Александр Голодный – Право на бессмертие. Ядерный скальпель (страница 24)

Унылый скучный городишко – самое точное определение. Все те же заросшие травой с бело-серыми меловыми проплешинами на откосах холмы, обширное кладбище с ровными рядами небольших деревьев у памятников и трубой крематория, самые обычные, хотя и чистые, улицы с двух-трехэтажными особняками. Даже собаки не лают. Быстро проскочив спящие кварталы, выходим к автобусной остановке. Вовремя – экспресс в Дувр подан. Новый комфортабельный автобус «Вольво», кстати. Ну, наконец-то ноги согреются!

Если кто считает, что портовое кафе – это эпицентр шума, драки и безудержного матросского веселья с бордельным оттенком, значит, у него несколько устаревшие представления. Или, точнее, ничего общего не имеющие с действительностью. Приехав с утра, провели рекогносцировку. Грязная и неприветливая под дождем река Дуэ с неплохой набережной, опять же, меловые холмы и сопки (еле кроссовки отмыли после фолкстоновских, кстати, в луже, что сухости ног не способствовало), впечатляющий Дуврский замок и действительно громадный порт. Крайне неприятным сюрпризом стало обилие полиции, причем на территории порта в особенности. Под недоверчивыми взглядами мы вынуждены непрерывно изображать праздношатающихся и наслаждающихся красотами городка придурков, благо украинские, польские и российские корабли под экзотическими флагами в акватории присутствовали. Но порт из сферы планируемых акций исключили. В итоге, пройдя населенный пункт вдоль и поперек, выбрали целью кафе «Элли». Обилие спиртного и близость к порту позволяли надеяться, что к вечеру появится подходящий для окучивания контингент. Теперь поездка в аэропорт. Опять автобус, убавляющиеся в кармане фунты, панорамные стекла и натыканные везде видеокамеры аэровокзала. Когда Ахмет подтибрил в кафе блокнот с ручкой? Не иначе – официантку обидел. Как положено будущим пассажирам, простояли с полчаса у интерактивного расписания, обсуждая стоимость рейсов на континент и записывая результаты (поначалу обратившая на пару оборванцев внимание охрана заскучала и отвалила), потом позадалбывали миленькую кудрявую куколку в форменном костюме в живой справочной, опять же, все письменно фиксируя, а затем заняли позицию в зале ожидания, якобы принимая итоговое решение. Парковка за окнами впечатляла. Пройдясь вдоль окон с праздным видом, я прикинул зоны обзора видеокамер. Есть перспективные участки! В общем, план по осмотру театра будущих противоправных действий выполнен, можно возвращаться в городок. Перехватив на улице по паре дешевых сандвичей и чашке отвратительного кофе, сваренного не иначе как из вчерашних окурков (в желудке уже было пусто, как в сирийской пустыне), добираемся до цели и занимаем дальний столик. Пиво для антуража, баварские сосиски по делу (как бы их помедленнее поглощать?), показное внимание на зомбоящик с высокоинтеллектуальным действием – футболом. За окнами начинает темнеть – все-таки ноябрь, в кафе сползаются матросики. Мусоля «Дуврский экспресс», подобранный в мусорной урне аэропорта, перекидываясь словами с Ахметом, достоверно «болеющим» за чью-то футбольную команду над пивной кружкой, прикидываем кандидатуры к обработке.

– Не занято, дружище?

Акцент и внешний вид двух подошедших парней безошибочно говорят – братья-славяне.

– Присаживайтесь. Что-то никто из экипажа не подходит, загуляли, наверное. Место держать не будем.

– Откуда сами, коллега?

– Словакия. А вы?

– Украина.

– А, бывал. Одесса. Женщины у вас красивые.

– Это точно. Не то что местные.

– Да, таких лошадей надо прятать по конюшням.

– Ага, и кормить овсом.

