Александр Голодный – Будущего нет! Кошмар наяву (страница 18)
«Мямлю, как школьник. Совсем потерялся, словно женщин век не видел!», — мысленно корил себя Сергей.
— Сережа, но ведь это все дорого…
— Я назад не понесу. И деньги у меня есть.
Она кивнула:
— Спасибо. Мне очень приятно. Я…
Девушку перебила неслышно вернувшаяся в коридор хозяйка:
— Лена, пригласи молодого человека в комнату. Держать людей в коридоре невежливо.
На лице Алены отразились радость и, словно бы, удивление. Но радости точно намного больше:
— Конечно, тетушка. Сережа, это моя тетушка, Инга Михайловна.
Автоматически приняв стойку «смирно» под внимательным взглядом строгих глаз, Сергей коротко кивнул и представился:
— Александров Сергей.
— По батюшке?..
— Васильевич. Сергей Васильевич.
— Очень приятно. Вы не будете возражать, если я буду вас называть, как и Лена: «Сережа»?
— Пожалуйста, Инга Михайловна. И мне очень приятно познакомиться.
Благосклонно кивнув, дама удалилась.
Улыбаясь, прижимая к груди подарки, Лена негромко, но радостно произнесла:
— Ты ей понравился! Ой! То есть вы, Сережа…
— Аленушка, давай перейдем на «ты»? Согласна?
— Конечно, согласна! Все, снимай обувь, пойдем ко мне в комнату.
Перед нарядом очень мудрым явилось решение сменить портянки на вязаные темно-коричневые шерстяные носки. И пусть уже не очень красиво заштопанные (трудился сам), но чистые и целые. Похоже, это отметила и девушка. Отправив на полку фуражку, Сергей шагнул вслед любимой.
Мебели в комнатах стоит немного. У хозяйки шкаф, сервант, диван и черно-белый «Таурас». В углу у окна под покрывалом угадывается швейная машина с ножным приводом. Комната тети проходная, наверное, выполняет функции и гостиной.
Лена в своей спальне довольствуется кроватью, стулом, шкафом с зеркалом и рабочим столом с закрепленными над ним двумя книжными полками. Стол украшает кассетный магнитофон «Весна». Цветы на широких подоконниках, чистые тюль и шторы добавляют уюта просторным комнатам с высоченными потолками. Паркетные полы сияют чистотой, на них лежат бордовые ковровые дорожки.
Порядок образцовый.
— Сережа, ты сейчас на службе?
— Да. Заступил на сутки в патруль.
— А как у тебя со временем? Ты на сколько отпросился?
Александров глянул на «Командирские»:
— Полтора часа.
Извиняющимся тоном поправился:
— Точнее, час. Перекусить еще надо забежать.
— Ты не ужинал? Подожди…
Аленка сорвалась с места. Оставшись один, Сергей огляделся внимательнее. Да, чистота и порядок, мебель не новая, но содержится аккуратно. Кроватка вот только узковата. Девичья. Постаравшись отогнать лезущие в голову эротические картины, обернулся навстречу вернувшейся Елене.
— Сережа, ты ужинаешь у нас.
— Неудобно. В первый раз, и сразу за стол…
— Нет. Так решила тетушка. И я. Не обижай нас.
— Хорошо. Спасибо.
И из самой души вырвалось:
— Я никогда тебя не обижу, Аленушка.
Смутившись, девушка опустила глаза:
— Сережа, мне надо помочь Инге … Михайловне на кухне. Посиди тут, на кровати. Сними пиджак, отдохни. Там журналы на столе, только они все женские…
— Спасибо.
Ремень со штык-ножом отправился на сидение, китель — на спинку стула. Подойдя к зеркалу, Александров причесался, окинул себя взглядом. В новой офицерской рубашке, с неуставной, но элегантной заколкой на галстуке — вполне пристойный вид. Брюки только мешковатые. Форменные, училищные, он их носил исключительно под сапоги в парадной форме, а в увольнение надевал сшитые на заказ в ателье военного городка.
На столе лежали «Работница» и «Крестьянка», на книжных полках — учебники, тетради, журналы «Роман-газета», «Октябрь», стопка номеров «Вязания», пяток свемовских кассет.
Взяв пару номеров «Работницы», Сергей пристроился на краешке кровати и попытался сосредоточиться на статьях.
А потом Алена позвала его мыть руки.
Они чинно сидели под красивой старинной люстрой с полукруглым матерчатым абажуром с кистями за овальным обеденным столом. Сергей старательно соблюдал правила культурного приема пищи, но безнадежно проигрывал в этом Инге Михайловне. Дама словно с отличием закончила институт благородных девиц, аристократически и в тоже время непринужденно отдавая дань ужину.
Стол украшали простые, но мастерски приготовленные блюда.
Картофельное пюре, образцовое, без комочков, тщательно размятое, с молоком и сливочным маслом. Говяжье-свиные котлеты, сочные, легкие, со специями, обжаренные в панировочных сухарях. Какой-то совершенно бесподобный соус и салат из ровно нашинкованной свежей капусты с моченой клюквой, заправленный подсолнечным маслом и капелькой душистого, сладковатого, домашнего яблочного уксуса. Контролировать себя и не перейти в режим стремительного поглощения всей этой вкуснятины оказалось довольно-таки затруднительно. Но Сергей старался, держа прямой спину, локти прижатыми к бокам и аккуратно действуя вилкой.
Тем не менее, порция закончилась довольно быстро.
— Может, добавки, Сережа?
— Нет, благодарю вас, Инга Михайловна. Наелся.
— Вы с таким аппетитом кушали…
— Все было очень вкусно. Великолепно приготовлено. Спасибо!
— На здоровье. А сейчас мы еще попьем чаю с вашими конфетами.
— Надеюсь, свежие. В «Белочке» брал.
— В «Белочке»? Да, там должны быть свежие.
Алена отправила в раковину тарелки с вилками, открыла застекленную дверку горки. Хозяйка подсказала:
— Из набора, Лена. Те, что сверху.
— Конечно, тетушка, хорошо.
Девушка выставила на стол новые, расписанные маками чашки с блюдцами и уточнила:
— Сережа, ты чай с травами пьешь?
— Да, с удовольствием.
— А с какими любишь?
— Со смородиновым листом и мятой.