Александр Го – Пепел (страница 4)

— Да не, вот мне он рассказывал про какого-то Вольгу, мужика в возрасте, форменного мудреца, — рассказчик хохотнул, а у меня по всему телу побежали неприятные мурашки. Нахлынули воспоминания, я с трудом скрывал свою реакцию, тянул улыбку. — А кто-то говорил, что он и с туалетом дискуссии вёл, как засядет в кабинку, так и сидит, часами спорит будто с кем-то. Так вот, пару месяцев назад, заявляется это чучело в Предбанник. А у нас как раз сходка была. Все навеселе, на расслабоне…

— Что за сходка? — перебил я.

— Это когда раз в полгода сюда ветераны приходят, бывалые сталкеры из центра Зоны. Их Старший принимает, как дорогих гостей, говорят, все они его друзья. Ну вот была сходка в тот день. И значит, пошёл вечером, как мне рассказывали очевидцы, Трутень сначала к Свинцовому. Прозвище у Свинцового крутое, а харя широкая и детская. Но репутация у него очень хорошая. Подходит, значит, и говорит: «Свинцовый, ты меня не знаешь, но я о тебе наслышан, вот тебе от меня подарок». И достаёт новенькую винтовку штурмовую. Эту… Как её. Неважно, в общем, иностранную, новенькую, она чуть ли не в масле с завода. Но Свинцовый поблагодарил и подарок оценил, говорит: «Я с таких стрелял, но эта прям чудо, как-то даже и легче по весу». Потом, значит, пошёл Трутень к Буряту. Подарил ему компас, ну обычный такой, говорит: «На память». Ну, Бурят вежливый, подарок принял, хотя у виска, конечно, покрутил. А потом он к Седому подошёл, даже не спрашивай к какому, у нас тут в Зоне Седых полно, даже у меня уже пробивается. Вручил Трутень ему шлем с респиратором, такой потрёпанный. Уж не знаю, я бы даже и не принял, выкинул бы. — Ванька-рассказчик замолчал и о чём-то задумался. Тихо потрескивал костёр, пожирал новые поленья, которые только что подкинул Дима.

— Ну а мораль истории какая? — спросил я.

— Ну какая? Вон, пошёл Трутень в дома заброшенные и повесился. Всё. Это его предсмертные подарки были, воля его. Ну а эти трое как наутро узнали, так и сели на месте. Теперь они боятся расстаться с этим барахлом. Трутень, как знал, самых суеверных выбрал. Один только Свинцовый не нарадуется, у него-то подгон хороший, ствол новёхонький.

— Ну и зачем он это сделал? В чём смысл? — спросил я.

— Да нету тут смысла, —Дима развёл руками. — Это же тебе не басенка и не притча, чтобы с моралью.

Внезапно кто-то похлопал меня по плечу, я вздрогнул от неожиданности, подскочил и резко обернулся. Компания у костра не удержалась от смешков, даже безучастный Ванька поднял голову, чтобы посмеяться с товарищами.

То незаметно ко мне подкрался Дирижёр. Молча кивками он позвал меня в сторону.

— Ну что? — тихо спросил я, когда мы отошли от костра.

— Старший сказал, все дома с удобствами заняты. Можешь занять любой нежилой, до утра. Если захочешь подольше побыть, то оплата по тарифу плюс обязательства в виде вахты.

— Странное у вас гостеприимство на краю Зоны. Ладно, я тут надолго не задержусь, пусть Старший не беспокоится. Деньги перевёл, проверь счёт.

На этом мы попрощались, и я пошёл искать себе ночлег. Мне приглянулась хата без окон и двери, которая будто пялилась на меня пустыми глазницами. У неё было удобное расположение: не слишком близко к обжитым домам, но и не окраина. Из окон хорошо просматривалась центральная улица, позади располагался ещё один заброшенный дом, а за ним шёл уже редкий подлесок.

На удивление внутри было подметено и даже присутствовали остатки мебели: диван с торчащими из-под обивки пружинами и кривой журнальный столик. Спать на диване я бы не решился, будь он хоть только что из магазина и застеленным шёлковым постельным бельём. «Зона» и «комфорт», несмотря на частое соседство в обиходе, для сталкера были словами несовместимыми.

Я расстелил пенку и спальный мешок в самом центре пустующего зала. Уселся сверху и достал фонарик.

Луч света облизал голые стены и на потолке прямо на центральной балке выхватил обрывки крепкой верёвки. Петля валялась на полу неподалёку.

По телу побежали мурашки.

Чёрт бы побрал этих шутников! Наверное, развесили их в каждом доме и травят свои байки у костра для каждого новоприбывшего.

Мне почему-то стало не по себе, где-то затерялся мой внутренний скептик и циник. Тем более часть истории заставила вспомнить прошлое, а следовательно, могла быть правдой.

Я вышел на улицу подышать воздухом, будто внутри дырявой лачуги его было недостаточно. Поспать нужно в любом случае, но пока не хотелось.

Я обошёл лачугу, и моё внимание привлёк другой дом. Он выглядел таким же заброшенным, только в оконные проёмы зачем-то вставили решётки. В голову закрались подозрения и неприятные мысли. Знал я когда-то одну деревню с тюрьмой для сталкеров. Неужели история настолько циклична?

