Александр Гуляев – Запретная книга (страница 3)
Катя отодвинула Ивана и шагнула в дверь. Он нагло попытался ущипнуть ее за талию, но натолкнулся на наполненный холодным бешенством взгляд и невольно попятился. В другое время Ивану бы не поздоровилось, но Катя тут же забыла о нем, думая только о болезни его мамы. В избе царил полумрак, за полуоткрытыми занавесями, на кровати возле печи лежала баба Нюра. Тихо потрескивали догорающие поленья.
Катя быстро разулась, и прошла вперед бесшумно ступая по мягкому домотканому коврику.
– Что совсем плохо? – спросила она, обернувшись к Ивану.
– Да живот все у нее болит, уже две недели. —
Иван нагнулся, чтобы не задеть закопченную керосиновую лампу, висевшую под потолком.
– Мы и в район ездили и к деду Михаю ходили, а ей все хуже и хуже. Сейчас вот и температура лупить, страсть просто! —
Услышав разговор, баба Нюра с трудом села на кровати. Еще не очень старая, с добрым улыбчивым лицом, аккуратным хвостиком на голове в застиранном, но чистеньком платье с кружевами, она выглядела сказочной бабушкой. Никто не видел ее растрепанной, заспанной или одетой как попало. Она даже на кухне выглядела как благородная дама.
– Здравствуй деточка – устало проговорила баба Нюра, щуря подслеповатые глаза. Катя внимательно поглядела на бледное осунувшееся лицо, темные круги под глазами и худенькие обтянутые желтоватой кожей руки. Острая жалость кольнула сердце: «Я обязательно ее вылечу – с жаром подумала Катя – Я сумею!»
– Бабушка что же случилось у вас, меня, почему не пригласили? – с горечью спросила она.
«К деду Михаю их понесло, – разозлилась Катя.– Сколько уже борюсь с этим мракобесием, лекции людям читаю, стенгазеты пишу, как лечиться надо, а все бес толку». Правда и ходили на ее лекции три бабки да один глухой дед.
Баба Нюра неловко глянула на Катю.
– Да тревожить не хотели тебя деточка. Мы ведь и в районе были, вона таблетки дали, а мне все хуже и хуже! А сегодня что-то совсем плохо наверное помирать пора!
– Какие таблетки? – насторожилась Катя.
– Да вот они! – Иван протянул ей сине-белую коробочку. Глаза Кати удивленно распахнулись.
– Да вам же их нельзя! – ахнула она. – У вас же давление и так низкое, а они еще собьют. Как же это?! Выходи Иван! – прикрикнула Катя, толкая того к двери.
– Баба Нюра раздевайтесь, смотреть Вас буду. Я помогу – тут же добавила она, увидев беспомощный взгляд, который баба Нюра бросила на сына. В голове, как наяву, зазвучал голос профессора Козловского: «Главное господа студенты – беседа с больным, выяснение любых, даже самых мелких и незначительных обстоятельств вызвавших болезнь и самый тщательный осмотр. Только после этого, имея соответствующий багаж знаний, можно и нужно поставить правильный диагноз. А со знаниями у Вас господа студенты пока слабовато, « лукаво улыбался профессор.
Катя напряженно думала, осматривая бабу Нюру. Так, лимфоузлы в норме, глаза не желтые, светобоязни нет, температура немного повышена. Жалуется только, что живот болит и тошнит сильно. Со знаниями у Кати все было отлично. Она обожала учиться. Ночами напролет после лекций, зубрила трудные латинские названия, перечитывала и запоминала методы лечения и диагностики сложных и редких заболеваний. Уставала жутко и часто бросала занятия лишь тогда, когда из носа начинала капать кровь, пачкая желтые тетрадные листки лекций. Но красный диплом и благодарственное письмо ректора, стали желанной и заслуженной наградой за ее труды. Однако не это было главным, Катя хотела помогать людям. Вот просто как на крыльях облететь вес мир и облегчить боль каждого, кто в этом нуждается! Она вытерла вспотевший лоб, в избе было жарко. Лицо бабы Нюры чуть порозовело.
– Да ничего больше не болит у меня деточка, только живот немного, – в который раз повторила она и наклонилась, чтобы почесать ногу под чулком. Катя пристально посмотрела на бабу Нюру.
– Снимите чулок – Та повиновалась.
В тусклом желтоватом свете Катя увидела на ноге какую-то мелкую сыпь.
– Дайте, руки посмотрю, – встревожено сказала она. На обеих руках возле локтя краснели россыпи небольших пятнышек.
– Откройте рот, я горло погляжу – заволновалась Катя. Несколько крошечных, ели заметных пятнышек прятались на дальней стороне гортани. Краснуха, со страхом поняла Катя. Опасное инфекционное заболевание. Заболевание вообще-то детское, но у взрослых протекает намного тяжелее, и часто со смертельным исходом. Срочно нужен карантин. В следующую секунду она уже не думала, заученные и отточенные на практике навыки, сами подсказывали, что нужно делать.
