Александр Грохт – Ликвидаторы (страница 7)

Обсуждение продолжалось несколько часов. Разрабатывали маршруты, распределяли силы, планировали запасные варианты на случай, если что-то пойдет не так. К вечеру план был готов.

Глава 5

Блиц-криг

Операция назначена на субботу, шесть утра. Две наших группы, под командованием меня и Пряника, заходят на цель после того, как вояки Смита имитируют начало штурма. В группе Пряника — два бронированных микроавтобуса. Смит расщедрился и выделил им аж целый АГС, правда только на операцию, так что парни должны были неплохо удивить «воронов», засыпав двор кучей 40–мм осколочных и дымовых гранат. Вторая, в которой собственно я и был командиром, состояла из нашей будущей группы для похода в Ахтияр — БТР, мой чирок и тойота. Мы клином выдвигались после Пряника, прорывали периметр и ликвидировали основную угрозу

После совещания я пошел искать Аньку. Нашел ее в медблоке, где она разбирала медикаменты.

— Привет, — она повернулась ко мне и улыбнулась. — Как дела?

— Нормально. Слушай, нам нужно поговорить.

Ее улыбка исчезла.

— О чем?

— О предстоящей операции. И о экспедиции в Ахтияр.

Мы прошли в ординаторскую, закрыли дверь. Я рассказал ей о договоренности с Вовой, о плане операции, о том, что она поедет со мной.

Анька слушала молча, потом вздохнула.

— Женя, я поеду. Ты же знаешь, что я поеду. Но мне страшно. И страшно мне отнюдь не от очередного похода в неизвестность, я за эти несколько дней здесь поняла, что мне просто скучно на базе. Страшно мне от того, что происходит.

— Что ты имеешь в виду, солнышко?

— Ты и Вова…вы ведь поссорились, да?

— С чего ты взяла?

— Филимонов сказал. Ты заблокировал всем тут доступ к МПЛ. И… Жень, я хорошо тебя знаю. Ты точно что–то задумал, что–то… Не очень хорошее.

Я обнял ее.

— Ань, ничего такого страшного я не собираюсь делать. Да, Вова решил почему–то, что все добытое нами в экспедиции в Танаис — принадлежит «Регуляторам», а я теперь его подчиненный. Когда мы не смогли договориться по хорошем… Пришлось немного подрихтовать корону на его голове, и вернуть на землю нашу грешную. Сначала мы повздорили, потом — поговорили. И пришли к обоюдовыгодному соглашению.

— И к какому же, если не секрет?

— Ну…скажем так. Для начала — мне выделили транспорт и людей для похода в Ахтияр. Да, под определенные обещания. Зато если все выгорит — мы с Вовой будем партнерами.

— Вы с Вовой…а мы с тобой? Для нас с тобой — это будет свобода? Или очередной виток кровавых разборок?

— Ань, я сейчас страшно хочу соврать тебе и сказать, что конечно же все будет круто. Но…нет. Сначала будет какое–то количество крови. Потому что таков уж современный мир…никто не отдаст ничего из своего за здорово живешь. А у нас нет времени убеждать других в том, что наш путь единственный верный.

— Вечно у тебя нет времени убеждать людей…стрелять проще, да?

— Не в этот раз…Только не болтани случайно. У Вовки кончаются боеприпасы.

Анька удивленно уставилась на меня. Она тоже была при захвате этой базы и видела склады.

— Да тут оружия было на армию…если не на две.

— Ну… в общем, нет. Для маленькой деревни его тут и впрямь было много. А для тысячи человек… Вовка хорохорится, но я был на складах, и там пусто. Он ухватил кусок, который оказался ему не по зубам. Подозреваю, что сейчас Вова выезжает на запасах «Ривендейла», но Смит далеко не мать–тереза, так что это мало того, что временно, так еще и обходится в копеечку. Я не знаю, чем там он со Смитом расплачивается, но это вряд ли помидоры с грядки…

— И ты придумал выход?

— Ну…честно говоря, я до сих пор не уверен в том, что я его придумал. Там, во время разговора с Вовкой я просто сыграл на его желании решить проблему.

— Жень! Ну мне то не ври! Ты никогда не импровизируешь без нужды.

