Александр Герда – Девятое правило дворянина (страница 8)

— Как это? Вообще-то я думал, что завтра мы с остальными селами закончим, а потом нас на новую территорию перебросят. Что-то не очень справедливо получается, господин бригадир 1-го класса, как самую сложную работу делать, так вроде бы нужны мы вам были, а теперь покидайте расположение лагеря…

— Ну, мало ли, что ты думал, Владимир Михайлович, — нахмурился Алабин. — Индюк вот тоже все думал, да в суп попал. Да я здесь и ни при чем, граф… Ты приказам подчиняешься, я тоже приказам подчиняюсь, а начальников у нас с тобой хватает.

— Конкретней можно, Константин Игоревич?

— Можно. Распоряжение мне насчет тебя и твоей группы пришло. Между прочим, с самого верха. В дальнейших боевых действиях тебе участвовать запрещено.

— Что так?

— Откуда я знаю? Тебе виднее, — пожал плечами Алабин. — А завтра в восемь утра тебя и Соловьеву ждут в Кремлевском дворце, понятно?

— Понятно, что здесь непонятного.

— Ну раз так, тогда не задерживаю, Соколов. Если дали вам возможность до утра поспать — пользуйтесь. Не тот момент, чтобы такими щедрыми предложениями разбрасываться.

— Благодарю за совет, Константин Игоревич, — кивнул я ему. — Удачи вам.

— И вам, Владимир Михайлович. Чувствую я, что вам она больше понадобится… Меня-то в Кремлевском дворце завтра в восемь утра никто не ждет, граф.

Глава 5

Великое Московское княжество.

Кремлевский дворец.

Кабинет Императора.

Общая тревожная обстановка, связанная с внезапным вторжением нечисти, конечно, очень сказалась на жизни города и главным образом тем, что пробок стало еще больше. Если раньше утром по Москве просто было сложно проехать, то сейчас эта задача стала практически невыполнимой.

Всему виной обилие техники и военных, которых можно было видеть повсюду. Если честно, я даже не думал, что у нас их столько есть в княжестве.

Все это при том, что город продолжал жить своей жизнью, а значит и остальной транспорт с дорог никуда не делся. Поэтому дороги как и прежде с самого утра были забиты машинами, как сельди в бочке.

Глядя на все это с высоты птичьего полета, я в очередной раз подумал о том, что прикупить себе вертолет было просто отличной идеей. Если бы не он, то это во сколько нужно было бы выезжать из Ясных Горок, чтобы наверняка к восьми в Кремлевском дворце оказаться? Судя по тому, что я видел — не иначе как с вечера вчерашнего дня, а то был риск опоздать.

Я был не один в своем мнении, Василиса, которая сидела рядом со мной, придерживалась точно такой же точки зрения. Кстати, она мне лишний раз напомнила, что я в свое время ей тоже советовал вертолет прикупить и теперь радовалась своей женской интуиции, которая ее не подвела и не дала совершить этот поступок.

Ну здесь я с ней полностью согласен. Иначе было бы у нас после свадьбы два вертолета, а это уж точно ни к чему — двух слонов, как на мой взгляд, нам вполне достаточно.

Когда мы прибыли в Кремлевский дворец, то нас сразу же встретили и без лишних расспросов повели по длинным коридорам. Навстречу нам то и дело попадались чиновники с хмурыми лицами, большинство из которых были в военной форме, хотя встречались и Мироходцы. Пересекаясь с ними взглядами, мы кивали друг другу, хотя практически всех из них я видел впервые.

Куда девалась былая неспешность этого места? Обычно по этим коридорам гости прохаживались гораздо медленнее. С интересом рассматривая всех, кто попадался навстречу и раздумывая, что бы этот дворянин или чиновник мог делать во дворце. Разумеется, еще и припоминая все слухи, которые были с ним связаны.

Особенно отличались этим дамы, которые раньше, как мне кажется, вовсе бесцельно бродили здесь в поисках приключений на свое мягкое место и сплетничая по любому удобному поводу. Теперь же представительниц женского пола мы не встретили вовсе.

Когда мы вошли в приемную императорского кабинета, часы показывали без пяти минут восемь. Увидев нас, ему доложили о нашем приходе и нам даже ждать не пришлось — нас пригласили сразу же.

В кабинете Императора кроме него самого были еще два человека и оба были нам известны. Василий Денисович Гринев и начальник особого отдела Уваров Федор Петрович. Я хорошо помнил его. Он в свое время представлял Салтыкову на той самой большой встрече, где она делала доклад насчет своего артефакта, благодаря которому и началась вся эта история с ключами…

Надо же, как быстро летит время. Кажется, что это было совсем недавно, буквально пару недель назад, а на самом деле пролетел год. Практически все ключи собраны, да и Салтыкова к Департаменту имеет уже весьма далекое отношение… Что поделать, все течет, все меняется…

— Госпожа Соловьева… Граф Соколов… — поприветствовал нас Николай Александрович и указал на несколько свободных кресел, которые стояли вдоль его стола. — Прошу садиться.

