Александр Гримм – Разборки в старшей Тосэн! (страница 26)
— Херасе, ты отбитая! А давай просто обольем пацана бензином, пока тот будет мыться, и подожжем беднягу, чего мелочиться?
— Не будь занудой. Я просто накидываю варианты.
— Ты, дуреха, срок нам накидываешь. А к чему вообще такие сложности? Не проще выцепить его где-нибудь по пути, в укромном месте и слегка отделать?
— Не выйдет. Сибата Дайсукэ — сынок из богатенькой семьи, он везде таскается с парочкой телохранителей. Единственное место, где его можно поймать одного — это туалет или раздевалка.
— Ясно, а что тебе мешает подстрелить засранца?
— Если я так поступлю, то у комиссии Министерства образования появится обоснованный повод для переноса даты отборочных соревнований, в связи с намеренным саботажем со стороны одного из участников мероприятия.
— Ладно, тогда просто проберемся внутрь комплекса и я вывихну парню кисть. Через неделю будет как новенький.
— Можно и так. — нехотя соглашается эта, жаждущая чужой крови, фурия.
— На. — ставлю перед ней чашку с парящим чаем. — Только на этот раз давай как-то поаккуратнее.
— Слышал про Ивао? — внезапно меняет она тему.
— Нет. — делаю аккуратный глоток в ожидании продолжения.
— Его родители забрали документы из школы. Ходят слухи, что они всей семьей собираются на Окинаву.
— Думаю, так будет лучше. — парню определенно стоит держаться подальше от старшей Тосэн и главного виновника его чакра-аномалии Кэимэя.
— Ты ведь тоже ее видел. — скорее не спрашивает, а утверждает девушка и я моментально понимаю, о чем она говорит. — Его Рейки.
— Что за Рейки?
— Антон, не держи меня за дуру. Я хорошо заметила, как твой взгляд изменился, когда ты увидел того уродливого тигра.
— Неужели опять чай просроченный купили? — с удивлением пялюсь на кружку перед собой.
— Достал! — словно дикая кошка, она кидается на меня прямо через стол. Сцепившись, мы падаем на пол, вслед летят чашки, разбрызгивая свое содержимое.
— Эй, я же просил быть поаккуратнее. — волосы, сидящей на мне Хоши, водопадом ниспадают вокруг моей головы.
— И что будешь делать, накажешь меня?
«Госпожа Ито» еще сильнее склоняется надо мной. Наши взгляды встречаются. Замечаю, как томная поволока застилает ее взор. Теплое дыхание касается моих губ, еще немного и…
— Я дома! Отпросилась сегодня пораньше. — Хоши пугливо дергается и пытается подняться, но мои руки на талии девушки этому препятствуют. Ну что, малышка, ты ведь хотела, чтобы тебя наказали? Вот только сегодня порка будет не физической, а моральной!
— Мать накажет. — едва сдерживая хохот, прижимаю опешившую девчонку к себе и впиваюсь в ее губы своими.
— Ой! Не буду вам мешать. Только уберите после себя. — ошарашенно произносит Ульяна и я слышу, как ее шаги удаляются. — Тридцать пять лет живу, а такие трусы впервые вижу. — доносится до меня едва слышное причитание матери Тон-тона.
О чем это она? Опускаю ладони, чуть пониже задравшейся юбки и ладони касаются гладкой бархатистой кожи. Не понял! — более предметно обследую задницу, оседлавшей меня девушки. А, вот теперь понял! — палец цепляется за тонкую ниточку прямо посредине. Хлопнувшие по попе стринги срабатывают, словно выключатель, Хоши разрывает поцелуй, отталкивает меня и с пунцовым от стыда лицом выбегает на улицу. Затем на секунду заскакивает обратно, чтобы подхватить обувь с гэнкана и вновь умчаться в закат.
— Нашкодила и свалила. — сетую на судьбу, оглядывая залитое чаем помещение. — А мне теперь убирай.
Прибравшись и наскоро перекусив, на цыпочках крадусь к себе в комнату — не хочу еще одного позорного разговора с Ульяной. Лучше притворюсь спящим, отправившись на просторы внутреннего мира. Тем более мне есть чем заняться. Необходимо, как можно скорее, освоить отталкивающий резонанс для моей Дэндзики Аму, а оставшееся время посвятить стилю Дзюттэ-дзюцу, последний сильно отстаёт в освоении от Айкути Роппо. Надо бы нивелировать эту разницу за выходные.
Изучение отталкивающего резонанса, как и его предшественника, дается мне без особого труда. Всего то и надо, что направлять колебания призрачной мембраны не к ладони, а от нее. Оставшееся до отбоя время посвящаю отработке этого резонанса для обеих рук. Даже не знаю, что бы я делал без визуализации. В который раз убеждаюсь, эта техника — самое ценное, что у меня есть. Впервые за долгое время, засыпаю с приятными мыслями и чувством выполненного долга.
Следующим утром, едва умывшись, иду открывать дверь — кто-то с улицы усиленно тарабанит по ней. По пути заглядываю в комнату Ульяны — никого. Проходя через кухню, замечаю на столе, рядом с завтраком, записку «Ушла подстригаться. Буду нескоро».
