Александр Холин – Золотарь золотого дна и Петр Великий (страница 8)

Глава 3

Ирина долго просыпалась в этот день и вставать ей попросту было лень. Сегодня никуда не надо бежать, никаких дел улаживать и не намечать совершить что-нибудь грандиозное. Или не грандиозное… Значит, можно и поваляться. Тем более, что завтра тоже никуда не надо было спешить и что-то важное или не очень совершать неукоснительно. Но солнечный лучик проник всё-таки сквозь жалюзи. Надо сказать, детство, проведённое в Мурино, приучило девочку к самым разным непогодным явлениям, включая и удивительные белые ночи. Но удивительными они были чаще всего только для туристов, приезжающих в Питер поглазеть достопримечательности города, пройтись по мосту «двенадцати яиц», добрести до Михайловского замка, чтобы на всякий случай посчитать количество букв, записанное на фронтоне, а затем, конечно же, съездить в Петергоф или просто прокатиться на моторной лодке по водам Северной Венеции. Да, именно так чаще всего величали Петербург сами горожане. Ведь нигде во всём мире нет таких уникальных архитектурных произведений посреди водных каналов, как в Южной и Северной Венециях.

Всё-таки надо было вставать. Кому надо – весёлому солнечному лучику или прекрасному летнему дню – неизвестно, только Ирина заставила себя подняться и побрести в ванную почистить пёрышки. Никаких неотложных дел на этот день намечено не было, поэтому Ирочка после завтрака надумала просто прогуляться по городу, тем более, что это ей всегда нравилось. Проходя по улицам с домами в три – четыре этажа можно было поразмышлять о таком принятом в то далёкое время градостроительстве, ведь каждый этаж планировался не менее трёх с половиной метров в высоту и более. Нигде в России таких зданий больше не было, разве что отдельные помещичьи усадьбы строились по таким же архитектурным излишествам и то по примеру Санкт-Петербурга. Причём каждое здание города было ничем не похоже на рядом стоящие. То есть можно было предположить, что во всём старинном Петербурге нельзя было найти

зданий-двойников, как нельзя отыскать одинаковых отпечатков с человеческих пальцев.

Двор встретил Ирину тихим ворчанием голубей, клевавших рассыпанные сердобольными бабушками хлебные крошки и удивительными свежими морскими запахами, которые попутные ветры донесли сюда из Маркизовой лужи. Вероятно, так она стала называться стараниями адмирала де Траверсе или потому, что там никаким морским судам было попросту не пройти – не известно. Но за восточной стороной Финского залива в народе прочно закрепилось это название. Говорили, что Маркизова лужа организовалась не просто так, но почему и когда это произошло – мнения расходились.

Размышляя таким образом, Ирина прошла арку, вышла на улицу, повернула по Гороховой в сторону Адмиралтейства и чуть не налетела на спешащего куда-то парня.

– Ой! – испуганно воскликнула Ирина. – Извините, пожалуйста!

– Нет! Это вы меня извините, – отозвался налетевший на девушку парень. – Я только что купил мороженое и размечтался его уничтожить, поэтому совсем не смотрел себе под ноги.

– И тут под шофёра бросается какая-то пустолайка, – ядовито ухмыльнувшись, отметила Ирина.

Она посмотрела на своего случайного собеседника оценивающим взглядом. Одет он был в стандартные джинсы, кроссовки и шёлковую чёрную рубашку. Такие стандартные, как уже определила Ирина, кроссовки и джинсы носило полгорода, а вот в чёрных шёлковых рубашках щеголял далеко не каждый. Поэтому девушка и уделила ему внимания немного больше, чем следовало.

– Во-первых, здравствуйте, Ирина! – неожиданно произнёс парень. – Во-вторых, примите, как знак извинения, это мороженое. Я для себя его покупал, но с удовольствием жертвую вам.

– Здравствуйте…, – рассеянно ответила Ира и машинально взяла в руку протянутое ей мороженое. – А разве мы знакомы?

– Ну, конечно, – хмыкнул парень. – Мы всегда проходим мимо того, на что хоть мимоходом следовало бы обратить внимание.

На вечеринке у Алексея Гилярова с месяц назад вы, мне кажется, обратили внимание на всех и на каждого мужчину, кроме меня. Видать, мордой не вышел или не дорос ещё до настоящего мужчины.

– А чем настоящие мужчины отличаются от обычных? – улыбнулась Ирина.

– Вероятно, от обычных голова болит, а от настоящих – кружится, – парировал её собеседник.

– Я, как женщина, могу подтвердить, что мужчины нам всегда приносят счастье. Только одни своим присутствием, а другие – отсутствием.

– Вот как? – поднял бровь её собеседник. – Тогда позвольте полюбопытствовать насчёт себя: какое чувство у вас возникает при общении со мной?

– Мы пока ещё знакомы без году неделя, – снова улыбнулась

Ирина. Но какое чувство может возникнуть, если для меня вы – ещё нераскрытая книга. Тогда хоть назовитесь как-то, а то мы уже беседуем как старые друзья, а я даже не знаю вашего имени.