– Никого в дом не пускай и сам никуда не ходи – бросила Катя, притихшему в углу Ивану, торопливо одеваясь.
– Мама пусть в кровати лежит, не встает. Без меня ни шагу! Я в управу, я мигом! – и перед носом растерянного Ивана гулко захлопнулась дверь, да мягко колыхнулись занавеси.
Катя одним махом добежала до управы, растолкала заспанного сторожа, который тут же и жил и принялась звонить в район. Ее долго не соединяли, но потом густой мужской бас заполнил трубку.
– Борисов на проводе. Алле, алле! —
– Олег Григорьевич у нас ЧП, – зачастила Катя.
– Краснуха у бабушки, ее срочно в район надо и карантин в деревне.-
– Какая краснуха? У какой к черту бабушки? – Загрохотала трубка.
Катя внутренне сжалась.
– Это Староселье и я Катя.-
– Ааа Дубинина, – зевнул Борисов успокаиваясь.
– Ну что там у тебя? Катя начала торопливо рассказывать.
– Ты что Дубинина, офанарела?! – оборвал ее Борисов.
– Какая краснуха! Бабу Нюру твою в районе обследовали неделю назад и определили увеличение печени, да и лечение назначили. В районе! Понимаешь? – многозначительно подчеркнул Борисов. Катя подавленно молчала.
– А ты что умнее врачей из района? А, Дубинина? – ехидно спросил Борисов. – Из института без году неделя, а уже учить нас начинаешь! —
В Кате начал закипать гнев.
– Я знаю, что говорю, Олег Борисович, – звенящим голосом отчеканила она. – И я готова ответить за каждое слово в моем диагнозе! А если Вы не организуете, карантин и срочно не заберете бабу Нюру в инфекционное, я пойду в райздрав и все там выскажу.-
Голос Кати дрожал от волнения. Ее не зря побаивались в институте, где она могла, смело высказать правду в лицо любому студенту или преподавателю. А на старших курсах ставили пятерки еще до начала экзамена. «Ах! Это Дубинина? Она предмет наизусть знает!»
– Ответишь, ответишь! – зловеще пробасил Олег Григорьевич. – А если ошибешься – шкуру спущу!
– Не ошибусь! – твердо сказала Катя остывая. Ее переполняла радость: «Победа! Баба Нюра спасена и сельчане не заболеют!»
Потом началась суета, звонки из районной больницы, подготовка нужных бумаг. Через час, старенькая «буханка» Скорая помощь, забрала бабу Нюру и Ивана в район. Ближе к утру, когда диагноз подтвердился, подъехала аварийная бригада медиков и занялась дезинфекцией и карантином. Кате совсем не удалось поспать. И только часов в семь, протирая покрасневшие глаза и шатаясь от усталости, она добралась до хозяйки, у которой снимала квартиру, торопливо разделась и рухнула на кровать.
Солнце давно уже встало. Комната была ярко освещена, и в его косых лучах, проникающих через невысокое окно, медленно кружились пылинки, а на крашеный стол, застеленный ажурными салфетками, падали длинные тени от горшков с геранью. Вдруг одна из теней дрогнула, сползла, словно стекая со стола, и скрылась в углу за пыльными банками с компотом. Но Катя этого уже не видела. Она спала.
СОН
Катя не спеша идет по широкой лесной дороге, шурша опавшими листьями. Краски осени уже одели клены в модные красно-оранжевые платья, а листья пожелтевших берез слабо шелестят, словно пытаясь что-то прошептать ей на ухо. На душе, очень легко, светло и радостно.
Солнце просвечивает кроны, окружая деревья светящимся ореолом. Пламенеют ярко-красным листья, засыпавшие дорогу. Хочется идти так долго-долго, тихо радуясь и ни о чем не думая. Катя поднимает голову, впереди совсем недалеко, спиной к ней стоит невысокая стройная женщина в длинном сером пальто и красной вязаной шапке.
«Что она тут делает» – думает Катя?
В груди, скользкими липкими лапками, шевелиться тревога. Во рту пересохло, но ноги сами несут ее вперед, пока Катя не замирает прямо за спиной женщины.
– Здравствуй Катя – благожелательно говорит та, не оборачиваясь.
– Кто вы? Что Вам нужно? – севшим голосом спрашивает Катя, злясь на себя за нерешительность. Она не знает что делать. Очень хочется подойти и заглянуть в лицо женщины, но почему-то боязно. Незнакомка молчит. Катя почти осязаемо чувствует, как нарастает напряжение и делает неуверенный шаг вперед.
– Эта жизнь не твоя! – неожиданно говорит женщина и начинает уходить, медленно исчезая прямо на глазах Кати.
– Стойте! Подождите! – Катя рванулась вслед и проснулась.
Она сидела на кровати вся мокрая от пота, пытаясь унять, бешено стучащее сердце.
«Так! Спокойно! Это только сон. Устала сильно, вот и сниться что попало. Ой, мамочки! Сколько же я проспала?!» – за окном была ночь. Катя снова легла, подперев рукой щеку.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.