Александр Гольд – Гекландия (страница 4)

Она первой добралась до связки бананов. Выбрала самый спелый, с небольшими коричневыми пятнышками — такой же банан был у повара на фестивале — и начала царапать его у основания. Уже через минуту этот банан лежал на песке, а за ним по стволу пальмы спускалась красивая бирюзовая гекко.

— Что тут у нас? — приговаривал себе под нос оранжевый геккон, в это время оказавшись в гнезде. — Так, родителей нет, это хорошо. Яйца еще тёплые. Значит, их только снесли, и в них ещё нет птенцов. Тогда возьму это!

Огненный геккон аккуратно взял зубами небольшое яйцо и быстро пополз вниз к подруге.

Добыв нужные продукты, оба геккона отправились обратно в Гекландию.

Наступил вечер.

Мираж нервно ходил от одного домика к другому и постоянно заглядывал то к Льдинке, то к Огоньку. Ему не терпелось попробовать блинчики и мороженое.

— Так! Перемешиваем кокосовую массу, еще больше кокосового молока и муки. Конечно не забудем добавить яйцо. Теперь мешаем, мешаем, мешаем. Немного поджарим с одной и с другой стороны. Первый готов! — слышалось из домика огненного гекко, который умело пользовался своей способностью — он поджаривал блинчики огненным дыханием.

— Хорошо перемешать кокосовую мякоть. Немного подмораживать, помешивая. — Такие слова доносились в это же время из снежного домика. — Добавить растолчённый банан. Ещё немного подморозить. И, перемешивая, добавить немного ягод малины. Ой, какие они сладкие! Тогда ещё парочку. И мешаем, мешаем, мешаем. Теперь раскладываем в формочки, вставляем палочки и ещё немного подморозим.

— Всё, готово! — первой выкрикнула из своего домика Льдинка. И вынесла всем получившееся мороженое.

— У меня тоже! — послышался голос Огонька, и повар-геккон появился на пороге своего дома со стопкой скрученных в трубочки блинчиков.

Все взяли по одному блинчику и одному мороженому. Каждый, откусывая то мороженое, то блинчик, не переставал восторгаться получившимися лакомствами.

И без добавки, конечно же, не обошлось!

— А у меня тоже для вас есть сюрприз, точнее, для нас с тобой, Льдинка, — сказала Молния после вкусного ужина и, взяв подругу за лапу, повела за домики.

— Какая прелесть! — завизжала от радости снежная гекко. И плюхнулась в одну из кокосовых половинок, оставшихся после того, как из них выскребли всю мякоть.

Пока готовилось новое лакомство, изобретательная Молния нашла им применение.

…Теперь две кокосовые скорлупы стояли рядом. Они стали ваннами.

А в них, глядя на звёздное ночное небо, под звук бушующих волн океана купались две подруги — Молния и Льдинка.

История четвёртая. В поисках привидения

Одной очень тёплой ночью в Гекландии было как-то неспокойно.

Мираж вышел из своего кокосового домика и стал оглядываться по сторонам: вроде всё как обычно. Где-то недалеко убаюкивающе плещутся о берег волны океана. А на шуршащих от лёгкого ветерка листочках расположились светлячки и тихо стрекочут между собой.

«Тогда почему не спится?» — подумал красный геккон и, сменив окрас на коричневый, под стать своему домику, вернулся в него. Однако и минуты не прошло, как он вновь вскочил и, высунувшись, уже вслух спросил:

— Да что это?

— Ты тоже слышишь? — подхватила Льдинка. Её заспанная бирюзовая мордочка наполовину высунулась из снежного домика.

— Да, но не пойму, что это. Раньше такого звука я никогда не слышал.

— Что вы опять полуночничаете? — широко зевнув, поинтересовался оранжевый геккон Огонёк.

Он тоже вышел из своего домика, завернувшись в одеяло из бархатистого листика. И, словно немного продрогнув, посильнее в него укутался.

— Ну раз все проснулись, тогда просто пойдемте прогуляемся в сторону этого гула и посмотрим, кто это там такой, — предложила фиолетовая гекко.

— Ты думаешь, это кто-то? — испугалась Льдинка и тут же вернулась в свой дом.

— Не бойся, уж вместе нам точно ничего не страшно, — ответила Молния и, взяв подружку за лапу, повела всех в сторону кокосовой пальмы.

Именно оттуда и доносился непонятный шум, а точнее — протяжный завывающий гул. И от этого завывания он пугал ещё больше.

Первой шла храбрая Молния, уверенная, что абсолютно всё и всегда можно объяснить.

За собой она вела Льдинку, которая при каждом новом дуновении ветерка плотнее прижималась к подруге.

