Александр Герда – Черный Маг Императора 22 (страница 21)

— Во всяком случае, он так представился, а там как знать, может быть и врет… — пожал я плечами. — А ваш шар как зовут?

— Не знаю, — ответил Василий Стахиевич и улыбнулся. — Тот, кто сидит внутри моего шара, ни разу не пытался со мной заговорить. Я уж думал, что принимаю его не за того, кто он есть на самом деле, и мне всучили подделку. Но, как сегодня выяснилось, я не ошибался насчет него.

— Тогда почему вы назвали его Тюремщиком, если говорите, что не знаете его имени? — спросил я.

— Ну вы идете пить чай, или мне вас обоих посохом отходить? — услышал я грозный голос Черткова. — Совсем не уважаете старость! Между прочим, мне не так легко крутиться на кухне.

— Пойдем, Максим, — сказал Хвостов и взял свой шар со стола. — А то вон у Сашки слюни летят от злости. Сейчас мне всю мастерскую забрызгает.

— Василий Стахиевич, а мне свой шар брать? — спросил я на всякий случай.

— Можешь оставить здесь, — ответил он. — Думаю, он никуда отсюда не денется.

Я решил, что не случится ничего страшного, если он постоит на столе. По крайней мере, до того момента, когда я не услышу ответы на свои вопросы и мне станет понятнее, что это за штуки.

Усевшись за кухонным столом, я обратил внимание, что бутылка вина, которую принес с собой Чертков, уже открыта, да и запах у чая был какой-то странный. Во всяком случае, тот, который был в кружках у Хвостова и моего наставника. Мой был самым обычным.

— О! Хороший! — одобрил напиток Василий Стахиевич, после того как сделал первый глоток. — Какой-то особый рецепт?

— Угу, мой фирменный, — кивнул Чертков. — Для особых кухонных посиделок. Извини, Темников, тебе такое пробовать пока рано. Бери вон лучше сушки с маком.

— Спасибо, Александр Григорьевич, — кивнул я и взял одну.

— Вася, ты долго будешь сидеть со своей глупой улыбкой? — спросил у приятеля наставник. — Темников тебе все рассказал, теперь мы хотим послушать тебя. Мне уже самому стало интересно, что это за круглые разноцветные хреновины. Еще и говорящие, ко всему прочему.

— Максим, тебе этот злой дед говорил, чем я занимаюсь вообще? — спросил меня Хвостов.

— Ну… Сказал, что вы изучаете всякие странные штуки… — туманно ответил я.

— Еще, наверное, сказал, что я немного с приветом? — подмигнул мне Василий Стахиевич.

— Хвост, этого я ему не говорил. Просто сказал, что ты необычный, — сказал Чертков. — Не такой как все.

— Да, таких как я мало, — не стал спорить Василий Стахиевич. — Но ты его не слушай, это он из вредности меня полоумным считает. На самом деле я занимаюсь аберрантной магией, а также ее различными проявлениями. В том числе и различными артефактами.

— Какой-какой магией? — уточнил я, замерев с чашкой чая в руках.

— Аберрантной. Магией, сильно отклоняющейся от нормы, — объяснил Хвостов. — Парадоксальной, если хочешь. У меня редкий Дар, который позволяет это делать.

— Типа запечатывания смеха? — спросил я.

— Угу, типа того, — улыбнулся он. — Ну и всякое прочее в том же духе. Ко мне обращаются с различными вопросами, которые не получается разрешить привычными магическими методами. Вот как ты, например. Создание артефактов — это, скорее, мое увлечение, чем работа. Они у меня особенные получаются. Кроме того, я их коллекционирую. Не все, конечно, а только те, которые меня интересуют. Например, какой-нибудь амулет, при помощи которого можно убить Императора и захватить власть, меня мало интересует. Я предпочитаю заниматься чем-то поинтереснее такой ерунды.

Он отпил чай, одобрительно хмыкнул и отсалютовал увесистой кружкой в сторону Черткова, который ответил ему улыбкой.

