Александр Голодный – Частица хаоса (страница 17)
– Да, мисс?
– Николай, будьте добры, кресло больному.
– Слушаюсь.
Негромкий звук катящихся колесиков, в палату въезжает инвалидное кресло. Делаю еще одну попытку:
– Леди, я бы хотел дойти…
Доставая из стенного шкафа нечто вроде ночной рубашки светло-салатового цвета, девчушка категорично заявляет:
– Сэр, пока вы находитесь на излечении в нашей больнице, вы будете выполнять установленные здесь правила. Вам понятно, мистер больной?
Осмысление прошедшей сцены проходит в самом подходящем для глубоких раздумий месте. Восседая на идеальной чистоты сантехнике, вникаю в доставшиеся от предыдущего владельца знания. Кстати, или память у него совсем дырявая, или к процессу обучения клиент старание не прикладывал вообще. Похоже, здесь все не так, развитие России шло совершенно другим путем. Революция была, но после нее… Натолкнувшись на полностью противоречащие друг другу факты, откладываю разбор исторических завалов на потом. Главное – сейчас в моде и привычке «английский стиль» со всеми соответствующими обращениями.
Закончив изнуряющий процесс, посетив биде с теплой водой, с неимоверным трудом встаю на дрожащих от слабости ногах. При попытке нагнуться за сползшими памперсами чуть не падаю и получаю награду в виде кругов перед глазами. Хреново. Сам не справлюсь.
Открываю вялой рукой пластиковую дверку кабинки и предсказуемо обнаруживаю за ней преданно дожидающегося санитара.
– Сэр, вам помочь?
Смущенно киваю:
– Если можно. Пожалуйста.
Сил в подгибающихся ногах нет совсем. Как это сало вообще умудрялось ходить?
В общем, парень и памперсы вернул на место, и длинную больничную рубаху с завязками на спине поправил, и в кресло-каталку сноровисто, но бережно усадил. Сам я только за стены держался.
– Благодарю вас, Николай. С меня бутылочка виски.
– Пожалуйста. Вы выздоровейте сначала, сэр.
А энтузиазма в голосе не ощущается. Наверное, подобные обещания слышит часто, но выполняют их редко. Если вообще выполняют.
Возвращение в кровать прошло не в пример приятнее, чем убытие, а затем палату посетил лечащий врач:
– Ну-с, батенька, как самочувствие?
– Можно сказать, что неплохо, сэр.
– Сейчас посмотрим…
С некоторым трудом промяв живот, ознакомившись с показаниями аппаратуры и результатами анализов, мужчина удовлетворенно кивает:
– Что же, разделяю ваш оптимизм, молодой человек. Кризис с нашей помощью вы преодолели успешно.
– А что со мной было, доктор?
– Не помните? Отравление, батенька. Банальное пищевое отравление.
Голос врача обретает сочувствующий и одновременно журящий оттенок:
– Разве так можно, молодой человек? Понимаю, что у вас был повод для праздника и некоторого чревоугодия, но надо же смотреть на сроки годности продуктов. А уж оставлять скоропортящееся в тепле на обеденном столе… Вам очень повезло, что карета «Скорой помощи» добралась быстро и медицинской бригаде не пришлось долго ожидать околоточного, чтобы вскрыть дверь. Буквально еще полчаса промедления – и вы стали бы клиентом совсем другого заведения, гораздо более скорбного, чем наше.
Виновато кивая с выражением чистосердечного раскаяния на лице, пытаюсь в уме найти ответ на вопрос: «Кто такой околоточный?» Похоже, аналог нашего участкового.
– Послушайтесь совета пожилого, повидавшего жизнь и смерть врача – поберегите свое здоровье, молодой человек. Не рискуйте понапрасну и старайтесь соблюдать меру. Договорились, Максим Александрович?
Максим Александрович?.. А, это же я!
Согласно киваю:
– Договорились, уважаемый доктор.
– Вот и замечательно. Так-с, дело к обеду, как у вас с аппетитом?
Упоминание об обеде немедленно вызвало активное слюноотделение. Если верить ощущениям – готов сожрать запеченого слона. Ну, уж нет!
– Аппетит хороший, сэр. Чего-нибудь диетического я бы скушал.
Мощно сглатываю и скромно заканчиваю фразу:
– Немного.
Обеденное меню обсуждал уже с сестрой милосердия. Ольга Дмитриевна, похоже, поражалась степени покорности столь несговорчиво себя поначалу проявившего пациента. По мне же, естественно, ограничения в еде воспринимались только положительно, несмотря на возмущенные требования брюха, подкрепляемые постоянно всплывающими в памяти чревоугодными воспоминаниями предшественника.
Кстати, отличная иллюстрация к тому, что подчерпнул из Вед о связи духовного и телесного. Наглядный конфликт души и тела.
