Александр Горбов – Человек государев (страница 7)
Есть под взглядами двух убийц не хотелось, да и аппетит пропал совершенно. Но всё же я сделал вид, что ничего не замечаю, и не спеша закончил ужин. Заказал ещё чаю и также, медленно, выпил несколько чашек. Не то чтобы я оттягивал развязку, но и торопиться встретиться с убийцами лицом к лицу мне не хотелось.
— «Пора, — скомандовал Захребетник. — Людей почти нет, никто не помешает».
Он перехватил управление и первым делом зевнул, прикрыв рот ладонью. Сонно потёр глаза, встал и пошёл в сторону моего вагона. Краем глаза я заметил, как «близнецы» довольно переглянулись, лысый поднялся и неторопливо двинулся за мной.
«Только один? — разочарованно протянул Захребетник. — Придётся второго потом искать».
Нарочито медленно он перешёл в соседний вагон, а затем резко отскочил в сторону. Дверь Захребетник даже не подумал закрывать, и тамбур наполнился грохотом колёс и лязганьем сцепки.
Не прошло и десяти секунд, как в дверях появился лысый с револьвером в руке. И в тот же момент Захребетник ускорился, и его движения стали смазанными. Он выскочил из засады и резко толкнул дверь, ударив ей по лицу убийцы. Нос лысого превратился в раздавленную сливу, но это было лишь начало. Схватив руку с револьвером, Захребетник дёрнул её на себя. А затем второй раз пнул дверь, так что она долбанула по руке.
Раздался хруст, и лысый раскрыл рот в немом крике. Захребетник снова распахнул дверь и кулаками выбил быструю дробь по его животу. Убийца выпучил глаза и хватал ртом воздух, не в силах сделать вдох. А Захребетник, не останавливаясь, отвесил ему оплеуху с такой силой, что голова лысого дёрнулась и со стуком ударилась о стену вагона. Убийца закатил глаза и начал оседать безвольным мешком картошки.
— Следующая остановка — станция Семь, платформа Флегетон, — бросил Захребетник.
И вытолкнул лысого между вагонами на рельсы. Не закрывая дверь, он отступил в сторону, снова становясь в засаду и поджидая второго «близнеца».
Но минуты текли, грохотали колёса поезда, а второй убийца так и не появлялся.
«Пойдём в купе, — наконец решил Захребетник — Сам придёт, никуда не денется».
Вот только возвращать мне тело он и не подумал. Вернулся в купе и соорудил из одеяла куклу, будто я лёг спать. Укрыл её простынкой, погасил свет и устроился с ногами на диванчике слева от выхода.
Захребетник, и я вместе с ним, в темноте видел как-то странно. Мир вокруг окрасился оттенками зелёного, от самого тёмного до салатового. Только погашенный светильник на столе теплился мягким жёлтым пятном.
Послышались шаги в коридоре, и мимо купе прошёл человек. К моему удивлению, мы его прекрасно увидели через дверь как яркую красно-жёлтую фигуру.
— Это что, магическое зрение?
«Магия выглядит по-другому, потом покажу. А это пировизия».
Спросить, что это за зверь такой, я не успел. В вагоне появились две новые фигуры, крадущиеся бесшумно. У одной в руке я заметил смутный зелёный силуэт револьвера. А другая держала ладони на уровне груди, будто сжимая невидимый шар, — такую стойку использовал брат, когда готовил боевое заклятие.
«Очень хорошо! — обрадовался Захребетник. — А то я уже устал ждать».
Он встал прямо на диванчике и прижался к стенке возле двери.
— Ты видел? Их сразу двое.
«Отлично! Не придётся искать последнего по всему поезду».
— Он маг.
«А мне без разницы, — ухмыльнулся Захребетник. — Он такой же смертный, как и другие».
Дверь бесшумно открылась. И первым внутрь проскользнул убийца с револьвером. Застыл на секунду, осматриваясь, а затем трижды глухо рявкнули выстрелы. Простыня на кукле из одеяла украсилась тремя тёмными дырками. А затем в игру вступил Захребетник.
Моя рука метнулась вперёд, и вытянутые пальцы ударили в затылок убийцы. Под ними что-то хрустнуло, и уже мёртвое тело рухнуло на пол. А Захребетник спрыгнул в проход и уставился на мага. Тот отступил на шаг, и между его ладонями вспыхнул огненный шар.
— А, а, а! — Захребетник погрозил ему пальцем. — Тебя не учили технике безопасности, мажонок? От подобного заклятия внутри вагона ты сам сгоришь, как спичка. Скажи мне, кто тебя послал, и я позволю тебе выкинуть огонь в окно.
Маг ощерился.
