Александр Харитонов – Временные лучи (страница 3)
А именно сложившаяся серьёзная ситуация с Орденом рыцарей Храма – с Орденом Тамплиеров описывалась в тайном, зашифрованном послании, которое в рукоятке меча привёз рыцарь де Руа…
… На другой день после Пасхи Христовой, и после окончания праздничных торжеств и церемониальных шествий, двенадцать человек в рыцарских туниках с красными крестами на них собрались на удалённом от замка поле, на котором уже начала появляться первая зелёная весенняя трава. Они все были ещё накануне предупреждены лично самим Верховным Магистром о необходимости выезда на совет за пределы замка. Всего лишь один рыцарь отсутствовал по уважительной причине. Одиннадцать из двенадцати рыцарей – были старшие братья Ордена, представлявшие его различные отдалённые подразделения. В иерархической лестнице Ордена Тамплиеров – они находились на одной ступени ниже Великого Магистра и представляли властный управляющий орган всех тамплиеров. Двенадцатым рыцарем был сам Верховный Магистр – Жак де Молей. Рыцари спешились со своих коней, отдали поводья своим оруженосцам, и отошли от них на середину поля. На этом настоял сам Верховный Магистр. Он опасался, что в помещении замка всё сказанное на собрании рыцарей – может быть каким-либо образом подслушано лазутчиками. Не зря же существует поговорка: «Даже у стен есть уши». А вот проведение совещания вдали стен замка – гарантировало бы то, что всё сказанное на этом совете как раз и не будет доступно посторонним ушам. Рыцари все единогласно согласились с таким мнением де Молея и не раздумывая выехали за пределы замка, благо погода позволяла и светило тёплое весеннее солнце и радостно щебетали певчие птицы.
Подождав немного, что бы рыцари расселись небольшим кругом на свежей полевой траве, Жак де Молей вышел в его центр, прочитал молитву, перекрестился и начал свою речь.
– Братья! Что вы все сейчас услышите, не должно для вас быть неожиданностью. Но тем не менее, прошу вас всех дать сейчас клятву, что всё сказанное здесь – не станет достоянием посторонних лиц.
Рыцари дружно встали, подняли вверх рукоятки свих мечей, приложились к ним губами, и, поцеловав их, произнесли дружно: – Аминь!
После этого Верховный Магистр продолжил:
– Ни для кого не секрет, что король французский Филипп Красивый, этот коронованный Диавол, давно зарится на собственность нашего Святого Ордена. Сила и могущество тамплиеров – ему как кость в горле, а богатства наших братских общин – не дают покоя. Давно уже он пытается наложить на них свою жадную и загребущую лапу. Ранее, при предыдущем Папе, все его подобные попытки получали поражение. Однако новый Папа Климент – совсем иное дело. Да-да! Не удивляйтесь! Он фактически является ставленником французского короля и боится даже перечить ему в чем-либо! Одна из причин, что на Святом Престоле появился, увы, такой Папа, – являются происки Филиппа против нашего Ордена. Обидно сознавать, что Святую Церковь нашу пытаются использовать как орудие против нас, истинных защитников Святой Веры. Мы давно чувствовали, что алчущие руки наших врагов тянутся к нашим Реликвиям и к нашим достижениям. Постоянные оскорбления и угрозы со стороны приспешников французского короля начинают воплощаться в реальные действия. Вот, послушайте, – несколько дней назад я получил секретную депешу из Венеции от нашего брата по вере, – от Верховного Магистра Ордена Тевтонов – Зигфрида фон Фойштвангена. Все мы знаем, с какой дружбой братья этого ордена относятся к нам. Они всегда готовы подставить своё плечо в борьбе за Святую Веру Христову. Вот и сейчас их Верховный Магистр сообщает нам, что у него появилась полная и достоверная информация о том, что в результате сговора французского короля и Климента – готовится булла о запрете нашего Ордена.
Между сидевшими и слушавшими речь де Молея рыцарями пронёсся негодующий ропот. Магистр поднял руку, и продолжил.
– Слушайте далее… Так как само письмо зашифрованное, то я показываю его вам в том виде, каково оно есть. Вот оно!
Магистр поднял пергамент, что бы сидевшие могли его рассмотреть и увидеть печать Верховного Магистра Тевтонского Ордена.
– В этом письме сообщается, что Папой Климентом готовится обвинение рыцарей Ордена в ереси, с приписыванием им всяких святотатств и злодеяний. Так же тайно ведётся подготовка к судилищу – трибуналу, на котором наш Орден объявят виновным в связях с сатанизмом, и он будет объявлен распущенным…. Вот такие нас ждут суровые времена.
Жак де Молей окинул взором внимательно слушавших его и ошарашенных, такими вестями, рыцарей.
– Что скажете братья?
После непродолжительного молчания, потребовавшегося рыцарям на осмысление сказанного, встал один из них, самый седой, рыцарь, прибывший из Испании, и произнёс слова, которые были встречены полным одобрением присутствовавших.
