Александр Гримм – Разборки в средней Тосэн! (страница 2)

Урок математики проходит без особых эксцессов, немолодой учитель с заметной плешью старается не смотреть в мою сторону и не встречаться со мной взглядом. В том, что меня частенько избивают существует лишь один плюс — учителя редко от меня чего–то требуют посреди урока, никаких ответов с места, никаких вызовов к доске, лишь стандартные письменные тесты. Может быть прошлый Антон не хватал звезд с неба именно поэтому — когда от тебя толком ничего не требуют и не ожидают, сложно к чему–то стремиться.

Н-да, репутация трусоватого дрыща–неудачника это не то, с чем можно легко и безболезненно распрощаться. Единственный вариант — вырубить самого здорового парня школы, но он, по понятным причинам, пока заблокирован. Мне нужны тренировки, я должен пахать так, как никогда до этого, если хочу подняться с этого унылого дна. Молодой организм должен справиться, тем более совсем скоро начнутся летние каникулы и я смогу полностью посвятить себя единоборствам — это мой единственный шанс, лишь в этом я был хорош. Эх, если бы традиционные боевые искусства не являлись национальным достоянием и хафу могли их изучать, то все было бы куда проще. Сейчас же, стоит мне появиться на пороге любого додзе или заикнуться о приобщении к традиционным боевым искусствам, как мне мигом переломают все кости. Ну ничего, я еще смогу продемонстрировать этому миру весь потенциал смешанных боевых искусств, но перед этим стоит выяснить, почему более практичные и прикладные боевые единоборства такие, как бокс или борьба канули в лету или вовсе не существовали в этой альтернативной реальности. А каратэ, дзюдзюцу, айкидо, кендо и даже суммо правят балом на территории Японии.

Поглощенный собственными проблемами я совсем не замечаю как летит время. Поэтому, когда последний урок подходит к концу и ученики разбегаются по своим внеклассным занятиям я немного торможу и остаюсь в классе, наедине с учителем истории.

— Учитель, Кобаяси, а, вы, что–нибудь знаете про бокс?

— Бокс? Ты имеешь ввиду коробку*?

— Нет, учитель, это такое боевое искусство, где бьются только руками.

— А! Я понял о чем ты, Антон. Что–то подобное было в программе античных Олимпийских игр, да и сейчас, на западе популярны бои на голых кулаках, их даже по телевизору крутят. Но только ты ошибся — это не боевые искусства.

— Разве?

— Хм.

— Простите, учитель. — повинился я после своего проступка. — Скажите, учитель Кобаяси, а в чем тогда разница?

— Ох, Антон–Антон, хорошо, что ты задал этот вопрос мне, а не какому–нибудь ярому приверженцу традиционных боевых искусств. Это могло плохо для тебя закончиться, впредь будь аккуратнее с подобными высказываниями, ими ты можешь оскорбить многих японцев. Я делаю тебе скидку лишь из–за твоего недавнего пребывания в больнице и того, что ты все еще ребенок.

— Простите, учитель Кобаяси, этого больше не повторится.

— Я надеюсь на это. Что касается твоего вопроса. Боевое искусство — это в первую очередь философия, если нет философии, то это не боевое искусство, а так — развлечение, спорт, баловство одним словом.

— То есть философия — это фундамент?

— Молодец, Антон, ты уловил саму суть. Да, философия — фундамент без которого боевые искусства нежизнеспособны. Отними у Айкидо философию и из боевого искусство оно превратится в оздоровительную гимнастику для женщин.

Покидая класс, я задаюсь только одним вопросом — мне только что элегантно навешали лапши на уши или в здешних боевых искусствах присутствует некий мистицизм? Надеюсь на первое, но зная собственную удачу… К тому же, второй вариант хотя бы как–то объясняет тот пиетет, который японцы испытывают к своим традиционным боевым искусствам. Да и тот, жесткий блок, сработавший у Ивао ничем кроме мистики я объяснить не могу. Ведь жесткие блоки — это одни из самых нелепых и неэффективных защитных действий. И если все сказанное Кобаяси — истина, то каким образом мне подвязать эту самую–пресловутую философию к смешанным боевым искусствам, а главное — где эту самую философию взять? К своему стыду, мыслитель я довольно посредственный.

— Мам, я вернулся. — на автомате кричу, отпирая входную дверь, но дома никого — совсем вылетело из головы, что она на смене и вернется лишь к завтрашнему вечеру.

Щелкаю пультом от телека. Опять бейсбол показывают, видимо, японцы любят этот вид спорта независимо от мира. Вместо переключения каналов в поисках чего–нибудь интересного, я бы с удовольствием пошарился в интернете, но вот беда — в этой реальности всемирной паутины не существует, как и Соединенных Штатов Америки, где этот интернет изобрели. Оказалось, что в отличии от европейцев, приплывших покорять Новый Свет, у коренных аборигенов были хорошо развиты боевые искусства, благодаря которым они и утопили оккупантов в их собственной крови.

