Александр Грохт – Novitius (страница 26)
Вырваться из переплетений проводов я сумел как раз вовремя, мой противник оказался прямо у входа в помещение — и немедленно огреб молотом удар в грудь, отбросивший его к противоположной стене коридора и оставивший на ней солидную такую вмятину. Как ни печально, но здоровья мы друг с друга снимали –хрен да нихрена. Удар молотом — 2 %. Выстрел дробовика — 3%.
Проблема была в основном во времени. Минут через пятнадцать мои бойцы благополучно зальют тут все напалмом и запалят. Заодно зажарив тут и меня, и Лютерано, и всех оставшихся монстров. Будто читая мои мысли, Лютерано, как раз отлипший от стены, сплюнул на пол и произнес, ускоряя шаг в мою сторону:
— Никуда твои бойцы не пойдут, ими сейчас д’хис развлекается. Так что ничто не спасет тебя, Мерлин. Зря ты пришел сюда и вдвойне зря ты украл мою добычу. Я не убью тебя, нееетттт! Я запру тебя в подземелье и буду медленно отрезать от тебя куски и кормить тебя только ими. Сколько там ты протянешь-то, 80 дней? Так вот, на исходе восьмидесятого дня я пристрелю тебя из этого ружья и заберу с твоего тела части доспехов Макса. И уже я стану новым, ИСТИННЫМ Воином Дороги!
Произнося все это, он какими-то змеиными движениями двигался по коридору мне навстречу, с легкостью уворачиваясь от огня из импульсных пистолетов. Даже такой, полуоглушенный — он был хорооош. Ладно, тогда попробуем вот так. В руках появляется импульсная винтовка, и я даю очередь на весь магазин. На дистанции в десять метров уклонится от такого нереально, но Лютерано делает все, что возможно — в него попадает всего семь импульсво из тридцати. Но и этого достаточно — я специально бил по ногам, чтобы хотя бы временно задержать его. Я уже понял, что багованная область возле него действует особо активно — тут все как бы по-настоящему, соответственно простреленная в трех местах нога — перестает его держать, так что на середине своей пафосной речи он спотыкается и летит носом в бетонный пол.
Упустить такой шанс — глупо. Я роняю уже разряженную винтовку просто на пол, нет времени даже в инвентарь ее пихать, а из инвентаря выхватываю тот самый топор Мстителя, который достался мне трофеем. Прежде, чем враг успевает встать, наносится четкий, выверенный удар — и его кисть вместе с дробовиком Рокатански улетает в угол комнаты. Недаром у топора особенность — игнорирует любую броню, так что для него это была просто мягкая человеческая плоть с косточкой, и все. Фух, самое опасное оружие противника больше не у него в руках, и можно не опасаться за бренную тушку, лежащую дома в капсуле.
Взвыв, мой противник откатывается по полу от следующего удара, и, мгновением позже, на меня обрушивается сразу шесть попаданий — в руках Лютерано возникает громадный револьвер, аж пылающий в области барабана. Видимо, что-то очень эпичное — судя по урону — это легендарная игрушка. Не смотря на броню шесть пуль выбили из меня сразу же сорок процентов здоровья — двести пятьдесят очков. Интересно, как он его будет перезаряжать, с одной рукой-то? Ой блин… едва успеваю нырнуть в дверной проем, пробив его собой, и поймав всего одну пулю ногой. Откуда у него два таких револьвера??
Банг-Банг-Банг-Банг! В дверном полотне и стене возникают дыры, через которые пролетают чудовищные пули .500 Nitro Express. Я совсем не успел разглядеть характеристики и первого-то револьвера, увидев только калибр, но броню экзоскафандра пробил именно он. Четыре пули с силой молотов отбросили меня, застревая в внутреннем амортизирующем слое, пятая пробила и его, но была отражена косухой, а шестая, по стечению обстоятельств, попала не в грудь, а в левый локоть, выведя окончательно из строя миомерные усилители верхнего плечевого пояса. Пора было покинуть эту броню, пока ее не уничтожило до конца — где я еще такой крутой доспех добуду. А так всегда остается шанс отремонтировать.
В коридоре уже слышались легкие шаги Лютерано, когда броня просто истаяла, проваливаясь ко мне в инвентарь, а я оказался на полу, одетый под байкера — я так и не переодевался с выезда в пустыню к разграбленному бункеру. Входящий оппонент явно ожидал увидеть тут трехметрового стального гиганта и направлял оружие соответственно. Так что мелькнувший с уровня пола молот был для него неожиданностью, разнесшей в куски оружие в его руке. Я целился в голову, но он каким-то волчьим чутьем почуял угрозу и почти успел убраться обратно в коридор. Один из револьверов был безвозвратно уничтожен ударом, что конечно огорчило Лютерано, но не так чтобы сильно.
