Александр Харников – Дунайские волны (страница 43)
Мы с Андреем установили на мостике станок ПТРК и подсоединили транспортно-пусковой контейнер, после чего я взял один из кораблей на сопровождение, а Андрей стал наблюдать за ним в бинокль, попутно прикидывая дальность до цели.
Наиболее дерзко вел себя турок. Мы знали, что командует им британец, принявший ислам – Адольф Слэйд. Ему, единственному из всех командиров турецких кораблей, удалось уцелеть во время сражения при Синопе. Он спас корабль, но попал в немилость к султану, который посчитал, что Слэйд просто струсил. И вот теперь командир «Таифа» пытался реабилитироваться, на всех парах мчась на русский пароходофрегат.
«Вот с тебя-то, голубчик, мы и начнем», – подумал я.
– Дальность примерно четыре с половиной тысячи, – произнес Андрей, не отрываясь от бинокля.
«Так, сейчас проверим». Я загнал силуэт корабля в шкалу определения дальности. Высота корабля от ватерлинии до клотика, как мы уточнили у местных моряков, была примерно 30 метров. Я навел сетку определения дальности с цифрой «4» на силуэт корабля. Шкала, рассчитанная на габарит танка высотой 3 метра, закрыла примерно десятую часть силуэта. Установил переключатель дальности ПТРК на цифру «3», навелся нижним разрезом вертикальной нити прицела на верхнюю часть корпуса и, сопровождая цель, произнес, попутно вставляя беруши:
– К пуску готов!
Андрей присел, зажав уши, и скомандовал:
– Огонь!
– Внимание, пуск!
Я нажал на скобу спуска. Зажужжали приводы механизма, потом раздался характерный громкий хлопок, и последовала вспышка пламени. Ракета сошла с направляющей и устремилась к вражескому кораблю. Я крутил маховики вертикальной и горизонтальной наводки, удерживая прицельную марку на цели вплоть до попадания в борт «Таифа» ракеты с термобарической БЧ.
Достав беруши из ушей, я услышал рядом крики – мы предупреждали матросов держаться подальше от нашей «шайтан-трубы», но похоже, двое или трое не обратили внимания на наши слова, за что и поплатились легкими травмами. Все-таки при выстреле удар по ушам такой, что оглохнуть можно, да и зрелище, что называется, не для слабонервных – вспоминаю, каково мне было, когда я впервые стал свидетелем первого применения сего девайса. Но времени наблюдать за командой парохода у меня не было – надо было было готовить ПТРК к новому выстрелу.
Огненный шар расцвел на палубе вражеского корабля. Турецкий пароходофрегат окутался облаком дыма и пара и потерял ход. Пожар вскоре охватил весь его корпус.
– Попадание! – крикнул Андрей и тут же подскочил к установке. Отвел ручку доводки контейнера, ладонью снизу подбил его, вышивая из направляющей, и отбросил пустой тубус. Подхватил следующий контейнер, установил его паз в выемку направляющей и ручкой доводки довел его до места, зажав и закрепив. Хлопнул меня по плечу, показав большой палец и давая понять, что ПТРК готов к следующему выстрелу, после чего подхватил бинокль и стал наблюдать за вторым кораблем.
«Минус один, – подумал я. – Сейчас начнем вторую фигуру Марлезонского балета. Тем более что гасить будем француза. Правда, „Гомер“ – кораблик старенький, и даже немного жаль уничтожать этот антиквариат. Но видать, на роду ему написано утонуть в сей скорбный день».
– Дистанция та же!
Я опять перепроверился по шкале определения дальности и оставил исходные установки стрельбы. Снова вставив беруши и захватив цель в нижний разрыв вертикальной нити прицела, я выстрелил, и ракета, вращаясь по спирали, полетела в сторону француза. Когда на его палубе громыхнул взрыв, «Таиф» уже ушел под воду, и из воды торчали лишь верхушки его мачт. Британец – как выяснилось, это был пятипушечный шлюп «Ардент», – сообразив, что сейчас наступит и его очередь получить в борт ракету, поспешил спустить флаг.
Ну что ж, подумал я, мы славно поработали и славно отдохнем. Увидев выходившего с мостика капитана 2-го ранга Григория Ивановича Бутакова, я отдал ему честь и сказал:
– Григорий Иванович, докладываю вам, что…
– Молодец, прапорщик, – перебил он меня. – Видел я вашу работу. Теперь мы вернемся домой не с пустыми руками. А нам пора оказать помощь тонущим. Все ж они люди, хотя и не самые лучшие на этом свете!
