Александр Горбунов – Лобановский (страница 51)
В интервью журналисту газеты «Спорт-экспресс» Станиславу Пахомову 3 августа 1996 года (14 лет прошло после Испании!) Бесков сказал, что руководители его «обманули»: «Была договорённость, что эти тренеры в Испанию не поедут. Но с моим мнением не посчитались». Но никаких условий Бесков не ставил, «да и нелогично это было бы, — говорит Вячеслав Колосков, — выиграть отбор с одним тренерским штабом, а в Испанию ехать с другим».
Более того, в том же интервью Бесков заявил, что если бы Лобановский и Ахалкаци на чемпионат мира не поехали, то сборная могла выступить лучше. У него на этот счёт сомнений не было: «Причина той неудачи — в возникших группировках. Киевляне шли советоваться к Лобановскому, тбилисцы — к Ахалкаци, находили у них понимание. Вполне нормальной была практика, когда со своими футболистами они обсуждали мои ошибки. Команда разделилась, не было единой идеи». В своей же книге «Моя жизнь в футболе» он объяснял произошедшее в Испании несколько иначе:
«Отношения в команде в тот момент были нормальные, благожелательные. Если кто-то и шёл к “своим” тренерам, к Лобановскому или Ахалкаци, то приватно, и я не думаю, что их разговоры как-то отразились на игре сборной. Не могу сказать, что глава нашей спортивной делегации В. Л. Сыч пробовал руководить командой, вмешивался в установки».
Лобановский, когда мы с ним обсуждали эту часть интервью Константина Ивановича, сказал мне, что оно лишний раз напомнило ему о его ошибке: «Ни в коем случае не следовало соглашаться на уговоры, брать на себя непонятные функции и — тем более — ехать в Испанию в роли неизвестно кого. И потом ещё получать за это».
Что же до группировок в сборной, то они существовали во все времена. Кто бы ни был тренером команды, грузины всегда говорили друг с другом по-грузински, украинские футболисты тянулись друг к другу, как и спартаковцы. Но на игре это никогда не сказывалось.
Журналист Аркадий Галинский выдвинул, как всегда, свою версию того, для чего Лобановский и Ахалкаци согласились работать в штабе Бескова. «Обязанности старших тренеров, — написал он в статье «Дворцовые тайны футбола», опубликованной 10 октября 1992 года в «Независимой газете», — были несложными: они привозили в сборную своих игроков и затем увозили их обратно. В преддверии чемпионата мира 1982 года сборная провела около трёх десятков товарищеских и отборочных встреч, из которых проиграла всего две и вничью свела пять. А так как и ничейный результат отмечался премией, денежное вознаграждение Лобановского и Ахалкаци за их конвойные функции было, право же, неплохим».
Определяя Лобановского и Ахалкаци в администраторы, которым вменялось в обязанность контролировать процесс своевременной доставки футболистов сначала в сборную, а затем в свои клубы, Галинский представляет дело таким образом, будто оба специалиста пошли в «конвоиры» ради денег. Как же: около трёх десятков товарищеских и отборочных встреч, не только победы в которых, но даже ничьи — оплачивались!
Но и это — откровенная подтасовка фактов. Выдвинутая Гали неким версия стяжательства не проходит — не сходятся концы с концами. Команда СССР под управлением Бескова с момента его назначения на должность старшего тренера в сентябре 1979 года до чемпионата мира 1982 года действительно провела около 30 матчей на уровне сборных (в том числе на Олимпиаде-80 в Москве). Точнее — 29 (20 побед, 6 ничьих, 3 поражения). Но фокус в том, что с предложением о привлечении Лобановского и Ахалкаци Бесков обратился в сентябре 1981 года. На тот момент бесковская команда сыграла уже 20 матчей. Лобановский и Ахалкаци активно стали помогать Бескову — работать с ним вместе «в поле»! — с отборочного матча СССР — Турция, состоявшегося в Москве 23 сентября 1981 года. До конца года советская команда, руководимая «триумвиратом», провела ещё четыре официальных встречи, включая ничего для неё в турнире не решавшую «левую» с чехословаками в Братиславе, и благополучно попала на чемпионат мира.
В 1982 году до отъезда в Испанию сборная СССР сыграла четыре товарищеских матча: в Греции, Аргентине, в Москве с ГДР и в Стокгольме со шведами. На игре (и перед игрой) с ГДР Лобановского и Ахалкаци в команде не было. Не летали они и в Швецию. Итог: до начала чемпионата мира Лобановский и Ахалкаци работали в сборной с Константином Ивановичем всего на семи матчах — пяти отборочных и двух товарищеских.
