Александр Грохт – Плантаторы (страница 19)

Не спрашивая моего согласия, доктор, провел осмотр и отправил меня сначала на томографию, а потом, бегло изучив ее результаты, и пробормотав что–то вроде «фантастика какая–то», запихнул меня в аппарат МРТ. Внутри чертовой машины у меня чуть не случился приступ клаустрофобии, но вся манипуляция заняла от силы десяток минут, после чего доктор проводил меня в палату, сел напротив и уставился на мою голову немигающим взглядом своих блеклых синих глаз из-под чуть седоватых бровей.

— Знаете, Евгений, когда мне сказали, что через пару дней вы будете как новенький — я, честно признаться, не поверил. Но факты — упрямая штука, и их приходится признавать. Пять дней назад сюда привезли практически труп. Сегодня я вынужден констатировать — вы абсолютно здоровы. Нужно, конечно же, провести когнитивные тесты, но…

— Док, если я здоров, то я здоров. Давайте я уже просто пойду. Где мои вещи?

— Но вы не понимаете! Вдруг проблема куда глубже! Физически вы здоровы, а вот ментально…

— С ментальными проблемами я живу всегда. Ничего нового не произойдет. Хватит уже лясы точить, отдайте мне мои вещи и я пойду. Дела не ждут.

Игорь Иванович недовольно поджал губы, но спорить со мной дальше не стал. Сказал только, что оружие и прочее забрала Анна Михайловна, одежду мою они выбросили в силу её естественного износа и полной угвазданности, так что мне сейчас выдадут новый комплект обмундирования.

— Эй, Иваныч, а меня ты когда отпустишь? Я тоже здоров. — Медведь поднялся на койке. — Джея вы вон, проверили и отпустили. А я! А меня? Почему его так быстро?

— Э, не, голубчик. Вот когда у вас будет такая же клеточная регенерация, как у вашего товарища — тогда вы после тяжелого сотрясения мозга и разрыва сосудов в нем будете вставать и бегать. А пока что, уж простите, но у вас постельный режим.

— М–де. — протянул я. — Медведь, лежи лучше спокойно. Я тебе бутылку виски притащу.

— Никакого алкоголя! Вы что! — доктор аж подскочил. — И вам нельзя, и ему уж тем более!

Я пожал плечами.

— Ну нельзя, так нельзя. Док, так где там моя одежда?

Доктор оказался не только перестраховщиком, но и тем еще треплом. Потому что через те пять минут, которые он просил меня подождать, пока притащат шмотки, двери палаты отворились, и в нее завалился Вовка, причем понятное дело не один, а с целой бригадой — Пряник, Макс, Леха, Ольга (интересно, кто из этих двоих юных прохвостов все таки её скадрит, а?), и ставший для меня абсолютным сюрпризом Ваня–Гор, которого я уже не чаял увидеть в этой жизни.

Понятное дело, что вместо штатной черной формы, которая выдавалась в больничке со складов лаборатории, мне притащили то, что я люблю — песчанку, причем именно SFU NEXT, которую я всегда таскал на страйке. Еще тут оказались двое ребят из тех, кто «робинзонил» с Медведем на месте проведения фестиваля — тот, что был ранен — Алукардыч кажется, и девчонка. Впрочем, мне было пофигу. С подзабытым ощущением чистоты я натянул новые штаны, и почувствовал то, что можно было выразить только одним словом:

— Ка–а–а–й–ф! Черт, как же это удобно-то, а! Век благодарен буду! Не забыли, черти!

— Да забудешь такое, ты этой своей СФУ в свое время все мозги выел. — Вовка смотрел на меня с явно заметной радостью, которую даже не пытался скрыть. — Мы, когда один из магазинов в Бадатии вывозили, там целый контейнер этого добра был. Я специально отложил тебе, знал, что понравится.

— Еще бы…

Дальше Вова своей властью забрал у дока Медведя, с пафосным выражением лица заявив, что на брифинге нужен кто–то из специалистов. Вся шобла вытащилась наружу, при этом меня взял в оборот Филлимонов. Я не ожидал, честно говоря, но ссориться сходу было плохим планом, так что я решил быть вежливым.

Оказалось, не зря. Спустя полтора месяца наши разногласия выглядели немного нелепо и по-детски. К тому же «доктор Менгеле» как-то незаметно изменился и из пафосного чудилы превратился в неплохого собеседника.

— Джей, Аня сказала, что она приедет, как сможет. У нее там срочный пациент.

Филлимонов замялся. Он явно хотел что–то сказать, но почему-то… опасался? Я решил помочь ему перейти к делу, тем более что догадывался, о чем пойдет речь.

— Илья, если ты сейчас подбираешь слова, чтобы сказать о своей невиновности в гибели Сереги — то не трать время. Я все понимаю. Да и…он очень любил свою дочь, так что ее дурацкая гибель тут, в самом конце пути…вряд ли бы он был счастлив после такого. Так что… фактически, те пули «воронов» просто убили их обоих, вот и все.

Филлимонов явно опешил.

— Э–э–э…хорошо. Честно говоря, я не ожидал от тебя столь…взвешенной реакции.