— Доброе утро, Ваше Императорское Величество, — чуть ли не хором ответили мы с Василисой и выбрали места поближе к нему.

— Хотите чего-нибудь? Чай, кофе? — спросил он.

Я отказался, а вот Соловьева попросила чашку кофе. У Василисы была привычка пить утром несколько чашек подряд, без этого она никак не могла проснуться. Зато потом в течении дня она пила кофе редко, а зачастую и вовсе обходилась без него.

Кофе принесли в кабинет так быстро, что создалось ощущение, будто слуги дежурят под дверью на всякий случай. Причем со всеми возможными вариантами напитков — мало ли чего захочется Николаю Александровичу или его гостям?

После того, как слуги вышли, и мы остались в кабинете одни, Император внимательно посмотрел на меня, затем на Соловьеву и вдруг усмехнулся.

— Ребята, а чего со свадьбой так долго тянули? Вот теперь придется сначала нечисть из княжества выгонять… Что за молодежь нынче пошла нерешительная?

— Так получилось, Ваше Императорское Величество, — ответила Василиса и красноречиво посмотрела на меня.

Вот я не понял, это что сейчас было? Я так понимаю, это Соловьева намекает, что как только ей предложение сделали, так она и согласилась, а я просто тянул долго? Ох уж эти девочки! Всегда мы крайние остаемся…

— Ну ладно, что поделать… — пожал плечами Император. — Значит придется сначала с нечистью разбираться. Месяцем раньше или месяцем позже — это уже существенной роли не играет.

— Будем стараться выгнать поскорее, Николай Александрович, — сказал я. — Мы вчера уже начали и получилось вроде бы неплохо.

— Да, Владимир Михайлович, мне уже доложили об успехах вашей группы, и я полностью с вами согласен — сработали просто здорово. Впрочем, как всегда. Собственно говоря, именно поэтому, вы сейчас в моем кабинете с Соловьевой и находитесь.

Он немного помолчал, а затем продолжил.

— Есть решение… Причем решение это не только мое, а целой группы специалистов, которое мы вчера выработали на оперативном совещании… Думаю выгонять нечисть из Великого Московского княжества мы будем без вас. Ну и без вашей группы, разумеется. С сегодняшнего дня вы в полном составе выводитесь из боевых действий.

Вот это нормальные такие новости с утра пораньше, нечего сказать… Нормально же сидели, разговаривали…

— Разрешите узнать за что попали в немилость, Ваше Императорское Величество? — попросил я. — Если, конечно, не государственный секрет. Мы с ребятами вроде бы ничего такого не делали и вреда Отчизне не наносили…

— Само собой, — кивнул Романов. — Даже более того, одна польза от вас. Вот поэтому и приняли мы такое решение.

В этот момент я почувствовал, что сидящая в соседнем кресле Василиса, тоже инстинктивно напряглась. Похоже, ей также совсем не нравилось то, что она сейчас слышала.

— Не горячитесь, граф. Поверьте, решение не самое простое для нас всех, — посоветовал мне начальник особого отдела. — Дайте закончить Николаю Александровичу.

— В общем, суть вот в чем, Владимир, — как ни в чем не бывало продолжил говорить Император. — Ситуация сложилась странная и главное дело в вашей ненаглядной невесте… С одной стороны, она нам очень нужна здесь и ее помощь часто неоценима, с другой же — каждое участие в бое, это риск ее потерять.

— На войне, как на войне… — пробормотал Гринев.

— Все верно говорит Василий Денисович, а это значит, что Василиса Тимофеевна в любой момент может погибнуть смертью храбрых, а это… — Романов нахмурился и посмотрел на некромантку. — В общем, давайте называть вещи своими именами — учитывая, что нам осталось достать последний, девятый ключ… Гибель Соловьевой, это будет просто катастрофой. Собственно говоря, мы думаем, что весь этот прорыв и задумывался с той самой целью, чтобы не допустить захвата девятого ключа.

— Некроманты понимают, что как только он у нас окажется, мы сразу же начнем работы по созданию способа проникновения к ним, так что это очевидно, как день, — сказал Федор Петрович. — Допускать Соловьеву к сражениям — слишком неоправданный риск. Вас, Владимир Михайлович, это тоже касается. Ваша смерть, между прочим, тоже ненужный расход ценного биологического материала. Уж извините за прямоту, но такой человеческий ресурс нужно использовать более выгодно, а не в обычных полевых сражениях.

Ну такое себе ощущение. С одной стороны, приятно слышать, что я «ценный биологический материал», с другой же как-то не устраивает сама постановка вопроса… Хотя… По крайней мере честно, что сказать.

— Не обижайтесь, если что, — дополнил Уваров, глядя, что я о чем-то размышляю. — Я не хотел вас обидеть. Просто привык называть вещи свои менами.