На следующем канале — уже новостном освещается предстоящий саммит Большой Четверки, на котором будут присутствовать местные сверхдержавы: Япония, Китай, Индия и Ацтлан. Последняя страна из этого списка — и есть местный аналог США в котором заправляют краснокожие. Данная четверка находится на геополитическом Олимпе этого мира. Именно они определяют вектор по которому движется современная история.

Под приятный голосок симпатичной дикторши начинаю разминаться — дорога каждая минута. Не хочу вновь, еще и в этом мире, прозябать в нищете и безвестности. Каким бы ублюдком не был Шамиль, но в одном он был прав деньги — это сила с которой нужно считаться. А я люблю быть сильным. Жаль, я поздно понял, что сила — весьма многогранное понятие и одного умения махать кулаками явно недостаточно для того, чтобы забраться на самую вершину. Ну ничего, в этот раз я исправлю собственные ошибки. Стану более беспринципным и презрею неработающие людские законы. Ведь, как показала практика, смерть — это не такая уж страшная плата за проваленную попытку. Так почему бы и не рискнуть.

В этот раз Антон «Дешевая свинина» пойдет ва–банк — поставит на кон все, что у него есть и не будет испытывать сожалений по этому поводу. Тому, кто и так находится на самом дне, нечего терять, кроме собственной жизни, а это не такая уж и большая ценность. Сколько там стоила моя, поломанная Шамилём, жизнь, сколько денег он занес ментам за сфабрикованное дело, за позорное увольнение с работы, за порушенную карьеру бойца — пару сот тысяч рублей, а может и того меньше. Человеческая жизнь не бесценна, он отлично мне это продемонстрировал и я благодарен ему за урок. Этот урок обязательно станет частью моей новой философии.

Капли пота орошают татами, мышцы скрипят от непривычной нагрузки, я делаю свои первые отжимания в этом мире.

*Ан–тон — на японском может быть интерпретировано, как «дешевая свинина»

*Box — коробка или ящик на английском.

Глава 2

— Смотри куда прешь, тупица!

Меня сбивает с ног статная девчонка с длинными прямыми волосами, цвета вороного крыла, до самого копчика — породистая, японская сучка, по имени Хоши Ито. Второгодка из клуба Кюдо, которая, судя по выпавшей из ее рук спортивной сумки с торчащим из нее колчаном для стрел, как раз сейчас спешит на тренировку.

Я пытаюсь подняться с пола, деревянные, после вчерашней тренировки, мышцы едва слушаются. Каждое движение причиняет боль, все же не стоило вот так сразу наседать на физическую подготовку. Тело этого пацана совсем не приспособлено для чего–то подобного — долбанный, ленивый хикки.

— Кусок дерьма, смотри по сторонам в следующий раз. — толчок аккуратной ножкой, под смех, проходящих мимо, учеников, отправляет меня обратно на пол. И виновница нашего столкновения, подхватив спортивную сумку, гордо сваливает в закат — заносчивая стерва.

Кюдо — это местная стрельба из лука, единственное традиционное боевое искусство, которое в Японии является ещё и официальным спортом, потому что не подразумевает под собой прямого столкновения с соперником, а лишь методичное поражение мишени при помощи лука и стрел. Остальные представители боевых искусств Японии такую роскошь, как регулярные соревнования, себе позволить не могут. Риски слишком высоки. Уровень травматизма среди участников подобных соревнований был бы слишком велик, что для полупрофессионального спорта, в котором крутятся большие деньги — неприемлемо.

— О, Тон–тон, давай помогу, чего это ты разлегся. — подошедший Ивао хватает меня за шкирку и рывком ставит на ноги, в процессе едва не придушив меня моей же футболкой. — Хороша, успел разглядеть, что у нее под юбкой?

— То же, что и у всех или ты на член надеялся?

— Братан, я тебя не узнаю в последнее время. То драться лезешь, то шутки шутишь. Тебе там в больничке по ошибке яйца пришили? — он прихватывает меня за волосы и прикладывает лицом о стену, все, что я успеваю сделать это немного довернуть голову, чтобы спасти нос от перелома. — После уроков жду тебя на нашем месте, хочу сделать кое–кому сюрприз. Договорились?

Ивао еще сильнее вдавливает мое лицо в стену, чувствую, как от напряжения лопаются капилляры в глазах. Откуда у подростка может быть столько сил — ощущение будто меня удерживает здоровый мужик.

— Договорились? — давление на череп возрастает, еще немного и он запросто вывихнет мне челюсть.

— Да. — хриплю я и хватка Ивао мигом слабеет.

Борясь с головокружением и мушками, мельтешащими перед глазами, опираюсь на злополучную стену. Еще никогда не ждал летних каникул с таким нетерпением, как сейчас. Ха, дожить до выпускного — наивный, мне бы протянуть еще недельку. К черту все, сегодня последний день и до окончания каникул в школу больше ни ногой. Скажу, что плохо себя чувствую после недавнего инцидента, в общем придумаю что–нибудь.