Александр Горбов – Таблетка от понедельника (страница 38)
– Ой! – борец со злом перешел на шёпот. – А ты кто?
– Я? Командор Ордена Хранителей мира от Спящего Зла.
– Ух ты! А можно к вам в орден вступить?
– Ну… У нас достаточно большой вступительный взнос…
– Может, можно в рассрочку?
Через год вокруг Чёрного замка стоял большой лагерь нового рыцарского ордена. В его уставе первым пунктом было записано разговаривать шёпотом. Вторым – носить мягкие тапочки. Третьим – уничтожать дрели и перфораторы. Что, впрочем, не мешало рыцарям проводить «молчаливые» турниры, «тихие» пиры, а после них – бесшумные мордобои.
И никого из рыцарей не волновало, что Зло давно выспалось и незаметно сбежало. Не распускать же из-за сущего пустяка целый Орден.
Галлюцинация
– Понимаешь, Карлсон…
Тут Малыш тяжело вздохнул, совсем как Папа.
– Понимаешь, тебя на самом деле не существует.
Карлсон обиженно выпятил губу.
– То есть как это? Вот он я, подойди, потрогай, убедись.
– Не злись, – сказал Малыш и покачал головой как Мама, – я только вчера узнал. Меня отвели к психиатру, и он рассказал, что на самом деле ты моя галлюцинация. У меня какое-то там расстройство, и я придумал себе выдуманного друга. И плюшки я воровал сам, и на крышу лазил в одиночестве. И Фрекен Бок не домомучительница, а медсестра, приставленная следить, чтобы я не навредил себе.
– Галлюцинация? – Карлсон на мгновение задумался. – Надеюсь, самая лучшая в мире?
– Самая обычная, – Малыш развёл руками, – извини. Только не расстраивайся, ладно?
– Расстраиваться должен ты, – Карлсон ткнул Малыша в живот толстым пальцем, – мне-то что? Это тебя заперли в комнате и водят к психуаторам. А я полечу на кухню есть плюшки.
– Не делай этого! Нельзя брать плюшки Фрекен Бок.
– Так ведь меня нет, я же галлюцинация. Что хочу, то и делаю. Привет!
Ткнув кнопку на животе, Карлсон поднялся к потолку, сделал круг около люстры и вылетел в окно.
– Я всё сделал правильно. Он ушёл и больше не вернётся.
Малыш снова вздохнул, теперь уже как Дядя Юлиус. Пусть врач и был прав, но с Карлсоном было веселее…
За дверью послышались приглушенные крики Фрекен Бок, звон посуды и топот. Малыш хотел пойти узнать, что там случилось, но дверь была заперта. Пришлось гадать, что там такого происходит и почему «опытная медсестра, у которой больные мальчики быстро становятся шёлковыми», так тоненько визжит.
Ответ пришёл к нему сам. Дверь распахнулась, и Фрекен Бок влетела в комнату.
– Срочно! Дай мне таблетки, которые прописал тебе врач.
– Зачем?
Следом за ней в комнату влетел Карлсон с плюшкой в одной руке и кружкой какао в другой.
– Как это зачем? У неё такие же «галлюцинации». Кажется, ты заразный, Малыш. Уникальный случай в мировой психиатрии. Как думаешь, стоит слетать ещё к твоему психуатору или он потратил весь запас таблеток на тебя?
Фрекен Бок посмотрела на Малыша тяжёлым взглядом и взвизгнула:
– Симулянт! Почему ты не сказал, что этот толстый мальчишка с квадрокоптером на спине настоящий?!
– Я говорил…
– С пропеллером! – Карлсон от возмущения чуть не опрокинул кружку с какао на Фрекен Бок. – У меня пропеллер, глупая!
– Тихо!
Малыш неожиданно гаркнул и строго посмотрел на обоих.
– Сейчас мы идём на кухню, едим плюшки, болтаем на отвлечённые темы и ждём моих родителей. Или наш дом и правда превратится в сумасшедший.
Вечером Папа и Мама долго сидели в гостиной, отпаивая друг друга валерьянкой и вздрагивая при каждом шорохе. Им в каждом углу мерещился толстяк с пропеллером, оказавшийся вполне материальным и очень прожорливым.
– Это я виноват, – качал головой Папа, – я был слишком строг к Малышу и не разрешал завести собаку. Вот он и нашёл себе… Летающего друга.
– Собаку я куплю ему завтра же. Но знаешь, – Мама похлопала Папу по руке, – мы должны воспользоваться ситуацией. Нам нужно срочно завести канал на «Ютубе» и выкладывать туда ролики с Карлсоном.
Папа скептически хмыкнул.
– А если он не согласится?
– Мы назовём канал «О самом лучшем мужчине в самом расцвете сил» и будем выдавать ему пять эре за каждый ролик.
Карлсон, прятавшийся под диваном и размышлявший над очередным курощением, тихонько хихикнул. Нашли дурака! Оплату он будет брать плюшками, тефтельками и процентами от монетизации канала, причем исключительно в евро. Ведь заправлять моторчик пропеллера приходится бензином, а не вареньем, как думает Малыш. А он, сами знаете, постоянно дорожает даже для «галлюцинаций».
Злолушка
– Ну что, розы посадили? Обед приготовили? Платье мне сшили?
Злолушка сурово посмотрела на сводных сестёр.
– Всё сделали, – девушки потупились, – только розам нужно время, чтобы прижиться
– Ох, смотрите мне, – Злолушка погрозила кулаком. – Ладно, показывайте, что с платьем. Мне сегодня ехать с принцем знакомиться.
В комнату заглянула Мачеха и натянуто улыбнулась.
– Милая доченька, я отчистила все котлы. Будешь смотреть?
– Потом, – отмахнулась Злолушка, – я платье примеряю. С бала приеду и проконтролирую.
Оставшись довольной нарядом, Злолушка ущипнула сестёр за щёки.
– Молодцы! А я вам развлечение придумала, чтобы нескучно было ждать меня с бала.
Злолушка одной рукой вывернула мешок с пшеном на пол, а сверху на него – мешок с гречкой.
– Перебрать и рассортировать.
– А нам нельзя, – пискнула младшая сводная сестра, – тоже на бал?
Нахмурившись, Злолушка погрозила ей пальцем.
– Хочешь мне веселье испортить? Работать, сёстры, солнце ещё высоко! Всё, я поехала, а то без меня всё выпьют.
Оставшись в одиночестве, сёстры немного поплакали и сели перебирать рассыпанные крупы. Скоро, закончив домывать полы в доме, к ним присоединилась Мачеха. Работали молча – до возвращения Злолушки с бала времени было совсем немного.
– Весело тут у вас…
В кухню вплыла Крёстная Фея, в мятом платье и с фингалом под глазом. Мачеха всхлипнула и спросила:
– Может, ты приструнишь свою крестницу, а? Ведь спасу никакого нет!
Фея развела руками:
– Уже пробовала. Она мне палочку сломала и тыкву об меня разбила. Больше я к ней даже подходить не буду.
– Синяк тоже она тебе?
Крёстная потрогала глаз и отрицательно качнула головой.