Александр Голодный – Право на смерть. Ярче тысячи солнц (страница 28)
– Николай, вы ведь здорово рискуете, приходя сюда? И девушки тоже.
– Риск, конечно, есть… Но оставлять вас в беспомощном состоянии было бы неправильно.
– Сейчас мне значительно лучше. Где еда и вода, я знаю, а вам необходимо побольше мелькать в своем поселке. Поисковики знают, что я ранен?
– Да, Сержант. В описании на плакате указано – «возможно, ранен».
– Это значит, что полиция и КИБ постараются отследить всех медиков, их перемещения, взятые с работы лекарства.
– Да, возможно… Вы точно справитесь один?
– Уверен.
– Что же, тогда мы постараемся навещать вас через день по очереди. Смотрите – я оставляю аптечку. Средства от жара, бактерицидные…
– Доктор, я знаю эти лекарства. Запомните – внимательно отслеживайте все задаваемые вам вопросы, особенно от незнакомых людей и неожиданные от знакомых. Никогда не идите к этому месту по прямой из поселка. Если вас кто-то увидел – сделайте круг, вернитесь домой.
– Сержант, мы уходим прямо из больницы.
– Тогда, отойдя, остановитесь в неприметном месте и подождите, прислушиваясь – не идет ли кто-то следом.
– Ты говоришь, как наш командир ячейки.
– Значит, он правильно говорит, Оля.
– Да, мы сообщили о вас командованию, но пока идут поиски…
– Думаю, что в моем состоянии самое лучшее – отлежаться здесь до выздоровления.
– Хорошо. Вы точно справитесь один, Сержант?
– Да, Николай. Ступайте и будьте осторожны.
– Хорошо. А вы постарайтесь поспать. До свидания.
– До свидания, Сержант.
– До свидания.
Прислушиваясь, выждал час и последовал доброму совету.
Все-таки сон – прекрасный лекарь. А когда ему еще помогают качественные лекарства…
Так, где часы? Огонек зажигалки отразился от стекла хронометра. Лежит на ящике. На руку. Сколько проболел? Неслабо – восемь дней. Провожу рукой по лицу. М-да, так не зарастал даже на свалке. Надо попросить бритвенные принадлежности. Пробую встать, пережидаю головокружение. Как мы шли тогда в туалет? Опираясь о каменные стены, пережидая приступы слабости, добираюсь. Справившись с потребностями организма, размышляя, снимаю армейский жетон. Нет, эта страница жизни закрывается навсегда. Мелькнув в луче фонарика, пластиковый овал улетает в глубокую расщелину. Вернувшись, экономно ополаскиваю руки из фляги (родник ниже пещеры в ущелье, об этом рассказала Оля), не спеша, с приятной испариной, обедаю. Саморазогревающиеся консервы из сухпайков вполне пристойны на вкус и удобны в обращении. Не зря тащил. При всем желании второе доесть не сумел. Надо бы поискать одежду… Ладно, подремлю, уйдет слабость – займусь.
Когда начинаешь думать о гигиене – значит, уже полегчало. К мечтам о бритве добавились желания почистить зубы и вымыться. Но пока невозможно. Для поднятия настроения пришлось ограничиться половиной банки гречневой каши с мясом, благо аппетит после сна разгулялся. Осторожно прощупал бок. Ничего, терпимо, главное – не перетруждать. Решил занять себя детальным осмотром пещеры. Чем дальше шел обыск, тем больше накапливалось непоняток. Ящики из-под оружия есть, но все пустые. В одном из тупиков ящик от военной радиостанции, уходящий в потолочную щель кабель антенны. Провод небрежно обрезан, рации нет. На камнях пола мелкие стеклышки. Разбили стекло прибора? Нет цинков от боеприпасов, коробок от сухих пайков, упаковок от обмундирования, но в ряд пустых тупиков явно ходили, и, судя по царапинкам на камнях, не один раз. Нет ни одной бумаги, наставления, инструкции. Получается, схрон был подготовлен к боевым действиям, а потом из него все вынесли. Куда и кто? Партизаны на другую базу? Или солдаты Колониальных Сил? Надо будет аккуратно расспросить спасителей.