Австрийцы нехотя, нога за ногу, но очистили наконец Дунайские княжества. Остались считанные дни до того, как русская армия форсирует Дунай и начнет свой победный марш на древний Царьград. И османы, и их англо-французские союзники деморализованы. Кроме того, они ожидают войны по классическому сценарию, а у нас и тактика, и стратегия сильно изменились, да и на Черном море наш флот, с учетом захваченных английских и французских кораблей, намного превосходит неприятеля. Но самое главное – наш боевой дух сейчас на высоте.
Поэтому сомнений в нашей победе практически не оставалось. Но как я неоднократно и говорил, и писал в докладных записках, мало выиграть войну – нужно выиграть и мир. В частности, необходимо уже сейчас подготовиться к будущему устройству тех территорий, которые мы освободим от турецкого владычества. И основной вопрос таков – Россия должна решить для себя окончательно, так ли нужны ей Балканы – «пороховой погреб Европы». Ведь вся русская дипломатия XIX века и начала века XX была завязана на разрешение конфликтов, истоки которых находились на Балканах. Более того, именно выстрел Гаврилы Принципа в Сараево оказался той самой искрой, которая разожгла костер Первой мировой войны. А она, как известно, закончилась крахом четырех империй: Российской, Германской, Османской и Австро-Венгерской.
Как известно, инициатива наказуема. Император, а также министр иностранных дел Василий Алексеевич Перовский изволили высказать пожелание, чтобы я подготовил доклад о положении дел на Балканах и о желательности (или нежелательности) взятия под наш контроль этого региона. Многие в России XIX века все еще никак не могли расстаться с романтическими идеями «славянского братства» и «единства православных народов». Мы же в нашем времени воочию убедились, как «братушки» быстро забывают все то, что Россия и русские сделали для них. Та же Болгария почему-то каждый раз – что во время Первой мировой войны, что во время Второй, что в послесоветской истории – оказывалась в числе противников России. Да и остальные наши «союзники» легко и непринужденно предают нас, как только видят в этом выгоду.
Я начал свой доклад с того, что дал расклад сил на Балканах и рассказал о государствах, которые в нашей истории появились на карте Европы после ухода оттуда турок. Получалось, что даже статус кво – турецкое владычество – был для нас во многом предпочтительнее подобного варианта. Османы железной рукой давили в зародыше все националистические движения на Балканах, не давая поднять голову сторонникам Великой Греции, Великой Сербии, Романия Маре[49] и Священной Болгарии. Причем все эти «великие» имели друг к другу территориальные претензии, которые можно было решить лишь с помощью оружия. Но воевать за них должна была почему-то Россия.
– Возьмем, к примеру, Румынию. Хотя ее еще нет на карте, но в нашей истории валашские бояре, провозгласив великое княжество, а потом и королевство, сразу взяли курс на создание вышеназванной Великой Румынии. У них появились территориальные претензии к Австрии, России и Болгарии. Но из-за слабости своей армии румыны все время пытались урвать что-нибудь у своих соседей в союзе с какой-либо великой державой.
В 1877–1878 годах Румыния выступила совместно с Россией против турок – и получила выход к Черному морю и Северную Добруджу, заселенную в основном греками, болгарами и турками. И практически первым шагом к «благоустройству» этих земель было изгнание местных жителей и колонизация освободившейся территории валахами. В 1913 году она, до того сохранявшая нейтралитет, примкнула во время Второй Балканской войны к антиболгарской коалиции и оттяпала у побежденной Болгарии уже и Южную Добруджу.
А в 1916 году Румыния вступила в войну против Австро-Венгрии, Турции и Германии на стороне Антанты – союза России, Франции и Англии. И хотя румынские войска были тут же разбиты, но в конечном итоге, после победы Антанты, Румыния оказалась в числе государств-победителей и сумела увеличить свою территорию за счет той же Австро-Венгрии и Советской России…
– Как, Россия была побеждена этими жуликами-валахами?! – воскликнул генерал Перовский. – Быть того не может!
– С Россией, в которой произошли последовательно две революции, поступили как с побежденной страной, и Румыния отобрала у нее Бессарабию и Северную Буковину. Но стоило лишь России, которая тогда называлась СССР, окрепнуть и грозно посмотреть на «храбрецов» из Бухареста, как те тут же, без всякого сопротивления вернули все отобранное назад.
Правда, уже через год румыны в союзе с Германией и некоторыми другими европейскими государствами напали на СССР. Они захватили часть нашей территории с Одессой и назвали все это Транснистрией. У «потомков римлян и даков» разыгрался непомерный аппетит, и они уже мечтали захватить всю Тавриду. Но когда русская армия начала бить германскую, румыны, вовремя сориентировавшись, предали своих покровителей и быстренько переметнулись на нашу сторону.