Александр Гончаров – Абсолют. Время решений (страница 41)
Когда Фел закончил, над пляжем повисла тишина. Казалось, что море остановило свой бег, вслушиваясь в игру. Но вот одна волна нарушила тишину, вторая, а потом все наполнилось благодарными выкриками суанносов с просьбами продолжить играть.
-Наш друг сейчас отдохнет, потом мы приготовим ему ужин, а затем будет новая музыка! – властно сказала Аэллия. – Ты не против такого распорядка? – извиняющимся тоном спросила она у Фела. Когда тот согласно кивнул, она продолжила. – Да будет так! Сейчас удаляемся. Не забывайте, что у вас много повседневных обязанностей! Отдыхайте, друзья мои, - опять повернулась она к супругам. – О безопасности и еде не беспокойтесь. Мы позаботимся о них.
И суанносы мигом растворились в морской пучине. Только несколько мощных парней продолжили медленно скользить на волнах, внимательно всматриваясь как в сторону выхода из бухты, так и в сторону суши. Фел и Диана прошли в дом и там быстро уснули, так как первые лучи солнца уже начали прорезать горизонт, а позади остался длинный день самых разных по насыщенности встреч.
Разбудил Фела шум, который раздавался со стороны причала. Парень тихо оделся, чтобы не будить Диану и вышел из дома. На причале сидели два молодых суанноса и о чем-то спорили. Судя по размеру тела и развитости мускулатуры, это были парни из «его» помета. Стараясь идти тихо, чтобы не спугнуть ребят, Фел подкрался поближе и стал слушать.
- Крабы и лангусты лучше всего помогают насытиться и дают силы, - говорил один. – Кроме того, икры самка дает больше, если часто питается именно крабами.
- Во-первых, она не суаннос и икру не мечет, - отвечал второй. – Во-вторых, красное мясо рыб дольше позволяет быть выносливым и не дольше не хотеть есть.
- Да пусть едят, сколько хотят, - отвечал первый. – Дадим твой и мой улов. Мать Аэллия почему-то нам дозволила принести улов для Феллана и Дианы. Пусть они сами решают, что им по нраву.
- Мы заберем все, - сказал Фел, выходя из-за камня. – И рыбу, и крабов. Спасибо за подарок. Аэллия говорила, когда меня ждут?
- Меня зовут Феллотриан, - сказал первый паренек, ударив кулаком в грудь. – Мать Аэллия велела передать, если вы не возражаете, танцы можно начать после того, как тени скал накроют наши обители.
- То есть после обеда, - сделал вывод Фел. – Ну, и великолепно. Мы пока поедим, покупаемся, походим по берегу. Тогда будем ждать гонцов.
- Приплыву я или брат Фелликс, - сказа Феллотриан.
- Приплывайте вдвоем, - улыбнувшись, сказала Диана. – Для нас – честь говорить с такими сильными и красивыми суанносами.
Оба парня покраснели и опустили головы. Потом синхронно ударили себя в грудь и соскользнули в воду. Через пару десятков шагов они вынырнули и наперегонки понеслись в сторону, где под водой располагалась обитель суанносов.
- Поосторожнее со своей магией, - обнял жену за талия Фел. – Икру-то ты метать не умеешь, а их чувства только из ушей у них не вылезали.
- Не ревнуй, - чмокнула она в щеку Фела. – Мне тоже хочется внести свою лепту в твою магию, вот и накрыла твоих… духовных сыновей.
- Ну, какие сыновья, - зарделся Фел.
- Ну а кто? – кокетливо улыбнулась Диана. – Ладно, бери рыбу и пошли завтракать. А то день пролетит, мы и не заметим.
Так и получилось. Пока приготовили крабов на костре, пока сварили наваристую уху, пока поели, потом искупались, позагорали на берегу, после чего проголодались, опять поели. Солнце успело пробежать по небу и начало заходить за гряду, которая закрывала бухту. Не успели Фел и Диана отдохнуть после очередного застолья, как на берегу раздались звуки, издаваемые огромными раковинами, в которые дули суанносы.
- Нас зовут, - сказал Фел, потягиваясь. – Пойдем к ним.
Выйдя на пристань, ребята увидели небольшой, но крепкий плот, посреди которого стояли удобные кресла.
- Это мастер Гудвин когда-то сделал, а мы припрятали, зная, что ты придешь к нам, Феллан, - торжественно сказал старый вождь суанносов, Тииманн, - я предлагаю немного отплыть от берега. Не бойся, мои подданные отвезут вас, вы даже не замокнете.
- Да мы и не боимся, - сказала первой Диана, ступая на плот.
Фел последовал за ней. После чего их медленно, без рывков отбуксировали шагов за триста от пристани. На поверхности начали появляться суанносы. Их становилось все больше и больше. Это были мужчины и женщины разных возрастов. Они с восторгом взирали на Фела и Диану.
- Уж не возводят они нас в ранг Богов, - тихо спросила Диана у мужа.
- Нет, Боги у них уже есть. Но кем-то вроде Стоящих-с-Богами они нас видят. Ладно, начну играть.