— Глупый мальчишка! Я маг огня и не…
Договорить он не смог. В руке Захребетника появился меч из языков пламени, и он ткнул им прямо в пылающий шар. Будто горящий керосин, огонь плеснул во все стороны.
— А-а-а-а-а!
Маг заорал, облитый пламенем с головы до ног. Но вместе с ним начало гореть и всё вокруг. Коридор за пару секунд наполнился гудящим огнём и удушливым дымом. Но хуже всего оказалось, что на меня тоже «плеснуло», и по моей одежде бегут красные языки пламени.
— Седьмое пекло!
Захребетник резко захлопнул дверь и заметался по купе. Только не бесцельно, а словно действуя по заранее составленному плану. Хлопками он затушил огонь на одежде, а затем кинулся к трупу убийцы на полу. Даже не ударил, а просто мазнул ладонью ему по лицу, но оно превратилось в кашу из осколков костей и разорванной плоти. А затем уложил его на диванчик и укутал в одеяло.
Вытащив саквояж из-под стола, он схватил его ручку зубами. Я даже возмутиться не успел, а он уже распахнул окно и полез наружу.
— Куда⁈ Разобьёмся!
Но Захребетник не планировал прыгать с поезда. Вместо этого он полез на крышу, только не как обычный человек. Если бы не видел своими глазами, то никогда бы не поверил — его, то есть мои, ладони прилипали к синей стенке вагона, как у ящерицы. И он спокойно полз вверх, крепко держа саквояж в зубах.
Через несколько секунд Захребетник уже был на крыше. Переложил саквояж в руку и, словно на прогулке, пошёл в сторону хвоста поезда. Он даже насвистывал что-то весёлое, изредка оборачивался, смотрел на всполохи огня в горящем вагоне и посмеивался.
— И чему ты радуешься? — Меня страшно разозлило его поведение. — Ты ведь специально устроил пожар, да?
«Я ничего просто так не делаю, — усмехнулся Захребетник. — Если уж тебя обнаружили, то надо было запутать того, кто послал этих дураков. Пусть теперь ломает голову, сгорел там ты или это его человек. Думаю, неделю мы точно выиграли».
— А ничего, что я сам чуть не сгорел?
«Ерунда! Чуть-чуть костюмчик попортили, ничего страшного. Купим новый, как до Орла доберёмся».
Он поставил саквояж и стал демонстрировать, что испортился только сюртук.
«Упс!»
Из прожжённого кармана Захребетник вытащил несколько обгорелых бумажек. Вернее, ассигнаций, выданных мне дядей.
— Замечательно! Ничего страшного, говоришь? Новый купим⁈ А на какие шиши мы в Тулу билет брать будем?
«М-да, нехорошо получилось. Вроде в саквояже ещё деньги были».
— Там совсем мелочь,
Несколько секунд помолчав, он радостно заявил:
«Да и ладно! Всё к лучшему. Одежду возьмёшь попроще, билет — самый дешёвый. Среди простолюдинов ты будешь привлекать меньше внимания».
Пока мы с ним спорили, пожар в вагоне потушили, а поезд уже подъезжал к какому-то городу.
«А вот и Орёл».
Захребетник подхватил наш багаж, подошёл к краю крыши и шагнул в пустоту. Мягко приземлившись на землю, он посмотрел вслед уходящему поезду и спокойненько направился в сторону города, насвистывая и беззаботно размахивая саквояжем.
Глава 4
Карты, полтины, саквояж
У меня на руках оставалась пиковая дама, валет червей и две шестёрки, козырная и бубновая.
— Ходи, Гриша, не тяни.
Мой противник поморщился, раздумывая, какую карту кинуть. Вагон в очередной раз качнуло, и на соседнем ряду лавок на руках у крестьянки заорал младенец. А в дальнем конце вагона пьяненький мастеровой затянул жалостную песню. Я вздохнул, стараясь не скривиться. Третий класс, что ещё здесь можно ожидать? Но выбора особого не было — денег хватило только на него. Да и Захребетник был прав: наследника бояр Скуратовых в таком неподобающем месте искать точно не будут.
— Гришка, ходи, не мямли!
Рыжий Григорий наконец решился и выложил на чемодан, выполнявший роль игрального стола, восьмёрку червей.
— Бью, — я бросил сверху валета.
— А вот так?
Гришка ухмыльнулся и шлёпнул по чемодану пиковым валетом.
— А этого сударя мы немножечко женим, — усмехнувшись, я накрыл его валета пиковой дамой.
Студенты, к компании которых я прибился в дороге, разразились хохотом. Среди них я не выделялся ни одеждой, ни возрастом, и легко сошёл за своего.
— Бито, — Гришка сгрёб карты и отодвинул в сторону.
— Михаил, ваш ход, — студент, сидевший рядом со мной, легонько ткнул меня в бок локтем. — Покажите Григорию, как надо выигрывать.