Дружно ржем и развиваем тему женщин, интернациональную для всех моряков, как и английский язык общения. Парни вполне нормальные, веселые. Свой не совсем по погоде вид объясняем честно – только что прибыли из Средиземного моря и получился исключительно неудачный фрахт. Дело вполне житейское, сплошь и рядом обыденное. Хлопцы приняли по полкружки пива и извлекли из сумки обалденного копченого леща. Ароматного, жирного…

Наверное, я слишком поменялся в лице:

– Ты что, дружище?

– Люблю такую рыбу. А здесь и не купить, да и сам на мели. Парни, а на пиво кусочек не махнете? Вот две кружки нетронутых!

– Отчего не махнуть?

Отломленный шмат честно делю пополам с Ахметом, наслаждаемся:

– Класс!

– А что еще наше любишь?

– То вы никогда не отдадите.

– Конкретнее?

– Сало.

Опять весело смеемся. Рассказываю старый затертый анекдот про сало и негра, парней больше веселит сам факт – в английском кафе, словак, да еще и на английском языке.

Наше душевное общение прерывает галдежом ввалившаяся компания. Яркие шмотки, довольно-таки развязное поведение, грассирующее «Р». Французы, семь человек. Четверо уже заметно принявших. Так, кое-кто в зале покидает места, видать, ребята скандальные и успели отметиться не один раз. Правой ноги деликатно касается кроссовок Ахмета – значит, выводы совпадают, будем работать. Французы набрали пива, полирнули у стойки бармена (какие солидные, толстые, аппетитные портмоне!) стопками виски, расселись у телевизора и стали бурно болеть за свою команду. Чем их спровоцировать? Ага!

– Ко-ко-ко!.. Ко-ко-ко!..

Каждую порцию галдежа сопровождаю имитацией куриного квохтанья. Украинцы смотрят, как на самоубийцу, пытаются отговорить. С дурной улыбкой отмахиваюсь, продолжаю провокацию. Быстро сориентировавшись, парни покидают столик. Правильно, то что надо.

– Ко-ко-ко!..

Ага, клюнуло – оборачиваются. Тупо ржу, изображая набравшегося. Клиенты угрожающе встают, сейчас направятся к нам. Нет, ребятишки, мероприятие планируется на свежем воздухе – Ахмет вскакивает, извиняется на ломаном английском, вытаскивает меня из-за столика. Мгновенно появляется официантка, а тот здоровый парень у стойки действительно вышибала – очень характерные выражение лица и бросаемые на нас взгляды. Рассчитываемся (прощайте, фунты!), командир тащит жертву крепкого пива к выходу. По случайности – мимо нужного столика. Совершенно «нечаянно» подбиваю одного из клиентов под руку, пиво из кружки выплескивается на стол и товарищей. А теперь заключительное:

– Ку-ка-ре-ку!

Сымитировав крик петуха, понимаю – последняя капля добавлена. Ходу! Ахмет первым выскакивает за дверь, уходит влево – там, в узком проеме между домами, нет видеокамер, через дворик легко выскочить на другие улицы. Наддаю за ним, но так, чтобы догоняющие горячие французские парни успели заметить направление движения. Влево, еще влево, в тень, шокер из кармана…

За спиной серия глухих ударов, сдавленные стоны. Разворачиваюсь, чтобы как раз оценить завершающий этап действия. Рукопашный бой Ахмета подобен ударам молнии. Он точно радовал инструктора на тренировках – словно чугунное ядро прошлось по пивным бутылкам. Ударами рук и ног семерка догоняющих просто размазывается по стене. Подключаюсь к процессу: шокер, обыск, шокер, обыск, остальным лишь шокер. Черный полиэтиленовый пакет командира заполнен добычей, в руках две снятые куртки. Оставив слабо постанывающие жертвы на поле битвы (почти Ватерлоо), сматываемся. Не зря изучали городок и по карте, и вживую – намечен укромный дворик под фонарем, но без видеокамер, для подсчета неправедно нажитого.

