Александр Герда – Девятое правило дворянина (страница 4)

И еще человек. Огромный человек, на груди которого светится медальон. Я знаю, это артефакт призыва. Похожий на тот, что сейчас согревает приятным теплом мою грудь. Кто знает, может быть их даже сделал в свое время один и тот же мастер артефактов…

А еще я знаю, что это и есть хозяин огнеподобных. Тот, ради которого я здесь нахожусь и теперь пришло мое время.

Я сосредотачиваюсь на мысли о встрече с этим человеком и сам не замечаю, как стремительно приближаются ко мне исчерченные рунами круги, в центре которых он ждет меня.

С каждым мгновением он становился все ближе. Я вытащил Рассвет и с улыбкой ждал, когда наконец мы встретимся.

Сабуров сказал, что Багровый Трилистник существует сотни лет, а значит этот человек имеет более глубокую связь с огнеподобными чем я с Лучезарным. Он почувствовал, что его высшему существу грозит опасность и пришел ему помочь. Вот только он опоздал, спасать больше некого, и эта мысль меня очень радовала.

Кстати, интересно, где он был в тот момент, когда его артефакт призыва дал ему знать о том, что с его высшим существом произошла беда… Может быть общался с очередным заказчиком?

Тем временем я оказался напротив него и смог повнимательнее рассмотреть этого человека. Хотя, человеком назвать его можно было с большой натяжкой. Когда-то давно может быть он им и был, но сейчас передо мной стояло нечто огромное с черной кожей и огромным кривым мечом в руках.

Он смотрел на меня… С ненавистью? Нет. Это было что-то другое. В этом взгляде мешалось слишком много различных чувств: злоба, отвращение, ярость, гнев и еще много всего…

Не сказав ни слова, он пошел в атаку. Его меч словно сверкающая молния летал вокруг меня, сплетая стальной узор смерти, и мне понадобилось все мое мастерство, чтобы не попасть под его удар. В мою пользу играло и застилавшее его разум чувство гнева, что делало его движения гораздо более резкими, чем ему хотелось бы.

После первой атаки мы замерли друг напротив друга, тяжело дыша. Пришло время оценить своего соперника еще раз. Что касается меня, то я очень жалел о невозможности использовать магию времени. Хозяин огнеподобных был классным бойцом и сейчас помощь моего Дара была бы очень кстати.

Думаю, и он взглянул на меня по-другому. Выдержать такую атаку было непросто. Лично мне помогли лишь долгие годы тренировок и талант моего учителя, который не давал мне в свое время спуску на далеком родном Эпсилуме. Благодаря этому я собирался преподать урок этой огромной многовековой горилле.

С этой мыслью я бросился в ответную атаку и с удовольствием отметил, что заставил его пятиться и отбиваться. Да, к сожалению, мне не удалось пробить его защиту, однако я увидел в его глазах легкое смятение и это было отлично.

Третий раз мы сошлись нанеся друг другу удары одновременно. Я ушел от его меча, но в этот момент увидел, как в его второй руке блеснуло лезвие метательного ножа, а затем я почувствовал сильный удар в правое плечо и меня пронзила острая боль.

В тот же момент перед глазами ярко вспыхнул Багровый Трилистник, который держал в руках Болотов. Ну что же, по крайней мере я получил ответ на вопрос кто обменял мою жизнь на свою душу. Теперь осталось сделать все возможное, чтобы этот обмен не состоялся…

Я переложил Рассвет из правой руки в левую, резко развернулся и нанес несколько быстрых ударов, которые стали полной неожиданностью для моего врага. Видимо он никак не ожидал, что я отвечу ему атакой с левой руки, а зря! Правой я, конечно, владею чуть лучше, но совсем ненамного. Не настолько, чтобы не представлять из себя угрозы.

Первый мой удар скользнул по его плечу, а вот второй рассек живот и его кишки вывалились наружу. Они падали на исчерченный рунами круг и с шипением исчезали, оставляя после себя яркие алые круги на нем.

Последнее, что я услышал — это еще один крик моего врага и теперь уже смертельный… Похоже я победил в этой схватке, вот только мне не очень понятно, что это за кинжал такой, который с легкостью пробивает Адамантиновую Броню?

Однако найти ответ на этот вопрос я просто не успеваю — меня будто сковывает льдом, и я теряю сознание от дикого холода.

Очнулся я от адской жары. Такое ощущение, что кто-то проводит надо мной эксперименты — сначала лютый холод, потом вот невыносимая жара. Причем в полном смысле слова невыносимая, настолько, что я даже дышать не могу. Если прямо сейчас не глотну чего-нибудь холодного, то просто сгорю.

Делаю глубокий вдох и открываю глаза. Незнакомое помещение, бревна вокруг, жара стоит такая, хоть прячься от нее… Не понял, я что, в бане что ли?

