Александр Хакимов – В Багдаде все спокойно (страница 3)
Вручив одну палицу Марату, я заставил его поцеловать ее, как воины целуют вверенное им оружие. И мы отправились в ночной дозор.
Очень скоро выяснилось, что наши с напарником взгляды на стратегию и тактику поставленной перед нами боевой задачи сильно разнятся. Марат, как молодой и азартный, предлагал двигаться бесшумно и застать возможных воришек врасплох. Я, как старший и бывалый, предлагал, наоборот, производить при передвижении как можно больше шума, чтобы воришки услышали нас еще издали и смылись. Я вовсе не собирался хватать проклятых расхитителей соц… простите, теперь уже капиталистической собственности. Для хватания существует полиция. Кроме того, если воришек окажется больше и они намнут нам бока, никто из начальства не оплатит нам ни лечение, ни, в случае чего, похороны. Есть и другая опасность, сказал я. Если в пылу схватки мы тюкнем кого-нибудь из нарушителей слишком сильно, то сами превратимся из героев в преступников, ибо мы не менты, и не военные, и даже не дружинники, а штатские лица, полуофициально несущие охрану объекта, и в случае превышения степени необходимой обороны будем иметь тот еще геморрой…
Все это я высказал Марату. Он поворчал, но, подумав, согласился.
И мы с ним долго еще, когда попадали в одну смену, каждые два часа обходили территорию в темноте, по узенькой тропке, с дубинами на плече, нарочно хрустя попавшими под ноги сухими ветками и дуэтом горланя всевозможные песни. Что мы с ним только не горланили! От детских песен из советских мультиков до современной попсы и шансона… Помню, как нас с Маратом заклинило на популярной некогда «блатной» бакинской песенке под названием
Может, мне это и показалось, но несколько раз я издали видел какие-то смутные тени, шарахавшиеся в кусты… Во всяком случае, во время наших с Маратом дежурств никаких происшествий не случалось. Видимо, приближение шумных сторожей действительно отпугивало шпану, и она убиралась подобру-поздорову.
Сослуживцы, прознав про все это, окрестили нас с Маратом
Чем все кончилось? А пришла весна, ночи стали короче и чуточку светлей, и мы с Маратом расслабились до такой степени, что выходили в дозор поодиночке и по очереди. И тогда я смастерил для нас обоих банальную колотушку.
Знаете, как выглядит колотушка, этот непременный атрибут всех ночных сторожей со времен царя Гороха? Это деревяшка, отдаленно напоминающая разделочную доску, но поуже. С одного конца у нее ручка, с другого – деревянный шарик на недлинной бечевке. Держа доску перед собой, плавно встряхиваешь ее, и шарик мерно стучит то по одной стороне доски, то по другой. И я обходил дозором институтский сад, и помахивал колотушкой, и извлекал из нее стук, и вдобавок еще тянул противным, скрипучим голосом:
А потом территорию Института опоясали крепким высоким забором.
Космическое
После таких воспоминаний хочется сделать скачок во времени и пространстве и перенестись из смутной эпохи, когда я вытачивал дубинки и грыз сухой хлеб, в эпоху нынешнюю, может, и не менее смутную, но в которой я могу чувствовать себя относительно обеспеченным и защищенным и позволить своим мыслям уноситься в Космос… Это ни в коем случае не бегство от реальности или, как его называют, «эскапизм»; от реальности не убежишь, ребята, ни в тощие годы, ни в тучные. Просто я люблю Космос, люблю с детства, он всегда во мне, ибо, как сказал американский астрофизик и писатель-фантаст Карл Саган, «мы сделаны из звездного вещества, мы – это способ, которым Космос познает себя», и я это постоянно чувствую… и внимательно слежу за достижениями разных стран в области изучения космического пространства, и при случае не премину в обыденном разглядеть что-то космическое…
Два ветра, или Кофе по-марсиански
Давеча одна моя фейсбучная френдесса выложила на своей странице короткий, на телефон записанный ролик с видом из окна высотки и с шумом сильного ветра, который бушует в Баку вот уже несколько дней. Просматривая ролик, я вдруг вспомнил о другом ветре…
1 декабря 2018 года американская автоматическая межпланетная станция
И мне подумалось: интересно все-таки быть писателем-фантастом. Подавляющее большинство людей, увидев данный ролик, просто не обратило бы на него особого внимания. Из обративших – подавляющее большинство этим бы и ограничилось. И лишь считанные единицы, услышав запись шума бакинского ветра, вспомнили бы о записи шума ветра на другой планете…
…Более того, мне пришла в голову чудесная идея: приготовить кофе по-марсиански!
Нет, за основу-то я взял земной сорт арабика. Я всегда варю кофе в джезве и предпочитаю исключительно черный. Налив в джезву родниковой воды, насыпав с горкой свежемолотого кофе, поставив на слабый огонь газовой конфорки, я попутно нашел на андроиде сайт
…Чашку с дымящимся напитком я поставил на подоконник, аккурат между чашками наушников, и включил запись марсианского ветра. Теперь свежесваренный кофе с обеих сторон пронизывался звуками другой планеты…
При этом я посмеивался, вспомнив старый, но смешной анекдот о Молле Насреддине (у нас в Азербайджане он зовется «Моллой»). Может, и вы его слышали. О нищем, который на восточном базаре уселся рядом с мангалом шашлычника и грыз черствую лепешку, вдыхая запах жарящегося мяса, и с которого жадюга шашлычник потребовал плату за пользование запахом… [2]
Но, честное слово, кофе и впрямь получился необычный! С каким-то ни с чем не сравнимым, неземным, наверное, вкусом…
Надеюсь, Великий Бог Марсиан[3] не потребует с меня платы?
И мне не придется шуршать манатами через триста восемьдесят миллионов километров безвоздушного тем более пространства?..
Два дождя, или «Титанец»
В Баку идет дождь.
Смотрю в окно, забрызганное каплями падающей с неба воды.
Недавно я сопоставлял свист ветра в нашем мегаполисе со свистом марсианского ветра.
Думаете, дождь в данном плане – исключение? Как бы не так.
Дождь…
…Где-то там, почти на окраине Солнечной системы, движется по извечной орбите Сатурн – колоссальный водородный пузырь, опоясанный гигантскими кольцами из частичек льда. Вокруг Сатурна вращаются его разновеликие «луны», числом более сотни; и среди них – самая крупная,
И сейчас на Титане тоже идет дождь.
Не из воды – из жидкого метана. Мириады капель низвергаются из метановых облаков на ледяные горы и неуклонно стекают в море Пунги, названное так астрономами в честь существа из полинезийских мифов, прародителя акул и ящериц… Все моря и озера на Титане, наполненные метано-этановой смесью, испаряют дары небес, и они, совершив круговорот, вновь выпадают осадками. Поэтому в любое время на Титане идет дождь. Метановый дождь…
Лишь там и еще на Земле существует такой круговорот – в пределах Солнечной системы, имеется в виду.
Титан – это мир, который почти не видит Солнца из-за плотных облаков, мир, в котором царит 180-градусный мороз, сбивающий водяной лед в плотные, как гранит, горы и нагорья.