Александр Гримм – Мастер из качалки 2 (страница 49)
— Да, спасибо вам, мастер Шень! Можете проходить, — верительная грамота вернулась в руки второго столпа, а сами охранники Врат восхождения спрятали за спину мечи и освободили нам путь. — Удачи вам и вашим младшим ученикам на турнире! Особенно вашему «младшенькому»…Ха-ха-ха!
Шагая по широким улицам Небесного кряжа, я думал лишь об одном: как бы мне не сгореть со стыда. Эти два клоуна на воротах знатно подпортили мне настроение своей дурацкой выходкой.
Я даже, грешным делом, подумывал о том, чтобы ненадолго сесть на диету и немного подсушиться.
Однако вскоре эта мысль полностью выветрилась из моей головы — стоило мне только вдохнуть полной грудью чарующие ароматы Небесного кряжа.
Запахи вкусностей тут же вскружили голову, и я и думать забыл о каких-то там богомерзких диетах. Да чего уж там, в тот момент я позабыл обо всём на свете и едва ли не захлёбывался подступающей слюной, то и дело ловя ноздрями запахи один вкуснее другого. И было этих запахов так много, что даже мысль о том, что меня вскоре будут бить, больше не приносила особого беспокойства.
Вдохнув запах свежеиспечённых пиньиньей, я даже зажмурился. По ощущениям — совсем ненадолго. Всего на секунду…
— Эй, смотри, куда прёшь, грязный мужлан⁈
Услышав знакомый голос, я сначала скрипнул зубами, затем пожалел, что спешился со спины брата Ю и только после этого нехотя распахнул глаза.
Прямо напротив меня, грозно уперев кулачки в тощие бока, стояла одна весьма неприятная особа в изумрудно-зелёном платье. Причём стояла не одна, а в окружении таких же разряженных в пух и прах красоток, разве что более молодых и чуть менее стервозных на вид.
Я узнал её сразу. Это была отбитая на всю голову феминистка Чэнь Сифэнь или, как она сама себя называла, благородная и непорочная наставница секты Эмей. И если с первым я был категорически не согласен — благородством от этой дамочки и не пахло, то с непорочностью — наоборот: а иначе с чего бы ещё «благородной» Чень Сифэнь вести себя как последняя стерва? Тут явно был замешан Его Величество недотра…
— Ты! — в глазах Чень Сифэнь тоже мелькнула узнавание. — Дандан, девочка моя, посмотри, это же тот самый мальчишка, что опозорил нас на улицах Орлиного пика!
— Вообще-то, это был не я, а гигантский сокол, — попытался отвертеться я от этой безумной бабищи. Но не тут-то было! Два десятка девиц, злобно сверкая ярко накрашенными глазками, тут же обступили меня со всех сторон.
И только в этот момент я вдруг понял, что остался один. Мои братья куда-то подевались! Нет, не так, я сам от них отстал! Чарующие запахи Небесного кряжа вскружили мне голову, и я каким-то образом отбился от остальной процессии.
Осознав весь ужас ситуации, затравленно оглянулся в поисках своих собратьев, но тех нигде не было. Среди полноводной людской реки, текущей по улице Небесного кряжа, я не смог отыскать ни одного бело-голубого халата.
А между тем, разгорячённые недостатком мужского внимания прекраснейшие фурии наступали.
Казалось, мне не оставалось ничего иного, кроме как нарушить главное мужское правило: никогда не покупать Белорусский протеин…! Ой! То есть никогда не бить женщин!
— Предупреждаю! Любая женщина, поднявшая на меня руку, автоматически становится спарринг-партнёром. Я, как и вы, за равноправие!
— Пи! — поддержал меня выбравшийся из-за пазухи крыс.
— Мы оба за равноправие…!
— Крыса!!!
— У него крыса!!!
— Спасайся кто может!!!
— Дандан, беги!!!
Через секунду пространство вокруг меня как-то резко очистилось. На месте осталась стоять лишь та самая Дандан, миниатюрная зеленоглазая брюнетка. Ну а её товарки с наставницей во главе уже вовсю скакали по крышам домов, уносясь прочь.
— Это что, сейчас такое было⁈ — спросил я, кое-как поборов удивление.
— Городские, — пожала плечами, стоящая напротив Дандан. — Они же все из благородных семей. Крыс только на картинках видели.
— Понятно. А тебе за ними не надо?
— Надо, — печально ответила девушка в зелёном платье. — Но так не хочется. Я бы лучше вместо этого парочку пиньиней уплела.
— Я тоже, — понимающе покивал я.
— Да, я вижу, — смерила меня взглядом Дандан, а после заговорщицким тоном произнесла. — Деньги-то у тебя есть?
