Александр Иванов – Кайа. История про одолженную жизнь. Том 7 (страница 20)

Подниматься с пола совершенно не хотелось, да и чувство самосохранения просто-таки вопит о необходимости оставаться на полу до тех пор, пока не покинем опасную зону. Однако интуиция, которой я вполне доверяю (особенно теперь), твердит, будто здесь и сейчас я оказался не просто так. Неслучайно. И что мне прямо-таки необходимо в оба глаза следить за происходящим снаружи.

В итоге мгновенных колебаний, интуиция все же взяла верх над здравым смыслом.

Вновь надев шлем (уж не знаю, поможет ли он если вдруг что, но пусть лучше побудет пока на голове), я приподнялся и осторожно выглянул через неповрежденный участок стекла.

От увиденного по моему позвоночнику словно бы разряд тока пробежал, заставив кулачки рефлекторно сжаться.

И виной тому оказалась не картина разверзшегося за окном ада…

Я уже свыкся с тем, что «хороший человек» во мне умер окончательно, ибо после всего того, что творили со мной и чему сам становился причиной, было бы странно (лицемерно, скорее, а лицемерить перед самим собой не желаю), если бы у меня не выработался своего рода иммунитет к трагедиям, даже самым ужасным. А то, что произошедшее — ужасная трагедия, — факт.

Да и вообще, сопереживать окружающим у меня получается теперь из рук вон плохо, несмотря на вновь обретенную способность ощущать эмоции. То ли Кайа, как и Воланд, испытывает серьезный дефицит эмпатии, то ли проблема в том, что я не воспринимаю этот мир по-настоящему своим. А может, верны и оба варианта сразу.

…просто я представил, что произошло бы со мной, не будь эта машина бронированной.

Похоже, что устроители покушения ставили перед собой задачу не только ликвидировать некоего ViP’а из кортежа, но и нанести максимальный урон максимально возможному числу рядовых обывателей. Что ж, им это вполне удалось. Осколочные элементы насквозь «прошили» гражданские авто, оказавшиеся в зоне поражения. Жертв явно многие десятки.

— Держитесь! — крикнул водитель, и я обеими руками вцепился в пассажирскую ручку.

В этот момент Паша оттолкнул бампером очередную машину, а затем переехал через какое-то препятствие (бревно, что ли? Впрочем, бревну здесь взяться неоткуда) отчего авто здорово тряхнуло, и я с силой приложился головой о стекло. И, если бы не шлем, возможно, получил бы черепно-мозговую травму.

Однако в следующий же миг эта неприятность вылетела из моей головы, ибо я заметил то, как из главного автомобиля кортежа, машины которого Паша прямо сейчас и пытается растолкать…

Неужто кто-то умудрился выжить в эпицентре этого ада⁈

…натурально вывалился рыжеволосый мужчина в гражданском костюме. Одна нога, примерно по колено, у него отсутствует (вместе с брючиной), вторая же…ну, ее точно не оторвало, по крайней мере.

Несмотря на страшные ранения, он прижимал к груди некий портфель. Нет, не портфель. Это кейс для ВЭМ.

Мужчина повернул ко мне голову…

Этого не может быть! Даже если он и выжил тогда, то просто обязан валяться сейчас в постели! Он никак не может быть здесь, но тем не менее это точно он! — промелькнула мысль.

…и я его моментально узнал, хотя встречались мы лишь единожды. Буквально секунду спустя на сетчатке моих глаз вспыхнули зеленые адреналиновые кляксы, а время стало замедляться.

Честно сказать, в тот миг, когда начались взрывы, мне подумалось, что это, скорее всего, кортеж кого-то из членов царской Семьи. Но нет. Человека, вывалившегося из машины, зовут Денисом Олеговичем Вяземским. Это тот самый тип, встреченный мной в госпитале УВБ.

Я сейчас завороженно наблюдаю за миром, находящимся в странно замедленном состоянии — типа киношного «slow-mo» — однако мое оцепенение было беспардонно разрушено промелькнувшей мыслью…практически мыслеобразом…каковые получал от обитателей преисподней или от того приятного женского «шепота».

«Заскриптованное событие».

По позвоночнику пробежал новый разряд, а от очередного всплеска адреналина я практически лишился зрения. Мир замедлился для меня еще сильнее.

Вот почему недавно приключилось ощущение того, что мне никак нельзя покидать город! Я должен был оказаться сейчас здесь, дабы не пропустить «событие»! И оказался.

Похоже, сама Вселенная заботливо ведет меня от «события» к «событию». Покушение на Вяземского — это наверняка оно и есть, очередное «заскриптованное событие», причем завязанное лично на меня, на мою судьбу. И то, куда свернет моя дальнейшая история, целиком зависит от выбора, который я совершу прямо сейчас. Если старик умрет здесь — моя история пойдет одним путем, а если выживет — совсем другим.

— С-с-с-с-я-я-я-я-д-д-д-д-ь-ь-ь-ь-т-т-т-т-е-е-е-е в-в-в-в к-к-к-к-р-р-р-р-е-е-е-е-с-с-с-с-л-л-л-л-о-о-о-о и-и-и-и п-п-п-п-р-р-р-р-и-и-и-и-с-с-с-с-т-т-т-т-е-е-е-е-г-г-г-г-н-н-н-н-и-и-и-и-т-т-т-т-е-е-е-е-с-с-с-с-ь-ь-ь-ь. — донеслось со стороны водителя.