— Ладно, ладно…я это обдумывал еще во время поездки. А уж когда появился тот парень, с просьбой Мерлина о помощи, мои идеи окончательно обрели, так сказать, форму и вид. Ахтияр — это военно–морская база. На военной базе такого размера, во-первых, должны быть невероятных размеров запасы патронов. А во-вторых, я точно знаю, что там есть два завода, производящих боеприпасы и кое–какое оружие. Еще со времен Великой Отечественной Войны они там есть. И если на патроны уже могли наложить лапу местные граждане, то заводы…вряд ли их кто–то отжал под себя. Так что план такой — приезжаем, спасаем Мерлина, и разглядываем заводы. Если они в нормальном состоянии… то открываются очень интересные перспективы…

— Кстати…расскажешь, что это за должок такой этому самому «Мерлину», от известий от которого ты так перевозбудился?

— Давай потом, а? Это история надолго, а у нас дел еще вагон.

— Ла–а–адно…– протянула явно недовольная Анька, но тут же сменила гнев на милость и

прижалась ко мне.

— Обещай мне, что ты будешь осторожен завтра. Очень осторожен!

— Обещаю.

Анька что–то хотела сказать еще, но осеклась и просто посильнее обняла меня.

Мы постояли так некоторое время, потом она отстранилась и принялась поправлять волосы. Мне показалось, или в уголке глаза мелкнула слеза? Да не, глюки наверное, просто так свет упал.

— Мне нужно собрать медикаменты в дорогу. Для операции и для экспедиции. Помоги мне?

— Конечно.

Мы провели остаток вечера, собирая аптечку, проверяя запасы, и набивая магазины к оружию.

Следующие дни до операции прошли в тренировках, проверке техники, пристрелке оружия. Дилик установил турель под ПК на крышу «Гранд Чероки», сделав ее поворотной, с защитным щитком и бортиками, аля «хамви». Выглядело внушительно, пулю автомата держала великолепно — мы проверили, не пожалев целого магазина. Только мелкие царапки и остались.

В пятницу вечером, накануне операции, Вова собрал всех участников в большом зале. Человек сорок — бойцы Регуляторов и люди Смита. Все в боевом снаряжении, с оружием, серьезные.

Вова встал на возвышение, чтобы все его видели.

— Завтра мы идем на «Воронов», — начал он. — Это будет тяжело, опасно, и скорее всего, кто-то из вас не вернется. Но это необходимо. «Вороны» грабят, убивают, мешают нам жить. Они — угроза для всех тех, кто выжил здесь, в Бадатии. И мы эту угрозу устраним. Раз и навсегда. Всем ясно?

Он говорил уверенно, твердо. Я видел, как бойцы слушают его, кивают, проникаются. Такая чушь…но ведь работает.

— Ясно! — хором ответили бойцы.

— Выдвижение в пять утра. Прибытие на позицию в пять сорок пять. Атака начинается ровно в шесть. Связь по рации, канал третий. Медики — в каждой группе. Эвакуация раненых — незамедлительно. Вопросы есть?

Вопросов не было.

— Тогда по местам. Отдыхайте, готовьтесь. Завтра будет жарко. И помните — быть воинами — …

… — жить вечно! — выкрикнули вразнабой многие из присутствовавших

Бойцы разошлись. Я задержался, подошел к Вове.

— Речь на троечку, — сказал я. — Я бы не повелся.

Вова усмехнулся.

— Ну так не на тебя и расчёт. А обычным парням нравится.

— Ладно… тебе виднее. Что ж…пожелай мне удачи!

— Удачи! И это… не помри завтра, ладно? Мне еще нужно получить доступ к МПЛ.

— Не помру. Обещаю.

Мы пожали друг другу руки и разошлись.

Утро субботы началось затемно. Я проснулся в четыре, хотя будильник был поставлен на полпятого. Не спалось. Анька тоже не спала, лежала рядом, уставившись в потолок.

— Не спится? — спросил я.

— Угу. Стремновато. Все-таки идем против людей, и не как тогда, у Крота на базе, а прямо в атаку…

Я обнял ее.

— Все будет хорошо. Ты будешь в БТРе, в безопасности. Я прослежу.