Александр Граков – Охота на крутых (страница 19)

– А у нас и отнимать уже не хрен, – съязвил Сашка. – Ничего ценного!

– А жизнь? Разве ее измеришь деньгами? – Из другого кармана кожанки парень достал «Детоникс» – укороченную модель кольта, и взвел курок.

– Но где мы вам возьмем машину? – завопил Федя.

– Я же сказал – угоните. Садитесь на поезд, отъезжаете пару‑тройку станций отсюда и осматриваетесь. На привокзальной площади есть много хороших легковушек, из них очень хороших штуки три‑четыре, ну, а выбрать наилучшую – ваша проблема. Ровно через три дня, включая этот, вы с машиной подъезжаете к старым дощатым складам за терриконом. В одиннадцать утра. Дальше мы скажем, что делать. Это, – парень кивнул на пачку долларов, которая была уже в руках, – задаток, после получите каждый по две таких же.

– Это после чего? – задал Сашка вопрос.

– Ты так спешишь умереть? – Малый в кожанке навел пистолет в его лоб. – Мы ведь можем обойтись и одним водителем.

– Пошутить нельзя? – Санька Козырь сдал позиции.

– Ну вот и договорились. – Пистолет вновь вернулся в кожанку. – Предупреждать о чем‑либо не будем – вы, надеюсь, не вчера с горшка слезли?

– Давненько! – попрощался с ними Змей.

– Ты знаешь, а я ведь хотел задать им еще один нескромный вопрос. – Козырь подбрасывал и ловил пачку долларов. – Что будет, если мы вдруг надумаем смыться с этими «зелененькими»?

– Считай, что они ответили сразу на два твоих вопроса, – успокоил его Федя. – Ты лучше ответь на мой: где будем брать «тачку»?

– Эх, Федя, нам ли с тобой горевать? – указал на доллары Козырь. – Поехали экспроприировать экспроприаторов – терять нам есть чего, как сказал тот мальчик в кожанке. Кстати, и похмелимся, и приоденемся.

– Кабак, на меньшее не согласен!

...Тем же вечером на станции Николаевка к двум парням, одетым в джинсы и куртки «мокрой» кожи, пытались подкатиться вокзальные проститутки:

– Мальчики, не желаете развлечься?

Федя рванулся было к ним, но Козырь придержал его за рукав.

– Та кожанка такая же была или похуже?

Змей поскучнел, шуганул проституток.

– Ты прав, с теми деньгами, что заимеем, мы половину незамужнего населения нашей Николаевки перетрахаем!

– И замужнего тоже! – мечтательно добавил Козырь и вдруг опять лапнул Федю за куртку. – Смотри, смотри!

Тот взглянул в указанном направлении. С подножки переднего вагона недавно прибывшего поезда скользнули и растворились в за‑вокзапьной темноте две фигуры с огромным кожаным чемоданом – мужская и женская. И тут же на площадь со стороны города высунулся из боковой улицы зеленоватый новенький «мерседес», и из него к вагонам побежали трое парней в ветровках.

– Встречают кого‑то? – высказал предположение Козырь.

– Ага! – согласился Змей, наблюдая, как парни, матерясь, обшаривают вагоны. – Тот, кого они встречают, не очень горит желанием целоваться с ними.

– Ты думаешь?.. – повел глазами Сашка в сторону первого вагона.

– Одно из двух, – развивал свою мысль Федя, – или в «мерсе» оперативники подъехали, а эти двое из первого вагона – аферисты‑гастролеры, или... – он осекся. Троица, возбужденно поговорив, направилась к ним.

– Эй, мужики, не видели случайно здесь хмыря в кожаном пиджаке и бабу, ну – всю из себя? – вопрос был обращен к Козырю. Тот замешкался было, но за него ответил Федя:

– Ребята, да из этого поезда почти никто не выходил. Из предпоследнего только дедок вышел и прошкандылял через площадь.

– А ты откуда знаешь, что я про поезд спрашивал? – подозрительно уставился на него задававший вопросы.

– А вы так лихо по вагонам пробежались – ну прямо настоящий ОМОН! – попытался шуткануть Федя. Подействовало.

– Во, прям в точку! – заржал парень. Остальные поддержали. – Угадал, земеля – ОМОН и есть! Но не тот, что ты думаешь! – Парень обернулся к своим. – Поняли? Раньше они вылезли! На две станции раньше! Так что придется мотать назад и перетряхивать Ясиноватую и Ребровку заодно.

– Витек, но это же двести кэмэ! – пытались возразить двое. – А горючки – хрен целых ноль десятых.

