Александр Горохов – Стольный град Ряжск (страница 49)

Невозобновляемые ресурсы… Сколько же у нас таких? Пожалуй, всё высокотехнологическое оборудование, очень многие материалы и химическое сырьё. Если железо, качественные стали и даже синтетическое топливо мы ещё можем производить, то те же самые легирующий присадки, алюминий, медь, каучук, пластики — увы и ах. Ближайшие залежи медных руд — на Каме, алюминиевых — либо в районе Новгорода Великого, либо в среднем течении Днепра, нефти — на Волге. К тому же, для её добычи придётся бурить глубокие скважины, что нам не по силам. Возить бочками Шемаханских владений? Даже не смешно, если учитывать, что Волжский торговый путь вот-вот перекроют монголы. А весь этот металлообрабатывающий инструмент, все эти свёрла, фрезы, резцы и метчики с плашками, абразивные материалы, без которых наши машиностроительные мощности, пусть и невеликие, встанут мёртвым грузов? Я уж не говорю о компьютерах, при помощи которых инженеры производят расчёты.

Запасались мы сырьём и расходниками, конечно, усердно. И сырьём тоже. Но часть запасов, включая боеприпасы, просто опасно хранить «в черте города». Потому и пришлось создавать «филиал Шелемишевской базы Госрезерва» прямо вокруг «дыры». И зарывать в землю цистерны с нефтью и нефтепродуктами, бетонные хранилища для стратегических взрывоопасных и огнеопасных материалов. А вокруг всего этого «городить» самый настоящий укрепрайон с казармами для гарнизона. «Град Вёрда», в который всем, кроме военных и очень немногих гражданских, вход будет запрещён. Первый в этом мире «закрытый город» — даже «Имперский город», прообраз будущего китайского «Запретного города», ещё даже не строится.

В общем, практически всё готово к началу «автономного плавания» в бурном «море» событий кровавого тринадцатого века. Очень надеюсь, что из-за нашего вмешательства он станет намного менее кровавым. Осталось лишь «высадить на берег провожающих», дождаться последних «пассажиров», «убрать трап» и «отдать швартовы». Даже «прощальный гудок» при отходе от пирса запланирован.

54

Нарский

По той вакханалии, что разыгралась в ходе кампании по выборам президента, не осталось ни малейших сомнений в том, что уходить в тринадцатый век придётся быстро и «с концами». Грязь на Алексея Васильевича Чичерина льют буквально все. Включая многих из тех, кто до недавних пор считался «его людьми в бизнесе». А западные страны даже не скрывают того, что финансируют «здоровые демократические силы, борющиеся с тиранией», на уровне официальных лиц не стесняются диктовать, кого именно из кандидатов хотели бы видеть на высшем государственном посту России.

Сам пока ещё действующий президент за время кампании не высказал ни единого слова, кого именно он поддерживает, несмотря на неоднократные вопросы журналистов. Как он выразился «не хочу оказывать давления на избирателей». За него «фаворитов тирана» домыслили все эти прозападные болтуны, злорадствующие по поводу того, что даже приход кого-нибудь из «фаворитов» не спасёт «диктатора» от «справедливого возмездия». По крайней мере, в Госдуме уже зарегистрированы законопроекты о лишении будущих отставных руководителей государства неприкосновенности «в случае причастности к доказанным судом преступлениям». Будут ли они приняты, ещё бабка надвое сказала, но «тонкий намёк на толстые обстоятельства» уже сделан.

Постоянно курсирующий между Нижним Новгородом, Москвой и «дырой» Максим Андреевич Деев подтвердил мою догадку.

— Подготовьте всё к тому, чтобы после закрытия избирательных участков можно было прекратить связь с тринадцатым веком буквально в любой момент. Все специалисты, кроме дежурной смены на установке, и их семьи к этому дню должны быть уже там, «за дырой».

Как учёному, мне, конечно, очень жаль прекращать исследование столь потрясающего явления, как связь между различными ветвями исторического потока. Но как гражданину… Я же не настолько наивен, чтобы не понимать, кто именно воспользуется плодами нашего труда и гениального открытия Владимира Лесникова. И для чего будет использована возможность вмешательства в историю, пусть и немного других миров. Учитывая продажность всех эти рвущихся к власти «демократических деятелей», кто угодно, кроме России.

К тому же, не молод я уже. Устал. Самое время — на время отключиться от практических занятий и продолжить теоретические исследования. Придёт пора, когда мои теоретические наработки, объясняющие «эффект Лесникова», пойдут на пользу моей стране. Более сильной, более могущественной, чем тот огрызок в которую она превратилась после краха социал-демократического строя.

