Александр Гуров – Проект особого значения. Версия 20.25 (страница 19)
– Да, они сообщили, что уже выдвинулись в сторону Финского залива.
– Хорошо. Вы дополнили информацию о… пропавших?
– Разумеется, сообщили, что Юлий Севастьянов тоже находится где-то там.
– А мы можем отследить точки системы? – спросил Герман Витальевич и посмотрел на руководителя САН. Тот некоторое время помолчал, обдумывая, а потом покачал головой.
– Думаю, что нет, но я уже попросил Лизу и Марата попробовать отследить соединения системы со спутниками.
– Но вероятность этого мала?
– Я бы сказал, что ничтожно мала. К сожалению, мы не делали на такое упор, просто не предполагали, что это может пригодиться.
Герман Витальевич откинулся на спинку кресла.
– Да что же это всё такое… – недовольно пробормотал он.
Юлий безуспешно пытался завести снегоход, но тот не слушал ни криков, ни молитв.
«Так меня тут заметёт по самые уши, что только весной найдут, – слегка нервно подумал парень и нахмурился. Снег налипал на защитные очки и оставался на них белыми пятнами. – Нужно починить. Тут не должно быть ничего критичного».
Юлий слез со снегохода, сделал глубокий вдох и постарался успокоиться.
«Всё будет нормально, – подбадривал он себя, – сейчас быстро починю его и продолжу поиски».
Но быстро, как это всегда и бывает в стрессовых ситуациях, ничего не получилось.
– Мне уже холодно, – пробормотал Лев, снимая рукавицу, чтобы поправить шапку и стереть снег с защитных очков.
– Не ной, – ответил Слава, – сейчас отметим все манекены, прокатимся до них и будем думать, что делать дальше.
– Если человек потерялся, то поисковые службы рекомендуют оставаться на одном месте, – продолжал бубнить Лев, – так будет проще нас найти.
– Но никто не знает, что мы потерялись! В этом-то и прикол! – Славе очень сильно захотелось в сердцах сплюнуть на землю, а точнее – на снег, но он не стал, едва сдержавшись.
Нужно было действовать по изначальному плану: сперва манекены и точки на карте, а потом уже попытка выбраться с этих белоснежных просторов…
– Алло, – сонным голосом отозвался Андрей, и на экране смартфона возникло его заспанное лицо. – Ты чего звонишь в такую рань?
Юлий посмотрел на время, отображавшееся в верхнем углу. Одиннадцать с копейками.
– Мне нужна… твоя помощь…
– Что? Тебя не очень хорошо слышно! И видно тоже так себе. Ты вообще где? Не могу понять. Что за белый фон?
Юлий пытался прорваться сквозь помехи. Но Андрей слышал только обрывки.
– Мой снегоход!.. Сломался… Ты лучше шаришь… Скинул… вроде дол… дойти… Анализ системы и схему… посмотри… почте…
– Что? – Андрей начал нервничать и оттого быстро сел на кровати. – У тебя сломался снегоход?
– Да!.. Тут… сильно…
– Ты вообще где? За городом, да?
– На… иве…
– Так, анализ и схемы. На моей почте? Погоди, сейчас гляну!
Юлий едва дышал, чувствуя нарастающее напряжение. Если Андрей не поможет ему со снегоходом, то придётся ждать помощи лишь от МЧС. А как они могут ему помочь, если не знают, что он пошёл искать Льва и Славу?..
«Чёрт, – промелькнуло в голове у Юлия, – куда ни глянь – всё хреново как-то выходит!»
Изображение Андрея на экране шло рябью и подвисало. Да, технологии в этом столетии были отличными, намного лучше, чем у предков, но и природа не отставала: она словно решила начать войну с человечеством.
Люди придумывали новые технологии для работы с водой, на воде и под ней, Луна в отместку придвинулась ближе к Земле, и все наработки и станции пошли прахом из-за приливов и непредсказуемости океанов и морей.
Люди начали строить невероятные небоскрёбы, устанавливая на них скоростные лифты, способные домчать до самого высокого этажа за условную минуту, планета ответила на это землетрясениями даже в тех странах, где их отродясь не было. Когда Юлий смотрел записи о тех подземных толчках, что разрушили высотки на севере Санкт-Петербурга, он думал, что Земля похожа на большую собаку, которая устала от блох и решила от них избавиться, встряхнувшись.
Человечество поставило создание быстрых и тихих вертолётов на поток, заметно снизив затраты на их сборку и, соответственно, итоговую стоимость, на планете начались такие снежные бури и вихри, что ни один вертолёт, даже самый новый, не мог через них прорваться.