— Просто заткнись. Даже не думай ничего говорить! — на пороге стоит набычившаяся, необычно одетая Хоши: в толстовке с глубоким капюшоном и в широких штанах. Признать в ней девчонку можно только по лицу и длинным, стянутым в хвост волосам.
— Доброе утро. — неторопливо оглядываю девушку испытующим взглядом. — Сменила ориентацию после вчерашнего? Похоже я и правда мерзко целуюсь.
— На, переодевайся! У нас мало времени. — Хоши насильно всучивает мне в руки пакет и сама же закрывает входную дверь. — Жду тебя на улице.
Вытряхиваю содержимое пакета прямо посреди гэнкана: брюки-карго, оверсайз толстовка, бейсболка, перчатки и хирургическая маска. Ты погляди, не малолетняя вертихвостка, а настоящий преступный гений. Надеюсь она не уберет меня, как ненужного свидетеля, после того как мы обстряпаем дело. Сдерживая смех, переодеваюсь и, прихватив с собой на всякий случай дзюттэ, выхожу из дома.
— Слушай, а что это за крутой байк у вашего дома? — наманикюренный пальчик вопросительно указывает на, сиротливо приткнувшийся у нашего дома, Кавасаки. — Такое ощущение, будто я его уже где-то видела?
— Мой.
— Пф, ну-ну. — вот так и говори людям правду.
— Я бы прокатил, но боюсь при резком торможении тебя трусами пополам разрежет.
— Я сегодня в других. — лицо девушки идет красными пятнами во время этого откровенного заявления.
— Ахееееереть, какая ценная информация. — зеваю в ответ, после чего подхожу к байку и скидываю с него синюю токкофуку. — Ну раз в других, тогда погнали. Один раз живем.
— Эй, Антон, ты чего!? А если хозяин выйдет, да и как ты заведешь без клю…
— Рын-рын-рыннн-ррррын!!! Ты особого приглашения ждешь?! — перекрикиваю шум холостого хода.
— А. но. аа..как…что? — Хоши в ответ лишь разевает рот, словно рыба выброшенная на берег.
К счастью, длится этот ступор недолго и вскоре мы выкатываем с внутреннего двора. Чтобы добраться до соседнего района нам требуется около двадцати минут. Будь на моем месте Акихико, он бы управился за пять. Но я не такой псих, как избранный потомок Мусаси, да и за рулем мотоцикла последний раз сиживал давненько — еще в той, прошлой жизни. К тому же, тело коротышки накладывает свои ограничения на управление двухколесным транспортным средством весом в два центнера.
Но должен признать, кое-что приятное в подобных покатушках действительно есть. Например, парочка хорошеньких сисек, агрессивно таранящих спину. Бедняжка Хоши отчего-то не захотела целомудренно держаться за поручни, а предпочла по-плебейски обжиматься с мерзким хафу. Но кто я такой, чтобы осуждать девушку, когда ее напрягшиеся соски готовы вот-вот прорвать две пары толстовок. Похоже, сегодня «госпожа Ито» забыла надеть не только пикантные трусики.
Глава 14
Припарковавшись за спортивным комплексом, глушу мотор. Байк последний раз «кашляет» и затихает. Громада Спортивного центра Аракава скрывает нас с Хоши от посторонних глаз. Не думал, что этот комплекс настолько огромный. Одно дело знать, что внутри, впечатляющего своими размера, сооружения: два олимпийских бассейна, несколько площадок для командных видов спорта от футбола до волейбола, новейший тренажерный зал, занимающий целый этаж, и еще куча спортивных секций на любой вкус, и совсем другое — собственными глазами увидеть ту огромную территорию, которую занимает это застекленное здание. Интересно, какова суммарная площадь внутренних помещений? Определенно, не меньше пяти тысяч квадратов.
— Ты ужасно водишь, ты в курсе? — отлипает от меня Хоши.
— Зато бесплатно. — не остаюсь в долгу. — Обратно можешь добираться своим ходом. Надеюсь, извращенцы в общественном транспорте заценят отсутствие у тебя лифчика.
— Что!? Откуда ты? — она хватает себя за грудь, после чего с чувством произносит. — Дерьмо!
— И не говори, ты чуть не заколола меня этими штуками.
— Ками, Антон, просто заткнись, сейчас неподходящее время.
— Ладно-ладно, ты главное не размахивай ими. Мы ведь не хотим, чтобы кто-нибудь пострадал?
— Я говорила, что ненавижу тебя?
— Сегодня или вообще?
— Бесишь! — она делает несколько глубоких вдохов, чтобы успокоиться, после чего переходит к делу. — План такой. Я отправлюсь внутрь, чтобы проследить за Сибатой. Нужно выяснить от какой личной раздевалки ему выдадут ключ. Как только я это сделаю, то вернусь обратно и мы с тобой проверим окно в помещение. Если открыто, лезем внутрь. Оно небольшое и находится достаточно высоко, но мы с тобой точно протиснемся.