В общем, ко дню голосования из сотрудников лаборатории (да и вообще связанных с Проектом «Саженец») по эту сторону «дыры» остались лишь несколько человек и охрана «базы внутри базы». Ну, и Максим Андреевич с парой помощников. Остальные все уже «там».

За два дня до этого в новостном выпуске показали сюжет о совещании с «силовиками», проведённом президентом. Алексей Васильевич выглядел болезненным, сидел в маске, прикрывающей нос и рот, регулярно покашливал. Диктор сообщил, что темой совещания было соблюдение законности во время голосования, после чего добавил, что по завершении совещания Чичерин отправился в загородную резиденцию, где проведёт ближайшие два-три дня в связи с простудным заболеванием. И даже на избирательном участке не появится, чтобы не заражать членов избирательной комиссии, а проголосует дистанционно.

Практически весь день мы с Деевым провели у телевизоров. Я в своём кабинете, он в своём. И если я отвлекался, в основном, для контроля за работой установки, выведенной в режим средней мощности, то он то «сидел на телефоне», то что-то писал в мессенджере. Пересекались за день всего пару раз, обмениваясь впечатлениями от новостных выпусков.

Новости вызывали эмоции. Резко отрицательные. Настолько резко, что, порой, с трудом удавалось удержаться от нецензурных выражений. По всей стране — массовые нарушения в ходе голосования, фиксируемые как оппозицией, так и «провластными» силами. Правоохранители сбиваются с ног, пресекая фальсификации. Запад уже назвал эти выборы «самыми грязными в истории» и объявил, что не признает ничьей победы, кроме победы оппозиционного кандидата. Хотя оппозиционеры «играют» ничуть не чище, чем «провластные».

Тревожнее всего было от мелькнувшего сообщения, что в районе той самой загородной президентской резиденции у дорог, ведущих от неё, замечены большие группы «неизвестных лиц» с явным намерением блокировать эти дороги. С какой целью блокировать? Не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы догадаться: заблокировать президента на его даче и, возможно, потом арестовать его.

Каким же было моё удивление, когда уже в темноте на въезде в охраняемую зону «хранилища Госрезерва» поднялась какая-то суета. А вскоре в мой кабинет вошли… Алексей Васильевич Чичерин и пара крепких мужчин, не единожды виденных мной по телевидению во время различных поездок президента.

— Евгений Эдуардович, у вас всё готово для прекращения работы установки? — поздоровавшись, спросил Чичерин.

— Конечно! Можно начинать обратный отсчёт?

— Не торопитесь, — улыбнулся он, взглянув на часы. — Пусть сначала перейдут люди, прибывшие со мной. А мы пока посидим в кабинете Максима Андреевича.

Он кивнул на маячащего за спиной Деева.

Помощники Деева уже паковали его компьютер и остатки каких-то личных вещей и документов.

— Как добрались? — спросил президента он, когда те закончили работу.

— Не без приключений, но, в целом, удачно. Сложнее всего было не привлекать внимания во время пересадки на вертолёт, с вертолёта в машины и при последующей смене автотранспорта. Ну, а когда на территорию Базы въехали, то вообще поняли, что всё закончилось благополучно. Включайте телевизор.

Ну, да. Голосование закончилось, и даже появились первые итоги. И после заявления главы Центризбиркома о том, что выборы состоялись, диктор объявил о экстренном заявлении, сделанном Чичериным.

Сюжет явно снимали заранее, поскольку в кадре он сидел за рабочим столом собственного кремлёвского кабинета.

«Ухожу в отставку… До вступления на пост вновь избранного президента передаю полномочия исполняющего обязанности премьер-министру… Благодарю людей, работавших со мной… Надеюсь на продолжение развития страны после моего ухода…»

— А вот теперь, Евгений Эдуардович, можно и начинать обратный отсчёт.

Последними в «дыру» шагнули мы втроём: я, Максим Андреевич Деев, и Алексей Васильевич Чичерин. Бывший президент России, а с этого момента — полновластный глава Великого Княжества Русского со столицей в городе Ряжске. За спиной осталось полностью обезлюдевшая «особо охраняемая территория внутри особо охраняемой территории». Все, кто находился на ней, уже по эту сторону «дыры».

Примерно через десять минут после нашего ухода чуть мерцающая поверхность межвременного перехода погасла. Навсегда. Потому что запущенная повёрнутым мной рубильником автоматика отключила подачу питания на установку. Ещё через несколько секунд сработают запалы термитных зарядов, которые дотла выжгут управляющие схемы установки и её важнейшие узлы. Так, чтобы даже по сохранившимся огаркам невозможно было восстановить ничего более или менее значимое.