Александр Герда – Черный Маг Императора 25 (страница 7)

Все было хорошо этим прекрасным утром за исключением одного момента — урока по магии крови. Дело было даже не в том, что у меня там плохо получалось, а просто потому что урок был для меня таким же скучным как история магии.

Хотя… Если мне удавалось на нем поскучать, это было неплохо. Обычно все зависело от Елисея Родионовича Золотова, который как раз не всегда давал мне поскучать. Все зависело от его настроения. Понятия не имею, за что он невзлюбил меня с самого первого урока, но факт оставался фактом.

Я грешил на то, что раньше он преподавал в «Тирличе», и на факт его личного знакомства с Шуйским. Неспроста же с тех пор, как Мишка покинул «Китеж», Золотов стал ко мне относиться еще хуже. Когда на него находило, Елисей Родионович цеплялся к каждому моему слову и действию. Как будто с магией крови не ладилось только у меня.

В этом смысле Щекин был гораздо лучше. По крайней мере, он от нас никогда не скрывал, что недолюбливает нас всех и считает тупицами. Во всяком случае, до того момента, когда нам не удается доказать обратное. Все честно.

Я вошел в класс практически одновременно со школьным звонком. Точнее говоря, мы вошли. Мы с Араповой оказались возле двери практически одновременно и, как полагается в таких случаях, я пропустил ее вперед.

— Темников как всегда последний, — сказал Золотов, который стоял возле окна, сложив руки за спиной.

Судя по всему, сегодня он мне скучать не даст. Вот придурок! Видел же, что мы пришли вместе с Араповой! Еще и нацепил один из своих идиотских блестящих костюмов. Даю гарантию, что их для него шили в сумасшедшем доме по спецзаказу. Он молча проводил нас взглядами и дождался пока мы сядем на свои места.

— Что же, если ты так плохо завтракал, что тебе не хватило сил вовремя явиться в аудиторию, надеюсь ты хотя бы сможешь открыть учебник, — продолжил Елисей Родионович, глядя как я копаюсь в школьном рюкзаке. — Хотя не думаю, что в твоем случае есть особая разница закрыт он или открыт. Однако, когда книга перед тобой открыта, это делает ситуацию более обнадеживающей.

Довольный своей идиотской шуткой, Золотов улыбнулся и подождал, пока вдоволь похихикают некоторые ученики, которым были приятны подобные моменты. Я же в этот момент делал вид, что ничего особенного не происходит, и молча доставал из рюкзака учебник с тетрадью.

По собственному опыту я знал, что в такие дни с этим преподавателем лучше не спорить. Тогда существовал пятидесятипроцентный шанс, что он оставит меня в покое и начальным уколом все закончится. Посмотрим, как выйдет сегодня.

— Ладно, перейдем к более интересным вещам, чем обсуждение выдающихся способностей Темникова. Тем более, что сегодня я намерен показать вам кое-что интересное, — сказал Елисей Родионович и посмотрел на три стройных ряда небольших черных шкатулок, которые стояли на его столе.

Надо же, как это я сразу не обратил на них внимания. Впрочем, неудивительно. Этот придурок вывел меня из себя своими идиотскими шуточками.

— Каблукова, Вешняков, раздайте шкатулки ученикам, — распорядился Золотов. — Только осторожнее, там внутри довольно хрупкие стеклянные предметы.

Старосте и ее верному подпевале потребовалось несколько минут, чтобы раздать нам шкатулки. Наставник дождался пока они усядутся на свои места и хлопнул в ладоши:

— Теперь попрошу каждого из вас открыть свои шкатулки.

Мы так и сделали. Последовали щелчки открывающихся защелок, а следом за ними волна удивленного шепота. Внутри шкатулки, на подкладке из темного бархата, был закреплен пузырек с какой-то прозрачной жидкостью, крохотное хрустальное блюдце и серебряная игла.

— Только прошу вас не паниковать раньше времени, — громко сказал Елисей Родионович, пытаясь заглушить гул голосов. — Хотя для некоторых из вас паниковать при виде иглы и стеклянного пузырька — это жизненный принцип. Ничего страшного мы сегодня с вами делать не будем, не переживайте. Я же уже сказал — будет интересно. Хотите узнать, что вас ждет?

Все внимательно посмотрели на преподавателя и в классе повисла тишина. Ясное дело, что всем хотелось об этом узнать. Особенно при виде острой иглы в шкатулке. Дураков в классе не было и все прекрасно понимали, что с кровью не шутят. Тем более, если она твоя собственная.

— Сегодня вы сможете увидеть, как выглядит ваш Дар, — продолжил Золотов. — В пузырьках биомагические идентификаторы, которые помогут вам это сделать. Ну и капелька вашей крови, само собой.

— А почему не волосы? — спросил кто-то из ребят позади меня. — Их нельзя идентифицировать?

