Александр Харонов – Время Клонов. Из 26-го года в 26 век! (страница 18)

Это был парк.

Если, конечно, так можно назвать место, где всё выглядело слишком… правильным. Деревья росли ровными рядами, их кроны будто бы были подогнаны под одну форму. Газон – идеальный, ни одного жёлтого пятна. Между деревьями располагались зоны отдыха – плавные, словно вытянутые из единого куска материала скамьи, прозрачные столики, какие-то светящиеся панели, встроенные прямо в поверхность дорожек.

Здесь были люди.

Точнее – девушки.

Кто-то сидел, кто-то шёл по дорожкам, кто-то разговаривал друг с другом. Но даже отдых у них выглядел… организованно. Я не видел ни одного резкого жеста, ни одного лишнего движения. Они двигались так, словно между ними существовал негласный ритм, который я пока не слышал.

Где-то неподалёку тихо скользили небольшие дроны, занимаясь своими делами – один подравнивал ветви у дерева, другой очищал поверхность дорожки от пыли, третий завис возле группы отдыхающих, проецируя перед ними что-то вроде интерфейса.

Ни суеты.

Ни шума.

Ни хаоса.

– Это общественная зона восстановления, – сказала Лира, заметив, как я осматриваюсь. – Здесь жители проводят время между циклами активности.

Между циклами.

Я не стал уточнять, что это значит.

– У вас всё… очень упорядочено, – сказал я наконец.

– Иначе система не сможет функционировать, – спокойно ответила она.

Мы прошли немного вперёд. Я заметил, что одна из дорожек уходит дальше, к более высоким уровням. Там начинались конструкции, отличающиеся от тех, что я видел раньше – более массивные, с непрозрачными стенами и редкими входами.

– А туда можно? – спросил я, кивнув в ту сторону.

Лира посмотрела туда же.

– Не всем.

– В смысле?

– Существуют уровни доступа, – сказала она так же ровно. – Некоторые зоны предназначены только для специализированных особей.

Особей. Это слово немыслимым диссонансом резануло слух.

Я почувствовал, как внутри что-то неприятно зашевелилось.

– А если кто-то всё-таки попадёт туда?

– Это маловероятно.

Она не стала объяснять почему.

Мы остановились у края платформы. Отсюда снова открывался вид на город – бесконечные уровни, мосты, прозрачные шахты лифтов, потоки движущихся фигур.

Я вдруг понял, что всё, что видел сегодня – это только поверхность.

Витрина.

И что за ней скрывается что-то ещё. Что-то, о чём здесь не говорят просто так.

Моё появление в этом мире было случайностью.

Но оставаться сторонним наблюдателем, похоже, мне долго не дадут.

• Финал главы

Я вернулся в лабораторию Лиры, уставший до костей, но во мне всё ещё бурлили впечатления.

Комната была небольшая, но аккуратная, с плавными линиями и встроенными панелями, мягким светом, который не давил на глаза. Здесь я мог наконец снять с себя ранцевую конструкцию и дать телу отдохнуть. Сев на диван, я позволил себе на мгновение закрыть глаза, но мысли не отпускали.

Я открыл дневник. Пальцы дрожали – мне хотелось зафиксировать всё, что видел, чтобы не потерять ни одной детали.

Сегодняшний день был слишком странным, чтобы просто забыть его. Город… он как живой организм, каждый уровень, каждая дорожка, каждый жест жителей выверен до совершенства. Я испытывал восторг, любопытство, но в глубине души уже ощущал тревогу. Всё это слишком идеально. Слишком чуждо. Слишком рационально для человеческой жизни.

И люди… или клоны? Я не знаю точно. Их движения синхронны, но это не роботы, они живые, и всё же кажется, что индивидуальности почти нет. Лира всё объяснила, но ответы оставляют больше вопросов, чем дают понимания. Уровни доступа… резервации… что скрывается за этими стенами?

Я сделал паузу, подпер голову рукой и вздохнул. Внутри появилось странное чувство чуждости времени, как будто я смотрю на мир не своим взглядом, а глазами будущего, которое пока не до конца понимаю.

Завтра будет новый день. Лира и её команда обещали показать больше, поглубже – исследовать город и посетить зоны за его пределами.

А пока я закрыл дневник, откинулся на диван и впервые за долгое время почувствовал, что могу позволить себе спокойно уснуть, пусть хотя бы на эту ночь.

Завтра начнётся настоящее погружение в этот мир.