– Цыц! – гаркнул на них старший. – Вы что, предпочитаете, чтобы вашими яйцами закусил бультерьер шефа? А по мне пусть лучше он давится яйцами того – в пиджаке, иностранца! А эту паскуду крашеную – дочку его... – он прикусил язык, метнул взгляд на Федю и Сашку, – слушайте, мужики, вы местные?

– Естественно! – подтвердил Федя.

– Знаете что – есть выгодное дело! Если усечете вдруг среди толпы народа вот такую деваху, – в руке Феди оказалось цветное фото Олеси, взглянув на которое, тот протяжно свистнул в немом восхищении, –‑ постарайтесь проследить, где она остановилась. С ней еще один такой... венгр будет в кожаном пиджаке. Это аванс, – стодолларовой купюрой он предупредил Сашкин вопрос – на хрена им это надо?– За ее адрес положим еще четыре такие бумажки. Да, а где вас найти в случае чего?

Сашка открыл было рот, но Федя наступил своим полуботинком на его.

– Записывай телефон. Так, на всякий случай!

– Резонно! – С любопытством поглядывая на него, Витек записал номер на пачке «Мальборо». – Ну, бывайте!

– А что она натворила, деваха эта? – Сашка все же не удержался.

– От папочки удрала, любимого, – ухмыльнулся Витек. – А он у нее стро‑о‑гий! Но богатый! – заржал, уже направляясь к «мерсу». – А ну, орлы, поехали на заправочную!

– Ты знаешь, какой номер хоть им дал? – напустился Сашка на Змея, когда машина отъехала, увозя троицу «встречающих».

– Мне да не знать! – ухмыльнулся тот. – Номера телефона с визитки тех двоих, с красными книжечками которые приходили.

– А зачем?

– А затем, Шурик, что им незачем знать наш адрес. Потому что эту «тачку» мы у них уведем.

– Что?! – ужаснулся Козырь. – А ты видел, как у них подмышки оттопыриваются?

– Заметил, не волнуйся, – успокоил его Змей. – А у тех, что заказывали музыку, эти оттопырки свободно в карманах болтаются. И к тому же адрес наш им известен. Улавливаешь разницу? Ну, а раз понял – прыгай в электричку – как раз до Ясиноватой.

Через два с половиной часа они были на месте. Выйдя из вагона, Федя перебросил из руки в руку чемоданчик с инструментами, дернул на себя массивную дверь вокзала и... нос к носу столкнулся с Витьком из «мерседеса».

– Ба‑а‑а! – протянул тот, осклабившись. – А кое‑кто еще спорит, что земной шарик кругленький. Со свиданьицем, братишка!

– Наше вам! – поклонился Змей, отходя в сторону.

– Вы что, сявки, следить за нами вздумали? – зашипел на перроне Витек. Правая рука его проворно нырнула за пазуху. Козырь высунулся вперед. Он побледнел, но держался мужественно.

– Слушай, ты что, псих? Вы же видели, что мы ждали электричку. Намылились к куму в гости. Кум живет здесь, в городке. А с вами нам вообще делить нечего! Кстати, договор насчет девахи остается в силе, или аванс отдать?

Последний аргумент, видимо, переборол все сомнения. Витек вынул из бокового кармана «Мальборо», тряхнул пачкой.

– Угощайтесь, компаньоны! Может, подбросить к куму?

– Спасибочки, тут пешком три квартала, – Федя прикурил презентованную сигарету и потянул за собой Сашку, махнув на прощанье Витьку вспотевшей вдруг ладонью.

Они вышли через сквозной проход вокзала на автобусную стоянку и пошагали дальше, в темноту привокзального сквера.

– Эй, мужики, стойте! – Витек, выскочив из дверей, бежал за ними.

Они огляделись – «мерседес» стоял неподалеку от билетных касс, и двое «мальчиков» курили, прислонившись к облицовке.

– Если что – рвем когти! – пробормотал Сашка, приняв стойку марафонца перед забегом.

– Ну да, счас! – Федя сунул правую руку в карман кожанки.

– Послушайте, вы к куму надолго? – спросил, подбежав, Витек.

Змей вынул руку из кармана.

– На выходные, сегодня ж пятница!

– Может быть, заодно и о нашей девочке поспрашиваете, – нагло ухмыльнулся Витек.

– Богатый, говоришь, папа? – завелся Сашка. – Другой город, другие люди... – туманно начал он рассуждать, глядя в небо.

– Понял, – в его руке зашелестела сунутая туда бумажка.

– А с другой стороны, – взглянув в нее, повеселел Сашка, – кум – он все же родич какой‑никакой, а у него здесь полно знакомых и друзей. Что в наших силах – сделаем, – прижал он руки к груди.