Как можно тише я подобрался к подозрительной хате и, аккуратно заглядывая внутрь, через решётки, начал проверять каждое окно.

Лицо в третьем по счёту проёме появилось так внезапно, что я отпрянул назад, споткнулся о камень и чуть было не упал на спину. Я умудрился испугаться дважды, а может быть, и трижды за первый вечер в Зоне. На этот раз сильнее, чем от подкравшегося Дирижёра.

— Ты кто? Ты чего там делаешь? — я говорил шёпотом и медленно подходил к окну.

Лицо незнакомца было настолько бледным, что заметить его, можно было даже в самую тёмную ночь. Он что-то промычал, его рот был заклеен клейкой лентой.

— Твою мать. Прислонись к решётке, я отклею.

Намотали щедро, несколько мотков вокруг головы, пришлось воспользоваться ножом. Спустя секунды бледный сплюнул на пол и тихо выругался.

— Суки… Ты новичок? Вытащи меня отсюда, умоляю. Эти козлы меня сегодня собирались пристрелить, но, видимо, планы изменились.

— За что тебя сюда посадили?

— А ты с Дирижёром пришёл? Он часто сюда новичков водит, — пленник осклабился, будто речь шла о его злейшем враге. — Только вот новички дальше Предбанника не уходят.

— Говори тише, — шикнул я. — Сначала расскажи, что происходит, а я подумаю, вытаскивать тебя или нет.

— Тебя как зовут? — в его голосе послышалось отчаяние.

— Лоцман.

— А я Столяр. Послушай, Лоцман. Эти уроды построили тюрьму. Если сталкер попал в Предбанник и никто об этом не знает, то всё, пиши пропало. Сталкера в расход, хабар в общак.

— Хочешь сказать, что Старший и его люди – обычные мародёры? Но они же водят в Зону новичков, и у них неплохая репутация за Периметром.

— Именно. Его шныри водят сюда новичков, когда нормальные проводники ведут через Кордон. А репутация не всегда соответствует совести. Послушай, если я выберусь отсюда. Если ты мне поможешь, я всё расскажу своим, на Кордоне. Я сюда вернусь, мы тут всё сожжём, весь Предбанник вместе с лесом. А этому старому калеке я отрежу оставшиеся конечности, чтобы он ползал по земле как червь.

— Так он ещё и инвалид?

— Да, безногий. Не знаю, как он выживает и почему его слушаются. Больше тебе скажу, есть слух, что никто его лица, кроме самых приближённых, никогда и не видел. Даже Дирижёр с ним общается через дверную щель. Может быть, он вообще не тот, за кого себя выдаёт. Выродок какой-то мутный. Блин… Выручай, Лоцман. В долгу не останусь.

Столяру я не доверял. Он мог и соврать, однако самодельную тюрьму в Зоне я уже видел при похожих обстоятельствах.

— И как ты сюда попал?

— Долгая история. Я искал пропавшего товарища, а тот, в свою очередь, искал пропавшего новичка по заказу клиента с большой земли.

— Нашёл?

— А ты сам как думаешь? Никого в живых уже давно нет. Освободи меня, Христа ради.

— Если обманешь, прикончу, — сказал я и тут же замолчал, прислушиваясь к округе.

— Непохож ты на новичка. Тем лучше. Помоги мне и свалим отсюда вместе.

Я обошёл дом и нашёл массивную дверь с обычным амбарным замком. Такая себе тюрьма. Впрочем, безоружный, обессиленный и связанный пленник вряд ли что-то сможет предпринять даже против подпёртой веткой двери.

Я вернулся к своему рюкзаку, расстегнул боковой карман и достал из него складной пистолет-пулемёт. Не хотел доставать оружие так рано, но Зона и эти люди, по всей видимости, не оставляли мне выбора. Однако сегодня я не собирался никого убивать, только если в целях самозащиты.

Рюкзак забрал сразу, оружие перекинул через плечо и вернулся к замку. В теории его можно было сломать, если лезвие ножа пролезет в дужку, а корпус замка окажется не из самой прочной стали. Мне повезло. Нож не сломался, зато тихо отломился кусочек корпуса. Слава Китаю.

Столяр уже ждал за дверью. Когда она открылась, готов поклясться, он бы кинулся меня обнимать, не будь его руки связаны за спиной. Я поспешил освободить его от пут, при этом не теряя бдительность.

— Спасибо, Лоцман. Не забуду, — мне показалось, что на его глазах заблестели слёзы. — Приходи на Кордон или пошли со мной. Эти отморозки у меня всё отобрали, но я договорюсь о награде.

— Спасибо, награда подождёт. Я пойду мимо Кордона, может быть, на обратном пути загляну. Ты давно тут сидишь?

— Достаточно. Точно не скажу, не считал. Они меня мариновали, выпытывали, зачем я к ним пришёл.

— Выпытали?

— Я им соврал, повелись как миленькие.

— Оружие надо?

— До Кордона недалеко, а я знаю несколько безопасных путей, доберусь как-нибудь.

— Погоди. Возьмёшь поесть? А то не дойдёшь ведь.

— Спасибо, тебя мне Бог послал.

Вдвоём через лес мы как можно тише добрались до окраины Предбанника, преодолели заросли кустов и вышли в поле. От него в ускоренном темпе двинули в сторону дороги. Из Предбанника нас вряд ли можно было увидеть.