Третьим шёл Мираж. Соответствуя своему имени, он постоянно менял окраску и поэтому казался нереальным. Он становился то красным, то полностью синим, затем, как пчела, полосато-жёлтым или, как тигр, оранжевым с чёрными полосками. Мираж умел «подкрашивать» свои чешуйки под любой предмет или поверхность. А сейчас он просто старался выглядеть как можно более угрожающе. Хоть ему тоже, как и Льдинке, было страшновато, но он никому об этом не говорил. И ни в коем случае не показывал этого своим видом.

Последним шел упитанный оранжевый геккон, по-прежнему укутавшись в тёплый ворсистый листочек с куста. Кстати, этот куст назван очень необычно: «Чистец шерстистый». Его листья и правда мягкие и тёплые, как домашнее одеяло.

Огонёк, как обычно, потихоньку что-то жевал, успев прихватить с собой в дорогу съестного.

Гул то появлялся, то затихал. Но определённо он шёл со стороны кокосовой пальмы. И чем ближе подходили друзья к краю своего тернового кустарника, тем отчетливее и громче был слышен странный звук.

— Ничего не вижу. Откуда этот гул? — спросила Молния.

Она первой подошла к колючим веткам куста. Рядом стояла пальма.

— Я тоже ничего не вижу, — сказала немного дрожащая Льдинка.

— И я, — присоединился к ним Мираж.

— Но кто тогда здесь воет? — с чавканьем доедая вкусняшку, поинтересовался переставший наконец зевать Огонёк.

Затем он внимательно осмотрелся вокруг и даже немного вышел из-за колючек.

В этот момент вновь появился гул.

— Так, подождите! — воскликнул он. — Шум точно идёт из нашего кустарника.

— Но здесь ничего нет!

С этими словами Молния ещё раз огляделась вокруг.

Друзья вновь всё проверили, но, так ничего и никого не найдя, вернулись домой.

Ночь оказалась бессонной, страшный гул не прекращался. И наутро все жители Гекландии ходили как не до конца ожившие мумии. Они еле передвигали лапки, то и дело стараясь прислониться к какой-нибудь веточке или присесть и закрыть глаза.

Утром, днем и следующей ночью всё было спокойно. Необычный гул не появлялся.

Так же тихо прошли еще две ночи. Пугающего шума слышно не было.

Как вдруг вечером третьего дня, когда на пляже вновь появились волны, жителей тернового кустарника напугал тот самый страшный завывающий гул.

— Он вернулся! — вполголоса произнесла бирюзово-белая гекко.

— Не бойся, Льдинка, — успокоил её огненный геккон. — Мы сейчас сходим с Миражом и посмотрим. Вдруг в этот раз найдем того, кто шумит и беспокоит нас.

— Нет, погодите! — остановила их Молния.

И, словно от испуга, по ней пробежало несколько электрических разрядов. Да, теперь и ей стало не по себе. Сегодня гул был страшнее, а ведь по-настоящему тёмная ночь ещё даже не начиналась.

— Я что, один в это не верю? — спросил как всегда спокойный оранжевый геккон.

И не услышав ни одного ответа, он понял: да, теперь и Молния боится. Тогда что уж говорить про Миража и тем более про Льдинку.

Кое-как пережив ночь и в очередной раз не выспавшись, друзья собрались утром. Молча и таким же строем как раньше, но уже в утренних лучах солнца, они отправились проверять свой терновник. Именно то место, откуда всю ночь до них доносился устрашающий вой.

— Ничего, снова ничего! Ни шума, ни кого-то подозрительного. Непонятно! — подытожил Огонёк после того, как сперва все вместе они ещё раз осмотрели место, откуда доносился гул, а затем и полностью обошли свою колючую Гекландию.

— Что же делать? Ещё одну такую ночь я просто не переживу, — почти заплакав, очень тихо произнесла снежная гекко.

— Не беспокойся, до вечера я что-нибудь обязательно придумаю, — постаралась её успокоить Молния и приобняла подругу.

Спустя некоторое время на раскаленный палящим солнцем песок из домика кубика-рубика стали вылетать различные интересные штучки. Моторчик от детской машинки, кружка от кукольного набора посуды, пара шестерёнок от механических часов, кусочек проволоки, монетка и много другого.

— Ничего не подходит! — выкинув последнюю вещь, расстроилась Молния.

Затем присела рядом со своим добром и задумалась. Она пыталась понять, как хоть что-то из этого может им помочь вечером и особенно ночью.

Почти час Молния по одному перебирала свои сокровища и внимательно изучала их. Закрутила одну из шестерёнок, и та встала неподвижной юлой на своей блестящей ножке. Волчок вертелся очень красиво.