Александр Грохт – Санитары (страница 32)

Вот только на крыше КПП нежились на солнышке два десятка «прыгунов». А что там внутри творится — я не видел. Если полезем тут — придется зачищать весь пропускной пункт, подрубать генератор и с его помощью из контрольного поста открывать двери на рамку. Выбить их даже МПЛ не выйдет, слишком массивные. Но лучше бы это все не вытворять, риск остаться там в виде трупов весьма велик.

— Через мост пойдём только в крайнем случае, — наконец выдал я. — Я вижу вариант — по встречке до КПП, там развернуть машины и смести огнем трех пулеметов мутов, и после — держать оборону, пока группа штурмует здание и открывает проход через рамку. Но там слишком много мертвяков. Пулемёты справятся, но патроны кончатся быстро. А нам еще две сотни километров по острову до Бадатия чесать, и неизвестно, что там и как.

— Значит, паром? — уточнил Серёга.

— Да. Едем к парому.

Мы развернулись и вернулись к развилке. Коротко рассказал обстановку остальным, и мы повернули налево, в сторону паромной переправы.

Дорога туда была хуже — узкая, с ямами, но проходимая. Мы ехали минут двадцать, пока не увидели впереди порт. Причал, пара зданий, и сам паром — здоровенная махина, стоящая у пристани. Вокруг была тишина, но я заметил движение — у причала стояли люди. Человек десять, вооружённые. На одном из зданий висел флаг — чёрный, с белым силуэтом вороны.

— Вороны, — пробормотал я. — Вот так встреча, блин.

— Кто это? — удивленно спросил Макс. Ну да, его же не было с нами в Приморске, когда эти уроды гоняли нас с Вовкой по всем закоулкам.

— Бандиты. Я с ними уже сталкивался, в самом начале зомби-апокалипсиса.

— И что за ребята? — спросил Пейн.

— Обычные отморозки. Грабят, убивают, рекет–наркотики. Но можно попробовать договориться. У нас есть чем заплатить.

Мы подъехали ближе, остановились метрах в пятидесяти от причала. Бандиты заметили нас, насторожились. Один из них, высокий мужик в кожаной куртке с нашивкой «Ворон» на плече, характернейшим носом и акцентом «сына гор», вышел вперёд, подняв руку.

— Стоять! Кто такие?

Я вылез из джипа, подняв руки в жесте мира.

— Путники. Нам нужно переправиться на остров. Готовы заплатить.

Бандит прищурился, оглядел наши машины.

— Три машины, еще и грузовик тяжелый Дорого выйдет.

— Сколько хотите?

Он задумался, почесал подбородок.

— Оружие. И патроны. Много патронов. Или топливо. Литров триста.

Я мысленно прикинул. Топлива у нас хватит, но отдавать триста литров — это удар по запасам. Попробую скинуть

— Двести литров. И цинк патронов калибра 5,45.

Бандит усмехнулся.

— Двести пятьдесят литров и два цинка. Или идите на мост. Там вас ждут–не дождутся зомбари.

Я переглянулся с ребятами. Они дружно кивнули — сделка приемлемая, на мосту мы потратим куда больше, пробиваясь через орды.

— Ладно. Договорились.

Глава 18

Мы вылезли из машин. Я кивнул Медведю и Серёге, мол, бдите, и сам полез в кузов МПЛ. Бочка на двести литров — чертовски тяжелая штука, если у тебя нет погрузчика. На складе «Меднанотех» он у нас был, а тут пришлось звать на помощь Пейна и Макса, но даже втроём мы с трудом доволокли её до пандуса. Я развернулся и ушёл обратно — за цинками с патронами.

В этот момент отец Николай, которому не лежалось в койке, вылез из лабораторного модуля и, увидев, как осторожничают Макс с Пейном, решил помочь им. Командирский голос святоши я услышал, но даже будь я рядом, вряд ли успел бы вмешаться.

Под руководством мигом спустившегося с пандуса Николая мои архаровцы, призвав ещё и Леху, принялись спускать бочку вниз, плавно скатывая эту железную дуру. Ну и не рассчитали малость — тяжеленная конструкция попыталась вырваться и укатиться. Отец Николай, страшно побагровев лицом, умудрился задержать полёт «снаряда».

Усилие. Резкое, слишком резкое для его состояния.

Он дёрнулся, лицо исказилось, и изо рта хлынула кровь — тёмная, густая, брызнувшая на бетон причала. Николай согнулся пополам, закашлялся, из горла вырвался хрипящий стон. Бочка, не удерживаемая никем, покатилась по пандусу, подпрыгивая на неровностях.

— Битюг! Ань, сюда! — Медведь первым увидел происходящее и заорал в рацию.

Аня метнулась из лаборатории, выхватывая аптечку. Но было уже поздно — бандиты всё видели.

Главарь замер, его лицо исказилось. Он отшатнулся на шаг, выхватил рацию.

— Стоп! Парни, внимание! Они больные! У них зараза!

Остальные «Вороны» развернулись, вскидывая стволы. АК, пара дробовиков, один даже с РПК. Десять человек против нас, и все уже целятся.

— Какого хрена⁈ — заорал главарь, наводя свой АКМ на меня. — Вы притащили сюда заразу⁈ Мы вас на остров не пустим, твари!