Ну что, спокойно едем дальше или…? Выбирай, Кайа, делай свой выбор! Только помни об «узле»!

Замедление мира исчезло в один миг.

— Тормози! — завопил я в то же мгновение, как сделал выбор.

Наша машина уже выбралась было на «оперативный простор», однако, услышав мой вопль, Паша резко нажал на тормоз.

Чувство самосохранение просто взвыло от ужаса, осознав мое решение, однако усилием воли я заставил заткнуться это самое чувство.

Нет, старика мне чисто по-человечески жаль, ведь в госпитале он, скорее всего, спас меня. Однако обменивать свою жизнь на его я не согласен категорически, так что не для этого велел остановиться. Просто я знаю — да, именно знаю, интуиция — если уеду сейчас, сделав вид, что происходящее меня не касается, то потом пожалею об этом самым искренним образом, вот только ничего исправить будет уже невозможно. По крайней мере, в эту попытку.

Паша ожидал моих дальнейших указаний. Представляю, что он обо мне сейчас думает, но и правда без вопросов выполняет любое мое распоряжение, даже откровенно самоубийственное.

— Вы умеете оказывать первую помощь тем…

И раз Вяземского увидел я, то и он наверняка тоже.

— … у кого такие раны? Аптечка имеется? И есть ли при вас оружие? — совершенно спокойным голосом спросил я, отчего на физиономии у Паши промелькнуло заметное удивление.

— Да. — односложно ответил водитель на все три вопроса разом, а затем в его руках появилось нечто — весьма немалого калибра — вроде гибрида снайперской винтовки и автомата.

Нет сомнений, что старик умрет от потери крови в самое ближайшее время, если ему не оказать немедленную медпомощь.

— Я притащу его сюда, а затем сяду за руль. Вы же попытаетесь остановить ему кровь и будете говорить мне, куда ехать. Нам нужно будет отвезти его в ближайший госпиталь.

Я не сомневался в том, что Паша прекрасно знает город.

— Хорошо. — без возражений согласился он.

— Вы готовы?

— Да. — все так же кратко ответил он.

— Ну тогда защищайте меня!

А затем я открыл дверь и…

Дикий вой сирен; человеческие вопли и визги, полные боли и ужаса, от которых нестерпимо хотелось зажать уши; звуки стрельбы из чего-то очень «крупного», но вроде бы неблизко; а еще, кажется, артиллерийская канонада.

…в первый миг, когда покинул бронекапсулу автомобиля, я оказался натурально дезориентирован безумной какофонией звуков, к которой добавился еще и целый «букет» соответствующих ситуации ароматов: воняло кровью вперемешку со сгоревшими топливом, пластиком и еще какой-то химической бурдой (взрывчаткой, наверное).

— Очнитесь! — прервал мое оцепенение окрик Паши, который спрятался за авто и высматривал вероятные угрозы.

Вернувшись в реальность от его окрика, мое внимание привлекли зеваки из ближайшего жилого дома. С инстинктом самосохранения у них явные проблемы (что неудивительно, ибо метрополия уже многие десятилетия живет совершенно мирной жизнью), а потому люди столпились на французских балконах, галдели и записывали происходящее на камеры видеофонов.

— Ну да, спешите видеть, рыжая дылда на арене…

В следующий момент я краем глаза отметил движение над набережной.

— Что за… — пробубнил я и, прищурившись, вгляделся во тьму, освещаемую луной, несколькими целыми фонарями городского освещения и окнами жилого дома.

Буквально в паре десятков метров от меня завис беспилотник, наблюдающий за картиной разгрома. Самый банальный квадрокоптер. А квадрокоптеров здесь нет. Это точно, я узнавал. Стало быть, это «глаза» кого-то из «кукушат». Значит, им доступна индустрия для производства таких вот игрушек.

У меня пересохло во рту, когда я представил, что еще они могли привнести сюда оттуда. Мне и правда, следует поторопиться (то, что оператор увидел меня — факт), пока сюда не прилетел какой-нибудь «Switchblade»* или что-нибудь похуже. С этих попаданцев-прогрессоров станется. В любом случае, уверен, что это не конец их «постановки», ибо старик все еще жив, а значит, своей цели — если желают его смерти — они еще не достигли.

— Паш! Видишь вон ту летающую хре…ерунду⁈ — закричал я, указывая рукой на квадрокоптер. — Сбей ее!

Водитель, проследив за моим указующим жестом, молча вскинул оружие и выстрелил (судя по звуку, калибр в его ручной пушке и правда — мама не горюй). Один-единственный раз, ибо стрелком он оказался крайне толковым. Беспилотник, начавший было свой маневр, перестал существовать.

Я на всякий случай еще раз огляделся по сторонам.

Как и предполагал, после взрыва вся пробка пришла в «творческий беспорядок»: кто-то попытался вырваться из ставшего смертельной западней затора, но в процессе этого умер или потерял сознание от ранения; у кого-то «сдохла» машина, побитая поражающими элементами… В общем, добраться теперь до старика — задачка со звездочкой.