Александр Голодный – Подрывник будущего. «Русские бессмертны!» (страница 27)
Мужчина покровительственно усмехается:
– Боишься взорваться?
Киваю: «Да».
– На территории базы ты в безопасности. Слабый сигнал только в нашем бункере, но туда поставлен отдельный блок излучателя.
А как же первый из взорванных?
– О чем думаешь? Вспоминаешь сегодняшний урок?
«Да».
– Взрыв по команде с компьютера. Но точно так же произойдет, если попытаешься удрать. Безопасно только на базе и в специальной зоне вдоль трубы.
Трубы?
– А пока запомни, животное: тебе несказанно повезло. Прямо из клетки попасть во вспомогательные силы, считай, настоящую элиту для туземцев – это первый случай на моей памяти. И я намерен всерьез разобраться: достоин ли ты такой чести?
Следующие два часа оказались очень насыщенными.
Мастер Чиф показывал и рассказывал, постоянно «закрепляя» информацию физической нагрузкой и проверяя внимание. Электрошокера у него не оказалось, но увесистые оплеухи (по-моему, совершенно незаслуженные) послужили достойной заменой.
Мужчина сменил гнев на милость, лишь когда добился приемлемой, на его взгляд, степени исполнительности и подобострастной зашуганности во взоре.
Если отбросить эмоции, то ситуация сейчас выглядит так: благодаря показанным навыкам работы с компом и заметной «цивилизованности» я попал на службу в саперный взвод. Наша военная база занимается охраной проходящего по территории бывшей России нефтегазопровода, зона ответственности составляет двести пятьдесят миль.
Перевожу в километры. М-да, до фига…
Вдоль находящихся над поверхностью земли труб выставлены высокотехнологичные минные поля. Каждая мина имеет электронный модуль и может связываться по радиоканалу с планшетным компьютером. Замена неисправных, обслуживание и установка новых мин взамен сработавших – это теперь моя работа.
Раньше мины были другие и занимался ими полноценный взвод, но со временем техника совершенствовалась, люди высвобождались, поэтому сейчас от взвода осталось только название. По факту в нем числятся пять наемников частной армии и тот самый капрал, но основную работу выполняют «вспомогательные силы» из туземцев. Взвод подчиняется непосредственно капитану, а это большая честь, потому что выше его только начальник базы, сэр майор. И достойны служить во взводе лишь «самые умные, умеющие работать с компьютером и сложной электромеханикой мин, дисциплинированные и исполнительные люди».
– Понятно, животное?
Выпустив из рук мокрую тряпку, которой старательно драю полы, выпрямляюсь и преданно киваю.
Среди прочих, кстати, вымыл и свою будущую комнату. Узковатый пенал с металлическими кроватью и шкафчиком, обшарпанными деревянными стулом и тумбочкой. Есть окно, разумеется, открытое по случаю жаркой погоды. Из него и надувает серую степную пыль. Кондиционера нет.
По сравнению с моим миром – нищета. Но, сравнивая с клеткой и понимая, что подобное должно значить для «дикого», становится ясен смысл оплеухи, которой наградил Чиф за отсутствие восторга.
Сам он спит в комнате раза в два больше моей и богаче обставленной. На первом этаже дома учебные классы, туалет и душ с умывальником, на втором – четыре спальни и небольшая мастерская. Ангар – склад составных частей мин, а непосредственно сборка и подготовка вооружения, как и все работы со взрывчаткой, выполняются в подземном бункере.
За домом – «вон они видны из окна» – тренировочный полигон и саперная полоса препятствий.
Оценив наведенную чистоту и глянув на украшающие запястье недорогие электронные часы, Чиф распорядился:
– Инвентарь в кладовку, вымыть рожу и руки, и бегом к калитке, ожидать сэра капрала. Понял, Мут?
«Да».
В умывальнике наконец удалось выполнить то, о чем я так долго думал: посмотреть в зеркало.
Что же, это действительно я, тот самый, почти прежний. Ощущения не обманули. Не обманули они и в другом – в этом мире я моложе на верных пять лет. Сколько мне сейчас? Шестнадцать? Семнадцать? Худой, но жилистый парнишка в великоватых футболке и трусах, испуганно глядящий из зеркала, на большее не тянет.
И все равно невозможно поверить. Может, на самом деле я валяюсь в коме в больнице и мне все это только снится?
Взгляд падает на ошейник. Нет, это реальность, такая же, как и убитые утром подростки.