— Он лечится! — воскликнул я, роняя на землю цинк с патронами, от чего у ящика смялся к чертям угол. — У нас есть лекарство!

— Какое нахрен лекарство⁈ Это боевой вирус! От него лекарства нет! Все знают, что если заболел — застрелись просто. Это Шендеровский его выпустил, чтобы всю округу под себя забрать!

— Да нет же, у него есть и антидот, мы сами видели производство!

Главарь плюнул на землю.

— Врёшь! Никакой сыворотки нет! Значит, так — грузитесь нахрен в свои машины и убирайтесь к чёртовой матери! А ваше топливо и патроны — наши, за риск!

— Мы договорились! — рявкнул я, чувствуя, как внутри всё закипает.

— Договор отменяется! Вали отсюда, пока мы тебя и твою банду не пристрелили!

Несколько секунд стояла тишина. Николай кашлял кровью на руках Пейна. Аня замерла с аптечкой. Серёга медленно двигался к опрометчиво оставленному им в грузовике автомату. Медведь, наведя пулемёт на банду, ждал моей команды. Надя стояла у джипа, рука уже тянулась к автомату за спиной.

А бандиты продолжали целиться, пальцы тряслись на спусковых крючках, а в глазах у них ярость мешалась со страхом.

Время замедлилось. Я видел каждую деталь — дрожащий ствол АКМ в руках главаря, нервный взгляд одного из его людей, капли крови Николая на бетоне. Десять против тринадцати, но у нас три пулемёта и преимущество позиции — мы в укрытиях, банда — нет. Если начнём первыми — выиграем. Если они — всё, конец.

Я принял решение за долю секунды.

— Огонь! — заорал я, выхватывая P90 и падая на колено.

Я открыл огонь первым. Короткая очередь — три выстрела в главаря. Первая пуля попала ему в грудь, вторая — в горло, третья — скользнула по черепу, срывая кожу со лба и оставляя за собой оголённую кость. Впрочем, первых двух было достаточно. Он дёрнулся, выронил АКМ и рухнул навзничь, захрипев и забулькав кровью.

Следующие два бандита стояли рядом. Я чуть довернул ствол, выпустил ещё шесть пуль — две в одного, четыре в другого. Первый схватился за живот и сложился пополам. Второй попытался вскинуть дробовик, но пули прошили ему плечо и шею, он завалился на бок, дёргаясь в конвульсиях. Перевёл прицел на третьего, и тут пулемёты ожили, превращая ошарашенных бандитов в нафаршированные свинцом мёртвые тела.

МГ на пикапе, за гашеткой которого внезапно оказалась Оля, заревел, выплёвывая очередь за очередью. Стрелять она не умела совершенно, но по неподвижным целям да со станка промазать было сложно. Трассеры прочертили воздух, впиваясь в группу бандитов у склада. Двое разлетелись в стороны, прошитые насквозь — один потерял пол-туловища, кишки вывалились на бетон, второй лишился руки и куска черепа. Остальные бросились врассыпную, пытаясь укрыться.

ПКМ на крыше МПЛ, где занял место Медведь, добавил свой басовитый голос калибра 7.62 на 54 в эту «серенаду». Длинная очередь прошлась по причалу, вздымая осколки бетона и высекая искры. Один бандит попытался добежать до укрытия за ящиками — пули догнали его на полпути, прошив спину и выбросив вперёд, будто тряпичную куклу. Он пролетел метра три и рухнул лицом вниз, не шевелясь больше.

С крыши «Икса» заработал наш ЛМГ, открыл огонь по зданию склада. Калибр у него был автоматный, зато плотность огня фееричная. «Ворон», спрятавшийся за углом, высунулся, пытаясь прицелиться из РПК — сидящая за пулемётом Надя тут же перевела на него плюющийся свинцом ствол. Пули мигом изрешетили и самого бандита, и угол здания возле него, наглядно продемонстрировав бесполезность и ненадёжность подобных укрытий из профнастила против обычной автоматной пули — из-за стенки вывалился ещё один противник, залитый кровью, сделал пару неверных шагов и рухнул, накрытый новой очередью.

Двое последних «Воронов» попытались открыть ответный огонь, при этом так и оставшись на открытом месте. Парень с автоматом, совсем молодой «воронёнок» лет девятнадцати на вид, выпустил очередь в сторону пикапа — пули звякнули о металл, пробив в нескольких местах ничем не защищённый борт. Оля тут же в панике развернула МГ, не отпуская гашетки. Длинная очередь хлестнула по парому, разбивая стёкла и пробивая кое-где металл, по бетону, и наконец ударила и по стрелку. Бандит дёрнулся в танце смерти, тело пробило в нескольких местах, из спины фонтаном ударила кровь. Автомат выбило из рук одним из попаданий, разнося в труху ствольную коробку. «Ворон» рухнул, но Оля продолжала заливать его свинцом до тех пор, пока не закончились патроны в коробе, превратив тело в неаппетитное кровавое месиво на бетоне.

Последний бандит с дробовиком попытался бежать. Глупо было это делать по абсолютно открытой местности. Пейн, уже подобравший свой ствол, поймал его в прицел и выпустил короткую очередь. Пули догнали беглеца, прошив ноги. Он упал, завопил, попытался ползти. Серёга добил его контрольной очередью в спину.