В пол в том месте, где я был мгновение назад, влепилась струя кислоты, выброшенная оружием навроде огнемета, только заряженного кислотой. Бетон вскипел, очень вонюче дымясь и испаряясь.
“Да блин, сколько у него оружия-то в инвентаре?!?” — мелькнуло в голове.
Перекатываясь по полу, я ушел от преследующей меня струи кислоты, и даже с размаху пнул Лютерано в живот, так что он отлетел на метр, наверное, вновь впечатавшись спиной в стену. Наученный горьким опытом, стрелять в него я сразу же начал из пулемета Спайдер. Может, урона в нем и крохи, зато плотность потока пуль бешеная, не увернуться. Маневрируя по полу и стенам, мы начали сближаться. Он палил в меня из .44 рычажной винтовки со скобой Генри, явно просто завалявшейся в инвентаре, я в него из Десерт Игл АЕ, который мне отдал Ланселот после нашей поездки в Галер. В момент сближения я подметил, чтокроме левой руки он все же очень бережет еще и правую ногу, и, вместо удара рукопашным оружием, залепил мощнейший пинок в коленную чашечку этой ноги, отвлекая его на обманный удар молотом сверху. А когда удар прошел, и мой оппонент на секунду потерял равновесие — я добавил простейший удар локтем в основание черепа, пробивая ему крит. Лютерано рухнул на пол, и я уже почти понадеялся на простую победу, когда неимоверным движением он извернулся, и, ухватив с пола сброшенный мной топор, с размаху рубанул мне по голове.
Будь у топора характеристики, как они проявлялись в моих руках, или руках Эрика — я бы на этом закончился. В руках Лютерано это был…просто топор. Вот только если вы думаете, что бритвенной остроты железка просто отскочила от меня — не оставив следов — то фиг там был, я тоже так думал. Но степень искажения в сторону реализма достигала тут реально небывалой высоты, так что чертов топор, сняв с меня свои семьдесят хитов, разрубил мне лицо. Похоже, что броня теперь защищает то, что защищает и не более. Чертова кровь из разрубленной левой брови, переносицы и щеки льет ручьем, мешая обзору. Но раз простой топор смог разрубить меня, нанося фактически крит, то этот же эффект будет теперь верен и для оппонента, который явно обладал мощной устойчивостью к урону — одна самозатянувшаяся нога чего стоит. Так что осталось выбрать момент и нанести смертельный удар.
Уворачиваюсь от следующих двух ударов, блокирую третий. Юрий точно не фехтовальщик, навык явно неразвит вообще. Резким рывком молота вырываю у него из рук топор, но такое ощущение что именно этого он и ожидал — прежде чем мне удается развить успех, гибкая фигура уголовника оказывается совсем впритык ко мне и внезапно наносит серию ударов кинжалом, выхваченным для разнообразия не из инвентаря, а из-за голенища сапога, в бок. Блокировать это просто невозможно, здоровье застывает на отметке в два процента, еще один-два удара и все.
Вот только не один он такой умный. Я тоже ждал такого момента. Молот вываливается из рук, а в правой, уже и так находящейся практически возле его головы, возникает все тот же пустынный орел. С последними двумя патронами в магазине. И увернуться от такого нельзя.
Пятидесятый калибр. В упор. Без промаха. Без сожалений. Без шанса увернуться и без смягчения урона чем-либо. Два выстрела.
Хватило бы и одного, но машинально бью дабл-тапом. Лицо Лютерано перед попаданием ему прямо в переносицу первого выстрела становится крайне удивленным. А потом большая часть его черепа отлетает на стену за нашими спинами, кровавой кляксой размазываясь там. Второй выстрел сносит полностью верхнюю часть черепной коробки, но оно уже не нужно. Великий рейдер, гроза пустоши, палач Реджтауна, Кровавый Юрий — мертв. Окончательно и бесповоротно.
Осада Реджтауна окончена!
Глава 16. Совы — не то, чем они кажутся (с) Д. Линч
Пушки цеплятся в моих людей, Сата стоит, наведя мне на голову гаусс. Немая сцена. А долей секунды позже она отводит пистолет чуть выше моей головы. И жмет на спуск, попадая в переплетение кабелей. Град искр. Турели тоже стреляют, промахиваясь на чуть-чуть, но явно не просто так. Не понимаю, что происходит, но принимаю правила игры, и очередь снарядов из импульсной винтовки проходит впритирку с корпусом нашего электронщика, не задевая ее.
Гор ( Рейд): БИТЬ РЯДОМ, НО МИМО!!!!!!
Никто не принимается оспаривать приказ, бойцы виртуозно перекатываются, занимая укрытия — и ведут огонь прямо вокруг турелей, не попадая в них. А из вентиляционной решетки свешивается жилистое тело, и спрыгивает прямо перед Гором.