Укрывшись за выставленной на тележке-прицепе рыбацкой лодкой, по-быстрому обрабатываем улов. Главное – деньги. Это они удачно зашли – количество евро превышает семь тысяч, есть под три тысячи фунтов. Кстати, листочки с аккуратно напечатанными пин-кодами с указанием номеров карт в двух бумажниках недвусмысленно намекают о возможном продолжении банкета. Расположение банкоматов тоже известно – поначалу проведение акции планировалось именно в этих местах. Но, по техническим причинам, отказались от идеи ковать железо, не отходя от кассы. Снимаю аккумуляторы с конфискованных мобильников, потом быстро, но без спешки, проходим к двум самым близким банкоматам. С момента проведения акции минуло от силы десять минут, телефоны изъяты – клиенты вряд ли успели заблокировать банковские карты. Замечательно, что идет дождь, – натянутые на нос капюшоны накидок совершенно скрывают лица от видеокамер. Так, бумажка первого забывчивого… Ага, все понятно – это первые цифры номера, это – пины. Как и положено профи, работаю в перчатках. Запрос баланса… Фигассе, богатенький Буратино! Пошла разгрузка. Наверное, со стороны – полный абстракционизм: один человек перезаряжает банковские карты, другой, не считая, прячет наличные в пакет. Учитывая, что самая крупная банкнота составляет двадцать фунтов стерлингов, полиэтиленовый мешок пухнет на глазах. Правда, зрителей нет, а с двух видеокамер несколько не тот угол обзора. Норма. Портмоне, кредитки в урну, уходим в дождливую темень. Автобусная остановка, за которой меняем примелькавшиеся (но отлично маскирующие фигуру и одежду) черные накидки на французские куртки, накидки складываем в припасенные яркие полиэтиленовые пакеты. Четкость выполнения автобусного расписания просто радует. Уже в полной темноте совершаем поездку по шоссе А258 в Сэндвич. Недорогая, но весьма пристойная одноэтажная гостиница со смешным названием «Пламя страны ослов» после некоторых колебаний признана пригодной для заселения. Французские водительские права отлично прокатили в качестве документов, а наши поправки портье по правильности написания имен и фамилий совершенно исказили начальное звучание. Единственное – верно оценив непрезентабельный внешний вид, с нас стребовали пятьдесят фунтов залога за заселение в двухместный номер. Законное требование приличными, хотя и не богатыми, месье встречено с пониманием. Последующие горячий душ и неплохой за совсем небольшие деньги ужин на компактной тележке в номер (избранной роли необходимо соответствовать во всем) окончательно повышают настроение. Спокойно, без спешки, пересчитываем улов. Неслабо – под двадцать тысяч фунтов, те же евро и затесавшиеся в компанию три сотни долларов. Пять французских паспортов, матросские книжки, трое водительских прав. Отбираем три комплекта. Жаль, что о заметном сходстве речи не идет, но хоть что-то на общем безрыбье. Дергаю из мобильников сим-карты, откладываю для нас два «Самсунга». Увы, но «Айфон» и «Алкатели» придется выбросить. В Европе сотовые операторы внимательно отслеживают IMEI (зашитые в процессоры при изготовлении аппаратов заводские номера) подключенных телефонов, поэтому у краденых шансов на связь нет, это не наша полубандитская серая вольница. Вот только «Самсунги» нормально перешиваются специальной программой, адрес сайта с генератором безупречных «чистых» номеров помню. Дело осталось за компьютером и соединительным шнурочком. Извлекаю из не прошедших естественный отбор мобильников карты памяти – пригодятся. Какое прибыльное занятие, оказывается, банальный гоп-стоп! Теперь еще бы не попасться полиции… Ложась спать в чистое, хотя и не новое, белье с эмблемами гостиницы, вспомнил Кемаля. Каково ему там, на холоде и сырости, с единственным развлечением в виде ограниченного количества амеровских сухих пайков?