Казалось, что планета пыталась сбалансировать всё то, что делали люди, и последствия этого технологического прогресса.
Юлий с трудом вынырнул из собственных мыслей, опустил голову на экран и увидел, что Андрей на нём превратился в статичное изображение. И у этого Андрея, замершего с поднятой рукой и смотрящего куда-то в сторону, в глазах застыл страх.
Глава 7. «ИТОЛ»
Сколько бы Юлий ни пытался снова дозвониться до Андрея, у него ничего не получалось. Метель усилилась и уже не пропускала даже слабого сигнала…
«Придётся решать всё самому, – подумал Юлий и принялся анализировать страницу с данными о событиях, происходящих в системе снегохода, – страницу с логами, – и устранять проблему».
Молодой человек настойчиво гнал мысли о том, что у него так и не получится снова запустить снегоход. Нужно было пробовать, искать причину поломки, пытаться, а не думать о том, что он навсегда останется тут, в центре этого белоснежного безумия…
Юлий отсмотрел страницу с логами и нашёл странную строчку: в какой-то момент снегоход потерял соединение со своей системой, своим «мозгом», и решил заглушить двигатель. Это было не типичным поведением при такой ошибке, и Юлий подумал, что, быть может, именно в этом кроется причина?..
Тогда он сможет устранить эту ошибку и продолжить свой путь.
Юлий быстро вошёл в настройки, провёл ещё один тестовый анализ двигателя и «мозга» и подтвердил свои предположения. Быстро исправив проблему, Юлий попытался снова завести снегоход. В момент нажатия кнопки запуска ему показалось, что собственное сердце замерло от волнения…
Снегоход рыкнул и снова заглох.
Когда Слава практически подвёл их снегоход к точке, на которой должен был находиться манекен, ему стало не по себе. Настолько сильно не по себе, что захотелось развернуться и поехать куда подальше. Даже не зная, в какой стороне берег…
Художник Айко Атами
Вытянутая, не соответствующая реальному человеческому росту серая фигура без одежды выступила сквозь снежную пелену. Манекен, стоящий в нескольких метрах от затормозившего снегохода и едва различимый через падающий снег, вызывал страх.
– Ты чего остановился? – закричал Лев прямо Славе в ухо.
– Смотри! – крикнул в ответ Слава. – Там!
Лев высунулся из-за его плеча и сразу же вздрогнул, увидев силуэт манекена.
– Чёрт возьми! Выглядит жутко! Здесь он кажется таким гигантским!..
– Он и в кабинете был внушительный, – буркнул Слава. – Ладно. Я ставлю точку.
– Давай, – кивнул Лев и отвернулся. Ему показалось, что пустое лицо без глаз, носа и рта, обыкновенная овальная болванка, лишь обозначающая человеческую голову, ещё долго будет преследовать его в кошмарах…
Юлий стоял около приоткрытого корпуса снегохода: он старался не напускать туда много снега, поэтому обдумывал, какую деталь ему стоит посмотреть и проверить, потом поднимал крышку, быстренько оценивал и снова её опускал, защищая от ледяной крупы.
Пока ничего не выходило, и он не мог понять причину поломки.
На смену страху пришла обречённость: Юлий уже видел себя мёртвым, холодным, до весны вмёрзшим в лёд Финского залива… Вопреки распространённому мнению об умирающих, в голову не лезли картинки из прошлой жизни, он не вспоминал свою первую любовь, не сожалел об упущенных возможностях, не жаждал испытать что-то ещё раз.
С другой стороны, Юлий пока и не умирал, лишь моделировал свою смерть в голове.
Когда в очередной раз он приоткрыл крышку корпуса, решил попробовать завести снегоход. И это было правильным решением.
В глубине, спрятавшись под небольшим, но мощным мотором, что-то сверкнуло. Юлий, чувствуя, что сердце начинает бешено стучать, наклонился чуть ближе и протянул руку в специальной перчатке.
Молодой человек закусил губу и, казалось, почти перестал дышать. Осторожно, будто котёнка, Юлий отодвинул мотор в сторону, и он послушно сдвинулся до предела небольших рельс.
А под мотором висел отпавший, вероятно, на какой-то кочке проводок…
«Такие технологии, – подумал Юлий, приделывая его обратно, – такой мир, столько возможностей!.. А провода отпадают, как и много лет назад. Забавно!»
Мотор ласково заурчал, будто бы радовался за своего хозяина, которому теперь не придётся замерзать на льдах Финского залива, отправившегося туда с благой целью.