— Да я и сам не ожидал. Но я вообще такой…загадошный тип. Лучше вот что скажи — ты осмотрел лабораторию? Все в порядке, или все плохо?

— Ну, в порядке это громко сказано, но ничего фатального. Знаешь ли, МПЛ не та штука, которая рассчитана на попадание нескольких очередей из тяжелого пулемета. Но все поправимо.

В штабе, находящемся в бывшей ВИП–столовой, уже стояло два полностью накрытых стола. Я даже чутка офигел — такое изобилие последний раз видел до катастрофы, и даже тогда это было бы солидно.

В помещении, помимо тех, кто лично приперся в лазарет, нас ждали и другие. Смит, который похудел до такого состояния, что его лицо больше напоминало маску скелета, какой–то мужик, представившийся Павлом. Кто-то тут же сообщил, что у Павла фамилия Морозов, на что последний просто махнул рукой — видимо, шутка его достала уже давно. Еще там был дядька, которого все звали Агроном, хотя сам он представился Василием, и еще несколько человек, имена которых я забыл тут же.

Все галдели, шумели, наконец Боб крикнул, чтобы все уже расселись. Началась толкотня, и я малость потерялся, но тут Вовка ухватил меня за плечо и протолкался к почетному месту во главе стола, куда почти что силой меня и усадил.

— Вов, ты сдурел? Это же место лидера!

— Нет, Жень, это место того, кого мы будем…э….чествовать? Короче, это ты у нас сегодня герой, а не я.

— Да какой

— Садись, я сказал!

Черт, а в голосе Вовы реально прорезались командирские нотки. Еще раз убеждаюсь, что я был прав на тему того, кто должен рулить тут. Да и окружающие смотрят на него с уважением. Даже Смит, которого я подозревал во всех смертных грехах, не пытается мериться с Вовой крутизной. Прикольно.

Потом стало не прикольно. Сначала задвигал какую–то скучную телегу Вова, о героизме, преодолении и так далее. Потом Смит…к четвертому тосту я был готов уже просто сбежать с этого фарса, но как раз в этот момент эта бодяга закончилась, и началось доброе–старое застолье.

К десятой рюмке все окружающие изрядно окосели. Кроме меня. Кажется, это была еще одна побочка от препарата. Спиртное просто не действовало, вообще. Зато когда пришла–таки Анька, я мог честно сказать, что ни в одном глазу.

Ко мне подсаживались кажется все, знакомые и незнакомые, и каждый считал своим долгом выпить и сказать, какой же я молодец. Заодно на меня вывалили все новости, причем путанно и в разнобой. Но в целом было понятно, что вокруг нас глубокая жопа. На секунду я даже пожалел, что наш вояж уже закончен. Там все было как-то проще…добудь бензин, добудь карту, убей бандитов, убей мутов, убеди очередного князька тебя пропустить. И все. А тут политика, планирование…и все те же бандиты и муты. Только вот от бандитов не удерешь, а муты…ну это я завтра или сегодня ночью Аньку буду пытать, что за хрень мне рассказали, про каких–то черных мутов, которые превращают людей в зомби мгновенно.

И тут началось то, чего я конечно ждал, но до сих пор был не уверен, что хочу. Вова, подняв очередной тост, кажется, за дружбу, обратил свой взгляд на меня, и спросил:

— Джей, а ты все-таки расскажешь нам, простым труженникам села, как все было у вас? А то после того, как ты передал сообщение через вояк о том, что вы отправились в Кремень — связи больше не было.

Я махнул рюмку двадцати пяти летнего коньяка и начал.

— 'Итак, собственно, мы выехали с базы Полковника…

Рассказ Джея

Дорога оказалась действительно непростой. Боров и Сокол вели нас окольными путями, через заброшенные деревни и проселочные дороги. Асфальт тут отсутствовал и до апокалипсиса, так что под колеса машин ложилась местами хорошая, а местами раздолбанная грунтовка.

Первые два часа прошли относительно спокойно. Мы миновали несколько покинутых поселков — типичная картина: разбитые окна, распахнутые двери, следы пожаров. Изредка в руинах домов мелькали одиночные зомби, но они не представляли угрозы для движущихся машин.

— Слушайте, а что тут случилось такое? Вроде же не должны были зомбаки так сильно досаждать.

— Да какие зомби. Эти деревни были брошены давным–давно почти все. Жили тут разве что бомжи какие. А пожары — это уже последствия «развлекухи» всяких придурков. Очень у нас народ любит смотреть, как пылают целые дома. Впрочем, не так. Очень любил народ смотреть. После того, как по приказу Полковника пару раз таких уродов повесили на ближайших деревьях — желающих поубавилось.

Около десяти утра Боров, ехавший впереди на мотоцикле, поднял руку, сигнализируя об остановке. Мы притормозили у разрушенного моста через небольшую речку, за которым стояло несколько раздолбанных машин.

— Дальше пойдем в объезд, — пояснил разведчик, подойдя к нашим машинам. — Тут недавно «Волки» устроили засаду на торговцев. Мы пойдем через брод, километра три вниз по течению.