Александр Гулевич – Хортарианский ястреб (страница 4)

Поплескавшись минут двадцать, я вылез и, обтёршись большим махровым полотенцем, накинул на себя домашний халат. Подпоясавшись, нагрузился сумками и вышел в коридор. Здесь меня встретила та же служанка и провела в покои. Оказавшись в большой комнате с огромным балконом, я сложил свои сумки в шкаф-купе, завалился на кровать, закинул руки за голову и не заметил, как уснул.

Проснувшись посреди ночи, не сразу сообразил, что же нарушило мой сон. Внимательно вслушиваясь в ночную тишину, уловил на пределе возможности обрывки разговора. Решив больше не отлёживать бока, я поднялся и, всунув ноги в домашние тапочки, выглянул из-за двери. Никого не заметив, вышел в коридор. Немного постояв на месте и сообразив, с какой стороны доносятся обрывки речи, осторожно направился в ту сторону. Идти пришлось недолго, спустя пару минут я оказался у приоткрытой двери в небольшой зал. Именно оттуда и доносился разговор. Заглянув в щёлку, я увидел двоих людей возле горевшего камина. Это были мужчина и женщина. Лиц видно не было, так как они сидели ко мне спиной. Я потянул дверную створку, нырнул внутрь помещения и, спрятавшись за ближайшей колонной, выглянул из-за неё. Тихий разговор сидевших теперь мне был отчётливо слышен.

– Подожди, Эстель, ты уверена, что сможешь убедить своего мужа переписать компанию на твоё имя?

– Смогу, только для этого потребуется некоторое время. Окружу его со всех сторон лаской и заботой, вот он и станет покладистым.

– Этого недостаточно, чтобы твоего пока ещё супруга убедить подписать генеральную доверенность, – покачав головой, возразил мужчина.

– Генри, неужели ты думаешь, я такая круглая дура? Разумеется, этого недостаточно. Супругу надо привить устойчивое чувство вины передо мной, и для этого я наняла крутую профессионалку. В её обязанности входит соблазнение и раскручивание клиента на адюльтер. Когда связь начнёт приобретать устойчивый характер, я их застану во время любовных утех и устрою истерику с грандиозным скандалом, чего он на дух не переносит. Вот тогда он и будет делать всё, чтобы загладить свою вину. Этим я и воспользуюсь, подсунув на подпись генеральную доверенность. Остальное лишь дело техники. Переоформим компанию на моё имя за пару дней, и тогда ты его ликвидируешь, а тело куда-нибудь спрячешь. Именно тогда мы с тобой станем полноценными владельцами компании с капитализацией в девяносто два миллиона лир.

– А ты не боишься, что нанятая тобой профессионалка потянет одеяло на свою сторону? – с явной озабоченностью и сомнением поинтересовался у моей «жены» неизвестный.

– Не беспокойся, она ничего не знает и просто выполнит свою работу, за которую ей заплатят очень хорошие деньги, – категорично заявила Эстель и нежно попросила: – Любимый, давай оставим дела и поднимемся в спальню, я вся истосковалась по твоей любви и ласке.

– Пойдём, дорогая, надеюсь, в твоих покоях нас никто не побеспокоит, в особенности твой больной муж.

– Ты же знаешь, в моей спальне имеется чёрный ход, которым тебе приходилось пользоваться не один раз, – с деланой укоризной проворковала Эстель и в нетерпении поволокла его по лестнице наверх.

Лицо своей «супружницы» я так и не увидел, но вот лицо некоего Генри рассмотрел и хорошо запомнил.

Оставаться в зале больше не имело смысла, поэтому я, соблюдая меры предосторожности, вышел в коридор и быстро вернулся в свою комнату. Постояв некоторое время в задумчивости, разбирая подслушанный разговор, я решил на следующую ночь тайно покинуть столь «гостеприимное» место. Уж лучше шагать куда глаза глядят, чем находиться в такой компании.

Спать совсем не хотелось, и для того, чтобы скоротать время, я занялся подготовкой к своему побегу. Достал из сумки все вещи и стал их укладывать более удобно. На всякий случай снарядил патронами все магазины ТТ и засунул оружие в портфель. Случайно бросив взгляд на прозрачный пакет, в котором лежали деньги и документы, я не поверил своим глазам. Схватив его и вытряхнув содержимое на кровать, я подхватил четыре пачки упакованных купюр и рассмотрел их со всех сторон. Это были деньги, да только не российские рубли. Достав одну пятитысячную бумажку и повертев её, я озадаченно пожал плечами и положил обратно. Деньги назывались лирами, но вот государственная принадлежность никак не устанавливалась. Не было там такой надписи.

