у-у-у», но толпа пока не подхватывала. Вот наверняка эти крикуны тут специально поставлены, чтоб нужное настроение создавать.

Наконец, Лукьян поднял ладонь, на щите мигнули голубовато-серебристые руны, и тот сам подскочил хозяину в руку. Громила тут же уверенным шагом пошёл вперёд.

Эльф словно отзеркалил движение противника, двинувшись навстречу. Между ними оставалось шага четыре, когда эльф резко взял разбег и, прыгнув, со свистом рубанул копьём сверху. Лукьян легко принял удар и, шагнув вперёд, тут же толкнул щит… и просто его выбросил!

Щит отлетел на метр вперёд, и эльфу пришлось отскакивать. От меня не укрылось, как он зажёг руну в воздухе перед щитом, словно оттолкнувшись с помощью неё. Это придало ему скорости, иначе бы не успел.