Провел рукой по телу… Ну так и есть, точно в бане. Из одежды одни трусы, мокрый весь… Я попробовал сесть и в этот момент мое правое плечо пронзила острая боль. Твою мать! Меня же этот сукин сын метательным ножом проткнул…

Я посмотрел на плечо и удивился — рана была аккуратно и умело зашита. Как будто работал профессиональный целитель. Кое-как встал на ноги, вышел из парной и облегченно вдохнул свежий прохладный воздух.

Надо же, какое блаженство! Баня, кстати сказать, знакомая. Не иначе как Сабуров меня все-таки вытащил из того мира, как и обещал. Вот только зачем он в баню-то меня засунул? Чуть не угорел… Неужели от холода спасал?

В этот момент дверь открылась и в предбанник вошел князь-дракон.

— Доброго дня, Дмитрий Федорович, — поприветствовал я его.

— Очнулся значит? Ну ты герой просто, Соколов, — хмыкнул он и покачал головой. — После такого яда выжить — это не всякому дано. Два дня всего провалялся…

— Два дня⁈ — удивленно воскликнул я и схватился за плечо, которое тут же болью напомнило о себе.

— Угу, — кивнул он. — Через час уже третий пойдет.

— А я-то думаю, чего у меня живот от голода сводит? Теперь понятно, как может быть иначе, если двое суток ничего не ел?

— Если есть хочешь, то это хорошо. Поднимайся тогда наверх, буду тебя обедом кормить и новости срочные рассказывать.

— Прямо срочные? — усмехнулся я. — Неужели Британская империя нам войну объявила.

— Почти угадал, — нахмурился Сабуров.

— Не тяни, князь, говори, что случилось?

— Нечисть напала на Великое Московское княжество, — ответил он. — Сразу несколько прорывов одновременно, так что бойня там сейчас идет по полной программе.

— Шутишь⁈

— Какие уж тут шутки… Пошли обедать, сейчас все за едой расскажу.

Глава 3

Пока я ел, Сабуров рассказывал мне последние новости. Понятное дело, что никакого вкуса блюд я не чувствовал, да и вообще не особо смотрел, что я ем. Скорее просто запихивался едой, чтобы в организм попало больше витаминов.

Судя по рассказу Дмитрия Федоровича, выходило так, что нечисть напала на Великое Московское княжество примерно через шесть часов после того, как он вытащил меня из мира высших существ.

По той информации, которая у него была, что-то около двадцати прорывов одновременно, но насколько эти сведения точны, он, разумеется, не знал. Ну да ладно, это я и без него выясню. Пока мне главное знать основное, а это сам факт нападения и что князь-дракон явно не шутит.

— Что делать планируешь? — спросил Сабуров, отвлекая меня от моих размышлений, в которые я погрузился после его рассказа.

— Все по плану. Сейчас в Москву, затем связываюсь с Департаментом, узнаю текущую ситуацию, а дальше будет видно. Думаю, без работы они меня не оставят.

— Понятно, — кивнул он. — Жаль времени на дорогу много потеряешь. Хотя, по моей информации, у тебя на большой земле вертолет имеется…

— Есть такое дело, — согласился я. — Но вертолет без меня в Москву полетит. Имеется у меня средство более быстрой доставки моего тела в родное имение.

— Неужели артефакт какой-нибудь?

— Ага, подарок одного парня из Бухары.

— Славное место, — погладил бороду Дмитрий Федорович. — Принимают там хорошо, а вот подарки за красивые глаза не делают. Ты прямо весь из сюрпризов состоишь, Владимир Михайлович. Не хотел бы я твоим врагом становиться.

— Надеюсь и не станете, князь. Нам с вами делить друг с другом вроде нечего, так что поводов для ссоры не вижу, — сказал я. — Спасибо вам за помощь. Теперь я ваш кровный должник, выходит.

— Кровный? Да нет, ты уж палку не перегибай. Все самое сложное ты сам сделал вместе с Лучезарным. Он огнеподобного убил, ты его хозяина прикончил, так что моя заслуга невелика, — он пожал плечами, затем взял с тарелки маленький соленый огурец и в один миг съел его. — Лишь только обратно в наш мир тебя вытащил, только и всего. Так что привезешь подарков каких-нибудь редкоземельных и будет с тебя.

— Вы же меня от смерти спасли, Дмитрий Федорович… Кто бы мне рану лечил, кроме вас?

— Ну это тоже ерунда… — отмахнулся он. — Так, травки всякие, да припарочки… Вот подарками за все вместе и расплатишься. Побольше привезешь значит, сколько не жалко.

— Хорошо, притащу сколько в Рюкзак влезет.

— Вообще, рана плохая… Помучает она тебя еще. Такое за один день не лечится. Оружие, которым тебя хозяин огнеподобного потчевал, проклятое и часть его в твоем теле навсегда осталась. Не думаю, что прям сильно болеть будет, но мало приятного…

Если это так на самом деле, то новости хреновые. Как-то не очень хочется жить с ощущением того, что меня какая-то гадость изнутри точит.

— Князь, навсегда — это слово какое-то слишком печальное. Может все-таки можно что-то придумать?