Александр Гранд – ПОКА (страница 26)
— Направление можно назвать правильным. Можно даже убедить в этом миллионы. Вопрос в другом: что должно произойти в реальности, чтобы система получила право сказать — мы движемся туда?
В старой папке оставалась схема, которую они обсуждали много лет назад: Когда-то она казалась законченной. Технологии ускоряли то, что уже было выгодно. Но вопрос под ними оставался тем же. Как проверить, что движение не стало собственной иллюзией?
— Нужна координата, — сказал Макс.
Лазьев посмотрел на него внимательнее.
— Что вы называете координатой?
— То, относительно чего система определяет, движется она правильно или нет.
— Уже лучше.
На экране остались два вопроса.
— Если главным результатом считается военная устойчивость, система будет увеличивать военную устойчивость.
— Если сможет.
— А если главным результатом считается процветание человека?
Макс хотел ответить сразу. Не смог. Перед ним было слишком много старых документов, чтобы снова спрятаться за красивой формулировкой.
— Вот этого мы пока не знаем.
— Теперь правильно.
Макс почувствовал раздражение.
— Что правильно?
— «Не знаем».
— Отличное начало после стольких лет работы.
— Лучше, чем плохой конец после стольких лет уверенности.
Макс закрыл старые файлы. На экране остались только два вопроса.
— Но ведь что-то мы знаем.
— Конечно.
— Если человеку стало хуже, нельзя называть это успехом.
— Почему?
— Вы сейчас серьёзно?
— Абсолютно.
— Это утверждение. Не критерий.
— Представьте, что человеку стало хуже сегодня, чтобы через десять лет стало лучше, — сказал Лазьев. — Успех?
— Зависит.
— От чего?
— От цены. От вероятности результата. От того, кто принимает решение. От того, можно ли проверить обещание.
— Уже сложнее.
Макс почувствовал, как привычная ясность снова уходит.
— Вы можете разобрать любую формулу.
— Два вопроса её ломают, — сказал Лазьев. — Значит, государство на ней пока не строим.
Макс медленно кивнул. Он хотел записать мысль, но остановился.
— Конечно.
— Тогда что достаточно?
Лазьев посмотрел на него почти с сожалением.
— Вы опять торопитесь.
— Я пять лет не торопился.
— Нет. Пять лет вы изучали другое.
— Значит, всё сначала?
— Нет.
— А как?
Лазьев указал на закрытый компьютер.
— Теперь вы знаете, какие ответы опасны.
— Утешает.
— Не должно.
Макс встал, но не ушёл.
— Есть одна вещь, которую я всё ещё не понимаю.
— Какая?
— Если направление создаётся миллионами решений, как его вообще менять?
Лазьев ответил не сразу.
— Так же.
— Миллионами решений?
— Правилами, стимулами, институтами.
— И целью?
— Прежде всего критерием успеха.
— Но прежде чем менять всё это, вы должны ответить на более простой вопрос.
— Какой?
Лазьев повернул к нему ноутбук и коснулся пальцем первой строки. Потом второй:
— Что именно вы собираетесь измерять?