— Разумеется нет, — нахмурился Елисей Родионович. — Только кровь способна дать нужный родовой отклик. Не переживайте, после окончания урока, я разрешу вам перелить результаты вашего эксперимента обратно в пузырьки и забрать их с собой. Пока же, открываем их и выливаем содержимое в блюдце.

Все занялись делом. Какое-то время в классе были слышны звуки открывающихся пробок, сопровождающиеся неразборчивыми шепотками.

— Закончили? — спросил преподаватель, когда вновь стало тихо. — Теперь берем иголки и подходим ко мне. Каждый по очереди проткнет себе палец иглой и выдавит в блюдце капельку крови. Одной будет вполне достаточно. Потом покажет всем, что из этого вышло.

Возникла небольшая пауза, во время которой мы все переглянулись между собой, а затем друг за другом потянулись к учительскому столу. Все шли не спеша, чтобы не разлить содержимое своего блюдца, а потому со стороны это напоминало похоронную процессию. Стоявшая в классе тишина лишь усиливала это впечатление.

Золотов тем временем помогал нам выстроиться перед его столом полукругом так, чтобы мы могли видеть друг друга. Даже с учетом того, что аудитория была довольно большой, пришлось немного потесниться. Ясное дело, у каждого же блюдце в руке, вдруг разольется.

— Сразу предупреждаю, что не стоит относиться серьезно к тому, что вы сейчас увидите, — предупредил нас наставник. — Данный реагент скорее забава. Он создан для того, чтобы продемонстрировать вам принцип работы биомагического идентификатора. Работа с более серьезными составами школьной программой не предусматривается. Это всем понятно?

Нестройный хор голосов прогудел, что все понятно. Однако мне все равно было очень беспокойно. Впервые за все время мы работаем с собственной кровью и это меня сильно пугало. Одно дело всякие там мыши с крысами, а другое — моя собственная кровь, для защиты которой я специально добывал живой артефакт. Все это мне не нравилось. Очень не нравилось.

Кстати говоря, Дориан в этом смысле меня полностью поддерживал и считал, что не будет ничего плохого в том, что я вовсе откажусь от участия в этой, как сказал Золотов, забаве. В самом деле, из школы меня за это не выгонят, так что беспокоиться не о чем. Еще одна плохая оценка от Елисея Родионовича меня абсолютно не расстроит. Одной меньше, одной больше…

— Хозяин, можешь не беспокоиться и спокойно отдать каплю своей крови, — сказал в этот момент Красночереп. — Можешь не волноваться, я позабочусь о том, чтобы испортить ее. Если ты переживаешь, что кто-то сможет навредить тебе, то этого не будет.

Слова артефакта-вампира подействовали на меня как успокаивающий эликсир. Если он действительно может это сделать, то беспокоиться не о чем. Конечно, при условии, что живой артефакт не врет. Но на этот счет у меня были большие сомнения. С чего бы ему это делать?

— Точно сможешь? — на всякий случай переспросил я. — Даже если что-то останется на блюдце, после того как я перелью реагент с кровью обратно в пузырек?

— Конечно, — уверенно ответил Красночереп. — Можешь вообще ничего не переливать, если захочешь. Правда, в этом случае, я думаю, это будет выглядеть подозрительно.

— Ясное дело, — ответил я, понемногу успокаиваясь. — Нет, не будем понапрасну драконить Золотова. Если ты говоришь, что мне не о чем беспокоиться, значит поучаствуем в этом развлечении. Возможно это и правда будет забавно.

Тем временем Елисей Родионович подошел к первому ученику, которым оказался маленький и худой Некрасов Илья, взял у него из рук иглу и сказал:

— Да, кстати, чуть не забыл. Если кто-то из вас собирается упасть в обморок, то предупреждайте заранее, чтобы остальные успели среагировать и убрать свои блюдца подальше.

Шутка наставника немного разрядила обстановку. Все посмотрели на Некрасова, над которым частенько подсмеивались из-за маленького роста и телосложения. На третьем курсе он был таким же, как я на первом. Так что про обморок Золотов сказал не зря.

Глядя на Илью, можно было подумать, что стоит ему лишиться капли крови, как это приведет к его немедленной эвакуации в медицинский блок. Однако впечатление, по большей части, было ложным. На самом деле Некрасов был достаточно сильным парнем и не раз демонстрировал на фехтовании, что он может держаться подольше многих ребят покрепче.

— Я в обморок падать не собираюсь, — сказал Некрасов и протянул наставнику свою руку.

— Приятно слышать, что вы говорите об этом уверенно, — с улыбкой сказал Золотов, затем быстрым движением уколол его в палец и выдавил в блюдце капельку крови.

Вокруг Некрасова тут же образовался довольно плотный кружок учеников. Ясное дело, всем же хочется посмотреть, что там будет дальше. Забегая вперед, скажу, что слова Елисея Родионовича насчет веселого развлечения вполне оправдались. Было эффектно.