Александр Горохов – Преодоление (страница 11)

Ай, да Лаврентий Павлович, ай, да товарищ Берия! Сукин сын! Нашёл-таки, способ проявить своё негативное отношение ко мне! И при этом сидит, ухмыляется, изучая мою реакцию. Ну, просто сама невинность: он же мне великое доверие оказал, назначив ответственным за выявление «окопавшихся врагов» в довольно высоких эшелонах власти. Целым 10-м отделом ГУКР «СМЕРШ», отделом специальных заданий, руководить поручил.

— Ознакомились? Подписывайте!

Не дрогнув ни единым мускулом на лице, ставлю подпись.

— Вопросы имеются?

— Только один, товарищ Генеральный комиссар Государственной безопасности, — встаю я и вытягиваюсь в струнку. — Когда приступать к выполнению обязанностей?

Похоже, нарком ждал несколько другого вопроса, и в его глазах мелькнуло даже что-то похожее на уважение к моей выдержке: надо же, я никак не отреагировал на понижение в звании. А какой смысл реагировать? Приказ об уравнивании званий сотрудников Госбезопасности с армейскими званиями не специально ради того, чтобы меня унизить, «изобрели». Насколько я помню, так и в «моей» истории было.

— С завтрашнего утра. Сегодня оформляйте необходимые документы, а завтра явитесь в распоряжение комиссара Госбезопасности Юхимовича Семёна Петровича, который доведёт до вас штаты вашего отдела, которые вы и начнёте заполнять. Срок на формирование отдела — десять дней, и ни днём больше.

12

Джон Смит, 30 ноября 1941 года

Пожалуй, это можно назвать началом катастрофы.

Нет, речь идёт не о Советском фронте и даже не об Индии, в которой дела у нас тоже развиваются… не очень-то удачно. Хотя шансы поменять ситуацию очень неплохие. Нужно только ускорить переброску австралийских и новозеландских частей, чтобы нарастить группировку войск, действующих против мятежников. И действовать ещё более жёстко: аресты родственников видных бунтовщиков, уничтожение деревень, поддерживающих бандитов, расстрелы заложников, концентрационные лагеря. Это — проверенная веками практика борьбы с мятежами в той же самой Индии и других наших колониях, применяя которую мы всегда добивались своей цели. Какой такой гуманизм? Разговоры о необходимости применения гуманных методов уместны, когда речь идёт о действиях наших противников, а не о ситуациях, в которых нам приходится защищать интересы Британской империи.

Нет, речь идёт о Юго-Восточной Азии, где «азиатский тигр», как называют Японию, вдруг взбесился и принялся кусать европейцев. Очень больно кусать.

Зная численность японских войск, задействованных в операции по захвату Голландской Ост-Индии, мы предполагали, что бои в джунглях затянутся надолго, и японцы, завязнув на острове Ява, не осмелятся распылять усилия, пока не захватят весь остров. Оказалось, мы ошибались, недооценив важность нефти для Японии.

26 ноября под прикрытием самолётов с авианосцев они высадили воздушный десант на острове Суматра. И не где-нибудь, а в районе нефтеперерабатывающих заводов города Палембанг, принадлежащих концерну Royal Dutch/Shell. То есть, нанесли удар по интересам Великобритании, как вы можете понять по тому, что в него входит британская нефтяная компания «Шелл». Точнее, даже два десанта. Один на аэродроме Пангкалан Бентенг, где базировались голландские самолёты, а вторую — в непосредственной близости от нефтеперерабатывающего завода.

Немногочисленная голландская авиация не смогла противостоять истребителям «Накадзима Ки-43 Хаябуса», а зенитное прикрытие аэродрома было подавлено двухмоторными бомбардировщиками «Мицубиси Ки-21». В результате около 180 человек из 2-го парашютно-десантного полка японской армии под командованием полковника Сэйити Кумэ без серьёзных потерь захватили аэродром. Все голландские самолёты, находившиеся на земле, были захвачены либо повреждены в ходе боя, и это практически предопределило успех дальнейших действий оккупантов.

Почти одновременно с действиями первого десанта почти такая же по численности группа парашютистов была выброшена в непосредственной близости от нефтеперерабатывающего завода. Действовала она решительно и даже нагло. Частная охрана завода вступила в бой, но была быстро смята, отступила, и её загнали в бомбоубежища. Ей не удалось ни взорвать установки по переработке нефти, ни поджечь хранилища с уже готовыми продуктами переработки, как это предусматривалось планами действий при угрозе захвата. Попытки отбить предприятие направленными для этого подразделениями голландских колониальных войск оказались неудачными, поскольку несколько часов спустя японцы выбросили близ завода ещё около 90 десантников.