Одежду, кстати, не нашел, так и придется бродить, накинув одеяло.
Во время очередного завтрака слышу легкий шум от входа. Гашу свечу, драпируюсь одеялом, перемещаюсь к коридору. Луч фонарика, тихие шаги одного человека, слабый запах духов (учла замечания, молодец). Маша входит, освещает пустой матрас, луч останавливается. За ее спиной контролирую проход. Чисто.
– Доброе утро, Маша.
– Ой! Как ты меня напугал!
– Извини.
– А почему ты стоишь? Быстро ложись!
– Стою потому, что лучше себя чувствую и надо понемногу шевелиться, Маша. Я как-то не собираюсь состариться в этой пещере.
– Все равно ложись, Сержант. Мне надо обработать рану.
Вместе внимательно изучаем борозду. Рубцевание в разгаре, воспаления нет. Очередная обработка, перевязка.
– Как обстановка в поселке и на работе, красавица?
– Все как обычно, Сержант. Новых людей не было, но руководство больницы несколько раз проводило выборочные проверки.
– Тебя не заподозрят?
– Нет, я как раз закончила смену. И посмотри, что придумал дядя.
На пакете с моими медицинскими тампонами изображен зонтик от солнца и нанесена надпись: «Мазь от солнечных ожогов». Очень дельно.
– Таких пакетов много, их не контролируют, все работники больницы постоянно ходят обрабатывать сгоревших на солнце отдыхающих. А мази даже пахнут похоже.
– Мудро. Молодцы.
– В следующий раз к тебе придет Оля, принесет одежду. Мы подобрали кое-что.
– Покупали?
– Нет, что ты. В больнице часто оставляют ненужную, после трех месяцев хранения ее все равно выбрасывают. Ты не побрезгуешь?
– Машенька, какое там побрезгуешь… Надену с удовольствием.
– Мы все постирали.
– Спасибо.
Девушка сходила за водой, еще немного поболтали. Оказывается, об этом схроне они узнали от своего первого командира ячейки. А сам командир где? Перешел в основной отряд. Значит, вопрос остался открытым.
– Сержант, я забыла спросить – у тебя еда еще есть?
– Дня на два-три хватит. Могу экономить.
– Нет, экономить не надо. Оля принесет.
– Маша, по моему опыту, вот так и находили отряды Реджистанса – по приносящим еду.
– Не волнуйся, мы ходим сейчас по таким тропам, где поймать уже не удастся.
– А засечь с разведывательного беспилотника?
– Я их видела, когда тебя искали в первый день. Он громко жужжит – услышим.
– Хорошо, смелая девушка, убедила. Только все равно будьте осторожней. Я даже не за себя переживаю (поднимаю руку с пистолетом). Мне очень не хочется, чтобы вы попали к ним в лапы.
Мария мрачнеет. Правильно, воспоминание не из приятных.
– Сержант, ты можешь научить меня обращаться с оружием?
– Конечно.
Инструкторско-методическое занятие не затянулось. Да и что там может быть сложного? Маша уже уверенно вскидывает ствол, щелкает курком, посылает воображаемые пули во врагов. Учимся снаряжать магазины.
– В следующий раз покажешь, как стрелять из винтовки?
– Обязательно.
– Нам все равно когда-нибудь дадут оружие.
– Зачем ждать? Не думаю, что я заберу винтовку с собой, хватит пистолета. Значит, она ваша.
– Ой, Сержант! Спасибо тебе огромное!
– Только учти – когда начнешь стрелять во врагов, убивать надо всех и сразу уходить от места перестрелки. Звук от выстрелов очень громкий.