Лобановский и Ахалкаци не лезли к Бескову с советами по составу. Они принимали кадровые решения Бескова с первого дня пребывания в роли непонятно кого: перед остававшимися осенью 1981 года отборочными матчами; перед двумя почти двухнедельными (каждый) сборами в Испании, проходившими в январе и феврале; перед контрольными гостевыми встречами с Грецией, Аргентиной и Швецией; перед домашней игрой с ГДР. Своё мнение высказывали только в том случае, если Бесков интересовался им. А интересовался Константин Иванович соображениями Лобановского и Ахалкаци по составу — с того момента, когда, по его инициативе, они фактически стали его помощниками, и до чемпионата мира — крайне редко. Чаще, как ни покажется это странным на фоне разговоров о том, что Константин Иванович не желал видеть Лобановского и Ахалкаци в Испании, он стал это делать в дни чемпионата мира. Но и там последнее слово оставалось, разумеется, за ним.
И не стоит, полагаю, приписывать Лобановскому ошибки, допущенные на чемпионате мира-82. Ему и своих хватает.
ЛОБАНОВСКИЙ И БЕСКОВ
«Как о специалисте, — говорила в интервью газете «Спорт-экспресс» вдова Константина Ивановича Валерия Николаевна, — Бесков всегда отзывался о Валерии Лобановском с уважением. При этом открыто критиковал Валерия Васильевича за пристрастие к договорным матчам. Очки оттуда, очки отсюда — и на пьедестал. В этом всегда была разница между ними».
То есть, если следовать логике Валерии Николаевны и её знаменитого супруга, в тех случаях, когда киевское «Динамо» опережало в чемпионате «Спартак», происходило это за счёт появления у команды неизвестно откуда очков. Сам же Бесков, пожалуй, лишь однажды заявил, что «все украинские команды преподносили киевлянам очки на блюдечке»: «Я уверенно могу сказать о том, что украинские команды на своём поле регулярно играли с динамовцами вничью, а в ответной встрече в Киеве, как правило, отдавали им два очка».
Валерия Николаевна — из разряда футбольных жён, стремившихся вникать во все профессиональные дела мужа. Если, к примеру, Галина Дмитриевна Морозова даже на футбол не ходила, а Аделаида Панкратьевна Лобановская ни разу не сказала ни одного слова для СМИ, то Валерия Николаевна и по составу команд, которые тренировал её муж, высказывалась, и по качеству игры футболистов могла сказать своё веское слово, и по другим командам «пройтись»...
И не она одна затрагивала эту тему. «Из-за допинга, как и за “договорняки”, — говорит Александр Бубнов, — Бесков Лобановского недолюбливал. Не могу сказать, что недооценивал. Конечно, он признавал, что Лобановский выдающийся тренер. И Бесков не уставал повторять, что основной для нас тест в чемпионате СССР — это игра с киевским “Динамо”. Причём в Киеве. Бесков говорил: “Как вы в Киеве сыграете, такая вам и оценка”. За семь лет, что я выступал за “Спартак”, мы в Киеве только один раз проиграли. Прикладывали киевлян так, как никто и никогда не прикладывал».
С «прикладыванием» сверхэмоциональный Бубнов, надо сказать, погорячился. В те годы, когда Бубнов и Бесков были в «Спартаке» вместе, с командой киевского «Динамо», которую тренировал Лобановский (83-й не в счёт: Лобановский уезжал в Москву в сборную), то есть с 1984-го по 1988-й (пять лет в общей сложности), спартаковцы играли десять раз. В Киеве они выиграли трижды. В 84-м, когда Лобановский, вернувшись из Москвы, приступил к строительству совершенно новой команды (заняли тогда динамовцы 10-е место), в 87-м и 88-м. Проиграли они в Киеве в эти годы дважды (а не один раз, как утверждает Бубнов): в 85-м и 86-м. И в Москве «Спартак» дважды проигрывал киевлянам.
Но это всё — локальные матчи. Что же до глобальных результатов, то за эти пять лет киевские динамовцы дважды выигрывали чемпионат СССР (против одной победы «Спартака») и завоевали европейский Кубок кубков. У «Спартака» в эти годы в еврокубках даже намёка на возможный успех не было.
Всего же за десять лет противостояния двух команд, когда их возглавляли Лобановский и Бесков, «Динамо» в семи случаях занимало место выше «Спартака», четыре раза при этом выигрывая титул.
Значимость противостояния «Спартак» — «Динамо» (Киев) явно преувеличена. Да и само противостояние — надуманное. В 50—60-е годы и в первой половине 70-х на матчи спартаковцев и киевских динамовцев серьёзного внимания не обращали. Они не были командами-антагонистами, им нечего было делить. Раздрай в отношениях, да и то в основном подогреваемый прессой и болельщиками (Олег Романцев называет его «искусственно нагнетавшимся»), начался после того, как Киев 12 ноября 1976 года «помог» «Спартаку» покинуть высшую лигу.
До 1961 года — когда киевская команда покончила с гегемонией московских клубов, выиграв чемпионский титул, — «Спартак» побеждал в чемпионатах СССР семь раз, а после 61-го — только пять. Киевское же «Динамо» с 61-го до 91-го, когда состоялся последний чемпионат Советского Союза, — тринадцать (при Лобановском — восемь): больше, чем московские спартаковцы, динамовцы и армейцы, вместе взятые (у них девять титулов за этот отрезок времени на всех), что позволяет говорить о безоговорочном превосходстве киевского «Динамо» в советском футболе в это время.