Фел уселся в удобное кресло и принялся пробовать наигрывать. Он не помнил, что играл пятнадцать лет назад, но ему этого не нужно было. Он помнил, какие чувства испытывал, что хотел показать игрой. Вот и сейчас его музыка постепенно набирала темп, взлетая подобно волне над берегом, развеваясь ветром над морем. В такт его игры начали двигаться суанносы. Сначала отдельно по группам мужчин и женщин, создавая в воде разнообразные узоры из тел. Потом эти фигуры начали переплетаться, создавая еще более причудливые узоры.
Диана, с восторгом всматриваясь в действо, которое перед ней развивалась, вдруг почувствовала, что ей пора подключить свою магию очарования и любви. Она стала за спиной мужа и положила руки ему на плечи. Ей захотелось передать гамму чувств, которые она испытывала во время близости с ним, подарить суанносам моменты восторга и своего счастья, полученного за годы, которые они с Фелом провели вместе. И у нее получилось. Фел начал менять ритм и саму мелодию, переходя на волну магии, которую давала Диана. И тут море взорвалось. Суанносы в бурном ритме принялись кружить в море, поддаваясь страсти, которую вызывала игра Фела и магия Дианы. Так продолжалось примерно пол-клепсидры. Потом Фел стал играть все тише, и тише, пока не прервал игру. Уставшие суанносы еще немного покружили и медленно ушли на дно, только десяток голов юных водных обитателей медленно дрейфовали около плота. Духовные сыновья несли вахту, внимательно всматриваясь в горизонт. Им дали понять, что их давние враги, суарросы, могут приплыть на звуки флейты Фела, хоть в прошлый раз многие спорные моменты были решены, и суарросы пообещали не чинить вреда суанносам.
- Спасибо, Феллан! Спасибо, Диана! – хриплым голосом сказал Тииманн. – Я надеюсь, что следующие наши кладки икры дадут больше сильных мальков, которые вырастут в сильных суанносов. Мы – ваши должники. Если будет нужна помощь – призовите нас. Мастер Линни сделал несколько амулетов вызова для нас, - вождь продемонстрировал один из талисманов, болтающихся на его шее. – прибудем быстро, как сможем. А пока разрешите мне удалиться. Наши юноши будут стоять дозором до утра, оберегая ваш покой и покой наших самок.
Вождь почтительно поклонился и ушел в глубину моря. Духовные сыновья Фела медленно отбуксировали плот к причалу, восторженно пожирая глазами супругов. Те, ступив на берег и попрощавшись с ребятами, побрели в дом. На улице было уже темно, и только далекие звезды и низко висящая луна освещали берег. Была глубокая ночь. Фелу хотелось отдохнуть после столь бурной и трудоемкой игры, но Диана дала понять, что его ланам не суждено было осуществиться, и настойчиво потащила его в дом.
Интерлюдия
В мастерской рунных магов стояла тишина и был порядок. Все кристаллы и драгоценные камни находились в коробочках, разбитых на ячейки, соответствующие размерам камней, металлический заготовки, будь то серебряные или золотые, тоже лежали по размерам. Бухты проволоки стояли на деревянных настилах, горны и наковальни были чистыми и расположенными в удобных местах. Сразу было видно, что хозяева любили и ценили чистоту. Только на дальнем столе стояли грязные кубки, пустые кувшины и лежали недоеденные продукты. Но над ними не было мух или иной живности. Скорее всего, кто-то наложил какое-то заклинание, которое отпугивало всю мошкару.
Риззак тихо сопел, пытаясь вскрыть ларец из какого-то тяжелого металла. Именно в нем и находилось то, за чем он пришел – магикум. Парень еще раз попробовал острым шилом поковыряться в замке, чтобы открыть его, но опять потерпел неудачу.
- Не получается? – неожиданно громко прозвучал вопрос, разрывая тишину.
Риззак дернулся от неожиданности, потом медленно поднялся, сжимая в одной руке шило, а в другой длинный кинжал, который он позаимствовал у нерасторопного кентавра. В мастерской стояли Баэль, Линни, Тириэль, Геда и магистр Иггон, который и был автором вопроса.
- Ты хочешь вернуть магикум Акхорну? – задал вопрос магистр. – И когда он получил над тобой контроль.
- Когда я прокололся? – голосом с металлическим оттенком спросил Риззак. – Я выполнял все поручения, свои магические способности не демонстрировал.
- Баэль еще тогда, когда ты присоединился после отступления от Хранилища, заметил, что ты стал другим, - ответил Иггон.
- Но последней каплей было твое исцеление сломанной ветки, - вступил в разговор альв. – Я заметил, что твоя магия иная. Пусть ты и шукша, но все разумные создают примерно одинаковые магические потоки во время волшбы. Они имеют не так уж и много цветов. Темно-коричневого с оттенками синего я не видел. После твоего ухода я отнес кадку с вылеченным тобой деревцом к Тихой роще. Она была в ужасе, когда я попросил ее посмотреть на результат твоей магии. Мне пришлось сжечь этот куст, ибо на этом настояла роща. Она поведала, что благодаря твоей магии здесь, в самом сердце Школы магии, вскорости может появиться множество деревьев, которые со временем будут активными пособниками Акхорна.