На следующий день отряд голландских кораблей в составе трёх лёгких крейсеров «Де Рюйтер», «Ява», «Тромп» и семи эсминцев под командованием адмирала Карела Доормана попытался предотвратить высадку морского десанта на побережье острова Суматра, атаковав японские десантные силы. Эсминец «Ван Гент», выполняя боевое маневрирование, сел на мель в проливе Гаспар и позже был уничтожен. Получили повреждения и были вынуждены отступить многие другие корабли, не единожды атакованные самолётами с авианосца «Рюдзё», а также бомбардировщиками так называемой авиагруппы «Каноя», базирующейся в настоящее время в Батавии. Неудача голландцев позволила десантным кораблям японского флота войти в устья рек, текущих в окрестностях Палембанга, и в течение двух дней завершить захват города, нефтепромыслов в его окрестностях и нефтеперерабатывающих мощностей.

Но дело даже не в неудаче европейской державы, хоть и не являющейся нашей союзницей, но довольно дружественной Великобритании. Дело в том, что своими действиями японцы затронули наши интересы: компания «Шелл» понесла и ещё понесёт огромный ущерб, лишившись крупного актива. А ущерб «Шелл», если перефразировать известный афоризм о том, что выгодно Америке, это ущерб всему Соединённому Королевству.

Возможно, дипломатическими способами ещё удастся ликвидировать конфликт британо-японских интересов, хотя горячие головы уже кричат о том, что Империя должна «примерно наказать обнаглевших обезьян» военными методами. Надеюсь, правительство проявит благоразумие и не пойдёт на поводу у этих горлопанов: не хватало нам ещё и войны с японцами в дополнение к Ирландии, Индии и неудачам в Крыму.

Насколько мне известно, французский Генеральный Штаб, направляя флот к берегам Голландской Ост-Индии, рассчитывал, что ему будут противодействовать лишь силы японского Флота Южного района и части 4-го флота (Соединения внешних морей), состоящих, преимущественно, из лёгких крейсеров, миноносцев, канонерских и подводных лодок. Именно корабли этих соединений были задействованы в операции по вторжению в голландские колониальные владения. Для современных европейских кораблей такой передовой державы, как Франция, это действительно не противники.

К сожалению, наши союзники слишком много внимания уделили газетной шумихе, освещая помощь голландцам в отражении агрессии. В результате, даже без приложения особых усилий, японская разведка была отлично осведомлена и о перечне французских кораблей, идущих через Индийский океан, и об их сильных и слабых сторонах, и о графике движения флота. Поэтому в Зондском проливе, неподалёку от печально известного вулкана Кракатау, французов ждали вовсе не те силы, которые они собирались легко разогнать. Шесть авианосцев, пять линкоров, два линейных крейсера, семь тяжёлых крейсеров, три лёгких крейсера, двенадцать эсминцев. Не считая множества кораблей поддержки и подводных лодок.

Во второй половине дня 28 ноября охранение из эсминцев на подходах к острову Энгано обнаружило и обстреляло из зенитных орудий японскую летающую лодку. Поскольку огонь из зенитных автоматов вёлся на предельной дистанции, самолёт повреждений не получил и благополучно ушёл в сторону Суматры. Флот продолжал двигаться прежним курсом, намереваясь к середине следующего дня войти в Зондский пролив и к вечеру оказаться уже в Яванском море.

Каково же было удивление французских моряков, когда их «неожиданное» появление в водах южнее острова Суматра ознаменовалось атакой быстроходных торпедных катеров под японским флагами. А вслед за этим в небе над идущими полным ходом линкорами и крейсерами завертелась карусель из пикирующих бомбардировщиков «Вэл», торпедоносцев «Накадзима B5N» и истребителей «Зеро». Им пытались противодействовать палубные «Моран-Сольнье», которыми практически перед самым походом перевооружили единственный французский авианосец «Беарн», но численное превосходство и более высокая скорость японских палубных истребителей «Зеро» сыграли решающую роль: авиаотряд «Беарна» был практически полностью истреблён. Это позволило японским лётчикам почти безнаказанно атаковать и этот авианосец, и гидроавианосец «Командант Тест», и другие крупные корабли. А вскоре в сражение вступили японские линкоры и крейсеры…

Итог морского боя стал разгромным для наших союзников. После нескольких попаданий авиабомб «Беарн» полностью выгорел и затонул. Торпедированный гидроавианосец перевернулся и ушёл под воду в течение получаса. Полузатопленный и горящий линкор «Дюнкерк» сумел дотянуть до побережья Суматры и выброситься на отмель, линкоры «Бретань» и «Ришелье» пошли ко дну. Как и оба тяжёлых крейсера, «Дюкен» и «Алжир». Та же участь постигла лёгкие крейсера «Жанна д’Арк», «Ламот-Пике», «Глоре» и «Монкальм». Спастись бегством удалось лишь четырём эсминцам. О потерях японского флота пока ничего не известно.