— Немного…
— Тогда ты угощаешь.
— Слушай, как тебя там?
— Дандан, — с набитым ртом ответила девушка.
Миска с пиньинями напротив неё уже наполовину опустела, но миниатюрная красавица и не думала сбавлять обороты. Ощущение было такое, будто бедняжку не кормили последние полгода. Впрочем, я и сам от неё не отставал, напротив меня тоже стояла миска — уже третья по счёту. В закусочной, куда мы забрели, подавали на удивление вкусные пиньини: нежные и с самой разнообразной начинкой. Оторваться от них было попросту невозможно.
— Вот скажи мне, Дандан, вас, что там, в этой вашей секте Эмей совсем не кормят? — не совладал я с любопытством.
— Кормят, — пожала она плечами, не отрываясь от еды. По белоснежным пальчикам сбегали капли сока из очередного надкусанного пиньиня. — Но явно не так, как вас. Мучное и мясное нам нельзя — чтобы случайно не растолстели. Жаренное и острое — тоже не разрешают. Наставница говорит, от них кожа портится. Так и живём.
— Ого! а чего тогда не уйдёшь?
— А ты не особо умный, да? — посмотрела на меня как на идиота Дандан, а после задала весьма неожиданный вопрос. — Я девушка?
— Не знаю, свечку не держал… — вырвалось у меня помимо воли.
— Чего? Какую ещё свечку? Просто ответь: девушка я или нет?
— Вроде, да, — замялся я. Мне не хотелось второй раз наступать на одни и те же грабли. Случай с Ян Гэ многому меня научил. Например, не судить человека по обложке, пока не потрогаешь его за сиськи.
— Красивая? — задала следующий вопрос Дандан.
— На любителя, — честно ответил я.
Мне, как настоящему мужчине, нравились женщины более упитанные, чтобы было за что потрогать и по чему пошлёпать. А девица напротив хоть и обладала выдающейся красотой, но округлостей в определённых местах ей явно недоставало. Даже та же Ян Гэ до начала своих тренировок выглядела более аппетитно…
— На какого ещё любителя⁈ — ткнули меня кулачком в плечо. — Скажи, что красивая!
— Ладно-ладно, — потёр я ушибленное место. — Красивая…
«А ещё на удивление сильная» — добавил я про себя.
— Так-то лучше, — сведённые брови на лице Дандан разъехались по положенным им местам. — А что у нас делают с красивыми женщинами?
— Кормят их на халяву пирожками?
— А ещё?
— Отвечают на их глупые вопросы?
— Кажется, я начинаю понимать, почему наставница Чень Сифэнь так не любит мужчин.
— Её просто никто не е…
— Мастер, смотрите! — мой ответ оказался заглушён чьим-то восхищённым выкриком.
Обернувшись на звук, я заприметил двух посетителей, только что зашедших в облюбованную нами закусочную. Причём один из этих посетителей — паренёк примерно нашего с Дандан возраста, бесцеремонно глазел прямо на нас. И ладно бы только глазел, он ещё и тыкал в нашу сторону пальцем, словно какой-то дикарь.
Но куда больше меня заинтересовал не сам паренёк, а его сопровождающий. Рядом с мальчишкой возвышался здоровенный двухметровый мужик: лысый, с седой бородой и загорелый чуть ли не до черноты.
Посетителя носили широкие штаны из грубой ткани вместе с короткими безрукавками, и оба были на удивления загорелы и крепки телом. А ещё у мужчины постарше полностью отсутствовала левая рука.
— Ду Вон, сколько раз я тебе говорил, веди себя прилично, — пробасил однорукий, утаскивая мальчишку в дальний конец забегаловки.
— Но мастер! Вы только посмотрите на этих двоих: он из отшельников Мудан отвергающих всё земное, она из секты Эмэй, презирающей мужчин! И несмотря на это, они вместе! Что за прекрасная история любви, прямо как в романах достопочтенного Да Вэя…!
— Заткнись, идиот, — следом за басом раздалась смачная оплеуха, и голос юноши по имени Ду Вон резко оборвался.
— Вот гадёныш! За кого он меня принимает⁈ — прошипела им вслед Дандан, а после вдруг ни с того ни сего накинулась на меня. — А ты тоже там себе ничего не придумывай. Я стою дороже какого-то там пиньиня…
— Миски пиньиней, — поправил я её.
— Да хоть всех пиньиней мира! — приосанилась девушка, выпятив несуществующую грудь.
— Ну это ты загнула, — окинул я скептическим взглядом её отсутствующие прелести. — Больше двух кульков я бы за тебя не дал.