Плюнув в очередной раз на все происходящие со мной странности, я скинул пачки в пакет и взялся за личные документы. Они тоже оказались другими, правда, на мои настоящие имя, отчество и фамилию, Валентина Александровича Кудрявцева, а вот что касалось государственной принадлежности… Вместо российского двуглавого орла красовался багровый щит, на котором была изображена чёрная пантера в прыжке, а под ним надпись: «Республика Бретта». Всё остальное было всё так же, как и в родном российском паспорте, только вместо надписей присутствовали штрихкоды, предназначенные для электронного сканирования.

Ну не хотелось мне ломать голову над этими странностями, от которых, если хорошо вдуматься, может и крыша слететь, причём навсегда. Оставалось только надеяться, что со временем ответы рано или поздно сами собой найдутся.

Переупаковав сумки, я сложил их обратно в шкаф-купе и, полежав некоторое время, задремал.

Вынырнув из тревожного полузабытья, я почувствовал, как некто настойчиво щекочет мою пятку, и тут раздался незнакомый, но очень мелодичный женский голос:

– Дорогой, давай просыпайся, скоро завтрак.

Откинув одеяло, я открыл глаза и увидел фигуристую и сильно загоревшую девушку. Хороша была, чертовка, очень хороша, да только я сразу догадался, кто она такая. Профессионалка, подосланная моей жёнушкой для решения шкурного вопроса. Глядя на девицу в коротеньком и плотно облегающем платье с глубоким декольте, из которого чуть ли не выпрыгивали такие хорошенькие сестрички, мне подумалось, что Эстель явно перестаралась. Любой нормальный мужик на моём месте сразу заподозрил бы какой-то подвох. Ну не может нормальная жена позволить прислуге щеголять перед своим мужем в таком вызывающе сексуальном наряде, если она не извращенка, конечно. Хотя, скорее всего, тут решили напропалую использовать мою потерю памяти. М-да-а… не дом, а настоящий серпентарий с ядовитыми гадами, вернее, гадинами. Правильно я решил отсюда слинять от греха подальше. Не стоит здесь задерживаться, ой не стоит…

Поднявшись, я демонстративно голодным взглядом окинул женскую фигуру и поинтересовался:

– Тебя как зовут, красавица?

– Валентин, ты что, совсем ничего не помнишь?! Я же твоя ласковая малышка Карина! – воскликнула она, прижимая к груди крепкие кулачки и глядя на меня полными сочувствия глазами.

Ничего не скажешь, профессионально сработано. Артистка, блин, погорелого театра…

– Кариночка, лапочка, будь добра, принеси мне одежду, пожалуйста, я, признаться, совсем не помню, где она находится.

Девица медленно кивнула, не отрывая от меня пристального взгляда, и, нехотя развернувшись, вышла из комнаты. Как только дверь за ней закрылась, я прошёл в ванную комнату и, быстро приняв душ, вернулся обратно в комнату. Одежда аккуратно лежала на кровати, но стервозной и не в меру загоревшей девицы не было. Немного удивившись её отсутствию, я скинул махровый халат и натянул вполне обычные семейные трусы, затем классические брюки с бежевой рубашкой с короткими рукавами и лакированные туфли. Всё было впору и сидело на мне отлично. Подойдя к высокому зеркалу и посмотрев на себя, причесал взлохмаченные волосы. Оставшись довольным своим внешним видом, вышел из комнаты и нос к носу столкнулся с Кариной. Девушка дружелюбно улыбнулась и, взяв меня за правую руку, потянула на первый этаж, где усадила за длинный стол, за которым уже завтракала «супруга».

Пожелав приятного аппетита, я взял ложку и стал вкушать обычную овсянку, сваренную на молоке. Кашка была вкусной, но елось как-то вяло, слишком гнетущей была атмосфера. Сначала возникло желание растормошить это сонное царство, но я быстро выкинул из головы дурную мысль и, кое-как доев свою порцию, поблагодарил молодых женщин и вернулся в свою комнату, из которой уже не выходил. Конечно, меня приглашали на обед и ужин, но, притворившись спящим, я не пошёл, ну не хотелось быть мне в этой странной компании, и всё тут!

Дождавшись глубокой ночи, я в домашнем халате высунулся из комнаты и вновь из того же небольшого зала услышал обрывки разговора, но меня это уже не интересовало. Спустившись по лестнице и никого не обнаружив, быстро вернулся обратно и, одевшись в мой походный камуфляж с потрёпанными кроссовками, взвалил на себя сумки и аккуратно покинул дом.

Шагая по дороге, первое время мне постоянно приходилось оборачиваться, но так как в темноте практически ничего не было видно, я перестал это делать, и в результате скорость моего движения возросла. Тяжесть сумок постепенно увеличивалась, но останавливаться на привал не хотелось. Надо было сразу уйти от дома как можно дальше. В общем, шёл я и шёл неведомо куда, пока не начало светать. Только тогда решил устроить привал в неприметном месте и оглядеться по сторонам, желая выяснить, куда же меня нелёгкая на сей раз занесла. Заметив на некотором отдалении от дороги цепь невысоких холмов, покрытых густым кустарником, решил направиться туда.