Только душа посильнее будет, поросеночек. Выйдем из больницы – я тебе армию устрою. Готовься!
Итог: нежирный куриный бульон, рассыпчатая, ароматная гречневая каша на воде, что-то овощное протертое, заправленное капелькой подсолнечного масла и бокал однопроцентного кефира.
Что, мало? Нельзя быть таким жадным. Уж так и быть – три капсулы мультивитаминов с минералами, суточная норма для нормального человека. Слово «нормального» мысленно подчеркнуто два раза для пущей доходчивости.
Какая бы ни облегченная была трапеза, но после нее пробил пот, и навалилась слабость.
Сложив судки и забрав специальный кроватный столик, девушка покидает палату, отдав наказ обязательно поспать.
Это можно, но сначала требуется подумать.
Как и следовало ожидать, раздумья обратились к столь внезапно оборванной жизни. Пусть и изрядно доставшей в последние три месяца, но…
Повздыхав, потравив душу воспоминаниями, стараюсь перевести ход мыслей. Интересно, что я там натворил своим вмешательством в прошлое? Вообще снес реальность? Нет, вряд ли. Скорее всего, вырезал из нее «свою» линию. Почему тогда просто не умер, не отправился в очередную реинкарнацию? Был бы сейчас розовеньким младенцем на руках юной мамы, оставшись в родном мире. Стоп. А почему я считаю тот мир родным, а этот чужим? Разве меняющей тела, как перчатки, душе не все равно?
Старательно анализирую ощущения, и понимаю – нет, не все равно. Чем-то подспудным, мистическим окружающее воспринимается как чужеродное, «не свое».
Что по этому поводу вещали товарищи ведические классики? Рассказы о «верхних» и «нижних» мирах присутствовали, как и о «веере» миров, кстати, но как-то все общими словами. Надо будет после выписки порыться в местном Интернете, который называется так же, как и наш, к слову.
А как здесь обстоят дела с религией? Я кто? Протестант?!. Меня что, в детстве вниз головой роняли?
Пласт ставших своими воспоминаний открывает истину. Все очень просто: чтобы достичь любой мало-мальски серьезной должности в престижных корпорациях, необходимо принадлежать душой и телом англиканской церкви.
Вот покойные родители и крестили малютку Максима… Покойные?
Александр Всеволодович и Элеонора Карловна Михеевы. Отец являлся крупным заводчиком в Уральской республике. Накануне войны со Среднерусской конфедерацией успешно продал бизнес и перебрался на постоянное жительство в спокойную Югороссию, вложившись в нефть. Помог деловой партнер, топ-менеджер и держатель пакета акций Би-Пи Эдуард Львович Кройман, мой нынешний шеф, кстати. То есть, начальник подгруппы другой человек, но руководит несколькими отделами корпорации именно Кройман. Родители успели приобрести мне однокомнатную квартиру, устроить на хорошую работу к благодетелю, а затем произошла та самая автокатастрофа. И вот уже десять лет я благополучно работаю…
Кем, кстати, работаю и как?
Непредвзятый анализ массива данных показал: работа несложная. Разбрасывай заявки по субподрядчикам, да отслеживай поставки. Типичный «менеджмент». Учитывая, как трудился истинный Максик – синекура, ибо пахать на износ он не рвался, да и трудовую дисциплину соблюдал через пень-колоду. Почему не уволили? Незлобивого, мягкого и, прямо говоря, слабовольного характера мало. Нет такой профессии – «хороший парень».
Ответ заключается в особом отношении сэра Кроймана к сыну «настоящего друга и достойного человека». Практически, цитата. Ну да, на шалости Максика в корпорации смотрят сквозь пальцы, что для меня явная удача – не вылечу с работы по выходу из больницы. Разве что Петрович, начальник подгруппы на ковер вызовет. Что с него взять – бывший военный…
Уцепившись за уничижительный оттенок отзыва в памяти, раскручиваю очередную ниточку воспоминаний.
После череды жестоких войн, прокатившихся по всей Евразии, Лигой Наций принято решение о сокращении армий славяно-русских народов и введении миротворческого контингента.
Пресса и телевидение наперебой славили благородных и цивилизованных миротворцев и поливали грязью бывших военных бывших же собственных вооруженных сил. На той неделе, кстати, отличный блокбастер об этих событиях показывали по Ти-Ви. Там майор Кроми проник в подпольный центр разработки бактериологического оружия Сибирской республики и…
Стоп. Чем-то очень знакомым потянуло от всплывшей информации. На каком языке общаются миротворцы?
Английском.
Кто бессменно председательствует в Лиге Наций?
Англичане.
Кому принадлежат все крупные корпорации на русской земле?