– Дмитрий, – коротко представился парень и изобразил что-то вроде офицерского поклона даме сердца.

– Вот как? Имя хорошее, русское. Но соответствует ли оно его владельцу?

– Не знаю, – честно признался парень. – Говорят, что это имя греческого происхождения, в чём я сомневаюсь. Но всё равно должен быть верным, ответственным и никогда не подводить в трудной ситуации, соответственно расшифровке. А вот ваше имя гарантирует хозяйке стремление к чистой возвышенной любви и наличие аналитического ума, в чём я убедился ещё на вечеринке у Гилярова.

– Спасибо.

– А вы кушайте мороженое, кушайте. Не пропадать же подарку.

– Спасибо, – опять повторила Ирина. – «Ленинградское»! Надо сказать, вы с подарком угадали. Я с детства любила «Ленинградское».

– Сейчас доблестное начальство страны, я его называю «кремлядью», грозится изменить название даже нашего любимого мороженого, не говоря уже об остальном.

Кстати, вы просто гуляете или куда-то шли, а я у вас время отнимаю?

– Нет, никуда не спешу.

– У меня тоже сегодня есть остаток свободного времени. И я собрался его употребить для поездки на Котлин. Вы не против составить мне компанию?

– С удовольствием, – согласилась Ирина, уплетая мороженое. – Я была там с экскурсией ещё в школьное время, но, думаю, вам не надо говорить, что такое школьная экскурсия с «правильно» воспитанными экскурсоводами.

– Да уж, сам прошёл через эту гильотину, – хмыкнул Дмитрий. – Мало того, что название острова всегда тупо умалчивалось, дескать, остров всегда назывался Кронштадт и точка. Шаг влево, шаг вправо – считается за побег…

– Вот-вот, – подхватила Ирина, – все усиленно повторяют то, что положено. А что положено, когда и куда – не ответит никто. Но как мы поедем?

– Есть два варианта. Можно поймать такси, а второй – доехать в метро до «Старой Деревни», а оттуда – на автобусе.

– Меня почему-то больше второй вариант устраивает, – нахмурила лоб Ирина. – Просто в автобусе мне с вами, думаю, будет не скушно. Или как?

– А вот там увидим.

На том и порешили. Пока ехали в метро до «Старой Деревни», пока оттуда добирались на автобусе до острова Котлин, Дмитрий старался и выкладывал все свои исторические знания по этому вопросу, начиная с Маркизовой лужи.

– Вы думаете, восточная часть Маркизовой лужи существовала всегда? – задал он вопрос попутчице и сам же на него ответил. – Нет. Именно здесь существовала крепостная стена древнего города, от которой остались только крепость Кронштадт; Форт «Константин»; Форт «Александр I» (Чумный); Форт «Петр I»; Форт «Кроншлот»; Форт «Павел I»; Форт «Милютин»; Южный форт №2 «Дзичканец»; Южный форт №1; Береговой форт «Риф»; Береговой форт «Шанец»; 1-й Северный форт; 2-й Северный форт; 3-й Северный форт; 4-й Северный форт (форт «Зверев»); 5-й Северный форт; 6-й Северный форт; 7-й Северный форт; Форт «Обручев»; Форт «Тотлебен».

Вообще, остров упоминается во многих документах под разными названиями, например, Рычерт, Кеттусари, Риссерт и даже Реттусари. Поэтому нельзя точно определить, откуда пошло его название. Есть интересная гипотеза о том, почему остров Котлин получил своё название. В переводе на русский язык оно обладает значением, близким к слову «котёл», но и это предположение двусмысленно. Вас не удивило, почему я принялся упоминать все существующие форты? Всё просто. Уважаемому Западом царю herru9 Питеру не хватило бы десяти жизней, чтобы отстроить такое количество фортов, не говоря уже о городе. Дело в том, что именно в этом месте проходила крепостная стена великого портового города, служащего перевалочным пунктом для русских и иностранных купцов. Потом во время одного из потопов, которые засвидетельствованы изысканиями геологов и археологов, уровень воды Атлантического океана поднялся на семь метров, что в первую очередь сказалось на портовом граде, который назывался тогда по предположениям историков Винета. К тому же Винета и всем известная Венеция – это как два города-близнеца, потому что Винета очень походила на своего южного брата архитектурой многих зданий, изготовлением статуй, которые даже при нынешнем электронном оборудовании и современных станках повторить практически невозможно. Хотя любой экскурсовод уверит вас, что наши «крепостные крестьяне» при помощи только топора, зубила, водки и какой-то матери делали такие вещи, которыми мы – их потомки – можем только восхищаться и восторженно ахать. Что здесь было до Петра, так сказать, «великого», и что осталось – это отдельный вопрос. Если будет интересно, мы к нему обязательно вернёмся. А сейчас хотите послушать мои размышления о нашем городе?