Наши дни. Дискуссия

– Я не понимаю, как он снова стал нечитаемым, – Ли Вэй склонился над экраном, глаза его были округлены. – Мы ведь только что дочитали до конца первой главы…

– Да, – устало ответил Иван, потирая переносицу. – Всё правильно, мы перевели, запомнили, а файл снова перескочил. Часть текста просто исчезла.

– Мне это не нравится, – тихо пробормотал Чжан Мин. – Он как будто сам живёт… и пишет сам, когда захочет.

– Ему это не нравится, – проворчал Ли Вэй. – А кому это нравится? Мы только успеваем фиксировать, что уже есть. А дальше… хм, даже не знаю, чего ждать.

– Главное, – вмешался Иван, – мы сохранили всё, что прочитали. Завтра файл, скорее всего, снова подрастёт, и мы продолжим расшифровку.

– А завтра… он опять сменит форму текста, – добавил Чжан Мин. – Мы даже не знаем, где границы новой информации.

– Тогда терпение, друг мой, – философски произнес Ли Вэй. – Утро покажет. А пока можно отдохнуть, зарядить мозги. Я предлагаю пойти, прогуляться по городу.

– Да, такая мысль мне по душе! Никуда он от нас не денется, завтра начнём с чистого листа, – заключил Иван. – Метод есть, будем разгадывать кусочек за кусочком.

И они вышли на улицу.

Улица встретила их шумом машин и толпой людей.

– Слушай, – начал Ли Вэй, глядя на поток людей вокруг, – как ты думаешь, это чья-то такая шутка?

– Похоже, что нет, – ответил Иван, шаг за шагом обходя ярмарку у улицы, которая в переводе на русский могла бы звучать, как «храмовая». – Он писал, что капсула сломалась, и вместо прошлого – бах, две тысячи пятьсот второй год.

– Надо же, – присвистнул Чжан Мин, – вот так история? И всё вокруг… чуждое, идеальное… Как они вообще живут так синхронно?

– Именно похоже на выдумку, – кивнул Ли Вэй. – Он пишет, что женщины почти все одинаковые, но с разницей в деталях. Напоминает анекдот, который рассказал нам наш русский друг (он ткнул пальцем в Ивана) про того тупого медведя, который пожелал, чтобы все медведи были медведицами, а заяц пожелал того медведя сделать нетрадиционной ориентации. – он коротко усмехнулся. – И как они управляют городом, мне интересно.

– Ага, там много непонятного… ещё эта капсула… – задумчиво протянул Иван. – Он даже не собирался сразу в 2500-й. Только хотел проверить ближайшее будущее. А тут… целый прыжок в далёкое.

– Да ну, – Ли Вэй нахмурился, шагая по шумной улице, – это всё ерунда. Машина времени? На пятьсот лет вперёд? Парадоксы, законы физики… Так не бывает, понимаешь? Не верю. Небось слышали про петли времени и все такое? Вот если бы машина времени вообще была возможна, да еще так просто, как пишет наш гений… поток времени… ее точно в будущем изобретут. Но где тогда наши путешественники во времени? Давно бы из будущего кто-то прилетел и прокололся так, что его заметили бы.

– А может и бывает, а может и нет, – пожал плечами Чжан Мин. – Он пишет о будущем, мы читаем… кто скажет, что это правда?

– Нет, – встрял Иван, сжимая рукоятку сумки, – я – верю! Ты понимаешь, он так описывает… я как будто своими глазами видел: детали, прибор, капсулу… Всё кажется логичным, ошибок нет. Чувак реально прыгнул во времени!

– Логичным, ты это называешь логичным? – усмехнулся Ли Вэй, – там миллиарды лет на координатах! Ты серьёзно думаешь, что это не ошибка, что он сам туда попал?

– Именно так, – настаивал Иван, – ошибка была, но капсула сработала. Сломалась по пути и выбросила его в 2502-й… А сам факт прыжка – описан последовательно, с деталями.

– Хм… – Чжан Мин провёл пальцем по экрану телефона. – Не знаю… Может, он просто фантазирует. Но текст странный, и при этом последовательный. Хотя, может просто писатель хороший. Я, например, читал «Машину времени» Герберта Уэллса. Тоже хорошо написано.

– Чтобы фантазировать так… – захохотал Ли Вэй, – не надо быть гением, достаточно просто быть хорошим писателем. А вы говорите «реальность». Я бы так не поверил, даже если бы увидел!

– Я бы поверил, – Иван сжал кулак, – потому что это не просто фантазия. Это точные наблюдения, эмоции, расчёты… Человек пытался управлять временем. В общем, не знаю, как вы, ребята, а мне хочется верить, что это реально работает!