– Что тут скажешь, брат Жак? Пути Господни – неисповедимы. Мы должны подготовиться к этим суровым временам и все вместе встать на защиту нашего братского Ордена. Мы должны не допустить его уничтожения, надругательства над его коллективным опытом, знаниями, реликвиями и Святой Памятью о братьях наших, кои пали в боях за Истинную Веру, Гроб Господень и за Святую Церковь нашу. Мы должны заранее позаботится о том, чтобы сохранить наши накопленные культурные богатства, да и что там говорить – и материальные ценности. Что бы они не попали в алчущие лапы слуг Люциферовых, – приспешников Филиппа Красивого. Будь он трижды проклят во веки веков! Надо спрятать особо ценные Святые Реликвии Храма Соломона и ценности Ордена в тайном месте, которое будут знать только двое – Верховный Магистр, и самый старый, самый уважаемый рыцарь нашего Ордена, которого мы выберем. Думаю, что мы все вполне можем доверить Вам, Ваша Светлость – Верховный Магистр, принять решение как, каким образом и где спрятать Орденские Реликвии. Тем более, что у нас, как Вы говорите, есть много сторонников, готовых оказать нам помощь в этом. Главное, это сберечь от слуг Сатаны нашу бесценную Святую Реликвию царя Соломона – Животворное Чело Архангела. Эту нашу главную и Тайную Святыню, о которой известно только присутствующим здесь рыцарям. Поклянёмся же, браться, что Тайна эта – скорее умрёт с нами, чем станет достоянием зла, тьмы и невежества!
Все рыцари встали, подняли правую руку и произнесли лишь одно слово:
– Клянусь!
С переполнявшим его чувством гордости за своих рыцарей, Великий Магистр осенил их всех крестом:
– Храни вас всех Господь! Спасибо братья! Я завтра днём выезжаю в Авиньон на аудиенцию к Папе, если таковую можно назвать аудиенцией. Скорее всего, это будет унизительная процедура принуждения нас к повиновению перед заранее вынесенными решениями. А поэтому, – я уже сегодня отдам своей властью все необходимые распоряжения по принятым нами решениям. Вы же все, как и я, сейчас заранее поставите свои подписи на чистом листе, на котором позже я напишу наше распоряжение. Просто позже, в замке, я уже не смогу собрать вас всех заново без опасения привлечь внимание возможных скрытых лазутчиков. Уверяю вас, и клянусь Святым Распятием, что я не злоупотреблю вашими подписями и выполню все наши решения относительно достояния Ордена точь-в-точь, как мы все тут и постановили и в чем принесли нашу общую клятву.
Рыцари по очереди подписали лист пергамента и приложили к нему свои личные печати. Магистр аккуратно свернул пергамент и спрятал его у себя на груди. После этого все с тяжелыми мыслями вернулись к дороге к поджидавшим их там оруженосцам, сели верхом на лошадей и поехали назад в замок Тампль. По приезду в замок, они не заметили, да и никто в замке тоже не видел того, что за поездкой храмовников за пределы замка скрытно наблюдала пара пытливых глаз….
Вечером в той же комнате с камином и за столом с пергаментами, папирусами и рукописными книгами, сидел Магистр Ордена Тамплиеров – Жак де Молей. Перед ним лежал пергамент с подписями двенадцати рыцарей, его личной подписью и с Главной Печатью Ордена Тамплиеров. Старый рыцарь отложил в сторону гусиное перо. Поднял пергамент и присыпал его тальком. После этого потянул за шнурок с кольцом, висевший рядом на стене. Во внешних коридорах раздался звон колокольчика. Вошел рыцарь Вернон и склонил свою голову в почтительном поклоне.
– Входи мой брат! – негромко произнёс Верховный Магистр.
– Садись рядом – ближе ко мне. Нас не должен никто слышать. У меня с тобой будет долгий и серьёзный разговор…
…. Рано на рассвете следующего утра, пока замок Тампль был ещё окутан утренним туманом, солнце только начало пускать свои первые слабые утренние лучи, и все в замке ещё спали, – практически бесшумно был опущен подвесной мост через ров, окружавший замок, приоткрылись главные ворота и из них тихим шагом вышли два человека. Они осторожно, стараясь не шуметь, вели за собой двух оседланных лошадей, через спины которых были перекинуты дорожные перемётные сумы. После того, как эти двое с лошадьми отошли ото рва, – ворота в замок опять тихо закрылись за их спинами, а мост вновь бесшумно поднялся. Эти двое были рыцарями, одетыми соответственно, как для предстоящего похода. Они отошли ещё немного от замка, пока их не скрыл уже начавший рассеиваться туман, сели на лошадей, пустили их лёгкой рысью и почти сразу же повернули от замка на дорогу, ведущую на запад. Этими двумя рыцарями были брат Андре Вернон и, недавно приехавший с Кипра, брат Эмиль де Руа. Если бы они подождали ещё минут десять у стен замка, то наверняка смогли бы заметить, как из бойницы одной из башен вылетел одинокий голубь, покруживший над замком в практически уже чистом небе и взявший курс на юг…