Все, надо быстрее умываться. Капрал не обрадуется, если ему придется ждать.
Схватив кусок хозяйственного мыла, энергично привожу себя в порядок.
Придирчиво оценив внешний вид и снова глянув на часы, Чиф отправляет меня к калитке. Вовремя – вдали показалась фигура капрала.
Прибывший военный не стал ходить вокруг да около, сразу приступив к практике. Выдав учебный планшет, объяснив назначение специальных и сервисных программ и потренировав в запуске, вывел на полигон. Сосредоточившись, смотрю на контрастную, с хорошим качеством цветную картинку. Каждый кружок – мина, управляющий участком поля стационарный командный модуль отметил безопасный проход к отмеченной красным «неисправной», подлежащей замене. На дисплее они расположены в строгом шахматном порядке, а внешне выглядят как пятнадцатисантиметровые пластиковые шайбы, достаточно редко усыпавшие землю у двух впечатляющего диаметра обрезков трубы на двухметровых бетонных опорах.
Ориентируясь по обозначающему меня маркеру, отправляюсь в путь. Главная задача – контролировать свое передвижение по планшету и при этом не наступать на мины. Оказалось достаточно сложно, потому что середина безопасной тропы проходит как раз по ним. Надо постараться: судя по электрошокеру в руках военного, наказание за ошибку ожидается серьезным.
Поначалу чуть не выскакиваю за пределы безопасной зоны на поворотах, но потом приноравливаюсь, делаю короче шаги и без проблем достигаю заданной точки. На мины тоже ни разу не наступил.
Разворачиваюсь к капралу, принимаю стойку «смирно». Во взгляде военного явно присутствует удивление. В чем проблема? По-моему, ничего сложного.
– Мут, «тачни» один раз «Выполнено».
«Тачнуть» – значит, коснуться изображения кнопки. Исполняю. Проходит перезагрузка картинки, теперь красным выделена другая мина, ломаной белой полосой отмечен ведущий к ней безопасный проход. Вопросительно смотрю на капрала.
– Получил задание системы?
«Да».
– Действуй.
Процедура повторяется несколько раз, затем возвращаемся в здание. Учебный класс.
– Вот так выглядит стандартная противопехотная мина «ХМ-2013».
В руках военного солидный цилиндр из темно-серого пластика. Сложной формы крышка уже знакома – я мимо них только что ходил.
– Чтобы обезопасить мину, необходимо очистить от загрязнений отверстие для ключа, вынуть защитную пробку, вставить ключ (Г-образная ручка с пятигранником на конце) и повернуть справа налево.
Характерный щелчок. Затем капрал возвращает макет в исходное положение и протягивает мне:
– Повторить.
Кисточкой изображаю очистку, выдергиваю за кольцо резиновую пробку и перевожу мину в безопасное состояние.
Ничего сложного, тем более, на стенах класса развешаны выполненные в стиле комиксов поясняющие плакаты.
Капрал замечает мои взгляды:
– Ты умеешь пользоваться руководствами?
– «Да».
Взгляд военного сложно назвать одобрительным. Нахмурившись, капрал указывает рукой:
– Иди к тому плакату и разберись сам, как отделить механику от фугасной части. Справишься – получишь поощрение. Не справишься… тоже получишь.
Судя по взгляду на шокер, лучше справиться.
И чего он взъелся? Похоже, во всех мирах слишком умных не любят одинаково.
Так, что на плакате? Вроде ничего сложного. Все принадлежности для выполнения операции разложены на столе. Инструмент выглядит потертым – работали им много.
При помощи двух кольцевых ключей развинчиваю корпус, вставляю дополнительную защитную чеку в отверстие ударника, немного разгибаю усики. Вывинтить два крепежных винта, нажать, утапливая подпружиненную часть, повернуть на сорок пять градусов и извлечь электромеханический блок.
Сложная вещь, видно сразу.
Положить в специальный транспортный контейнер. Готово.
На столе остается стакан с вышибным зарядом и находящаяся внутри его фугасная часть. На плакате в разрезе изображен пластиковый цилиндр с расположенными в нем ровными рядами металлическими роликами. В голове всплывает: «мина-лягушка». Точно, об этих вещах я читал в книгах. Не знал, что они так устроены.
– Ты раньше работал с минами?
Тон стоящего рядом наемника не предвещает ничего хорошего.
«Нет».