— Только не думай, что я вместо того, чтобы говорить с тобой по делу, решил рассказать о себе, — продолжил Хвостов. — Просто я хочу, чтобы ты об этом знал. Если человек оказывается в моем доме дважды за такой короткий срок, значит это не случайность, и не будет ничего плохого в том, что мы понемногу начнем с тобой знакомиться поближе. Если ты не против, конечно. Мне кажется, ты притащишь ко мне еще не один артефакт.

— Магические шары ведь не совсем артефакты… — сказал я, припомнив объяснения Градовского на этот счет. — Насколько я понял, это инструменты.

— Все верно, Максим, обычно так оно и есть, — кивнул Василий Стахиевич. — Но не в этом случае. Тебе попалась очень интересная находка. Причем насколько интересная, настолько же и опасная, как я понимаю.

— То есть… Вы в этом не уверены? — растерянно спросил я.

— Сейчас я уверен в этом гораздо сильнее, чем час назад, когда думал, что три шара — это просто выдумка, — ответил он, а я понял главное — оказывается, есть еще одна такая же стекляшка.

Внезапно Хвостов вскочил со своего стула и убежал в свою мастерскую. Вскоре оттуда донесся грохот, как будто упало что-то тяжелое. Как бы не он сам. Будет не очень хорошо, если в этот момент он свернет себе шею.

Однако вскоре Василий Стахиевич вернулся с охапкой свитков в руках и старыми книгами, по одному виду которых было ясно — то, что они не рассыпались до сих пор, уже само по себе чудо.

— Видишь сколько всего? — спросил он, вывалив все принесенное на стол. — В каждой из этих бумаг есть сведения об этих шарах.

Он сел на свое место, взял один из свитков, развернул его и показал мне. На нем был черно-белый рисунок с изображением трех одинаковых по размеру шаров, а также много текста. Что было написано — неизвестно, мне этот язык был незнаком. Однако это и не требовалось, Хвостов сам все объяснил.

— Вообще-то, их называют восточными шарами, — сказал он. — Считается, что когда-то, тысячи лет назад, они были созданы в Персии.

— Тысячи лет назад? — переспросил я, не поверив своим ушам. — В Персии?

— Лично я думаю в Аравии. Оттуда по ним больше информации, — ответил Василий Стахиевич. — Но на самом деле это не столь важно. Все эти бумаги давным-давно превратились в сказочные истории, в которые никто не верит. Лучше слушай историю дальше, это намного интереснее.

Хвостов взял в руку одну из книг и показал ее мне:

— На какой-то момент шары пропадают из вида, а потом вновь всплывают в истории, вот в этой книге, — он потряс ею и улыбнулся. — Точнее один из шаров, вот этот.

Как будто в ответ на его слова, шар с красным дымом внутри отозвался очередным бурлением и появлением недовольной физиономии, которая открывала рот будто что-то хотела нам сказать, но у нее не получалось. Если судить по опыту общения с Филибором, скорее не хотела. Тот говорил достаточно громко, когда ему это было нужно.

— Он появился в Венеции тысячу лет назад, чтобы затем вновь пропасть из вида и породить новые свитки легенд, — Хвостов положил руку на бумаги. — Примерно в это же время, но не в Европе, а в Китае, появляется твой шар, с серым дымом внутри. Некоторое время они будут упоминаться в разных сборниках артефактов, но потом исчезнут оттуда и начнут упоминаться крайне редко. К ним станут относиться как к подделкам, вокруг которых развели слишком много шума из ничего. Обычные хрустальные шары для предсказателей, которые ушлые артефакторы продают коллекционерам по немыслимой цене.

— Пфф… Обычное дело… — фыркнул в этот момент Александр Григорьевич, который внимательно слушал своего друга и запивал его историю ароматным чаем, не забывая подливать в него вино. — Нагреть кого-нибудь на артефактах тысячелетней давности — это святое дело… Особенно раньше…

— Именно так, — кивнул Василий Стахиевич, и в очередной раз, когда Чертков добавлял себе вина, подставил и свою кружку. — Тем более, в случае с этими шарами.

— Почему именно с ними? — спросил я, наблюдая за тем, как чай в кружках Хвостова и моего наставника чудесным образом постепенно превращается в чистое вино.

— Вот здесь начинается самое интересное, — загадочно улыбнулся Василий Стахиевич. — Дело в том, что эти шары начинают работать как должны только в тот момент, когда оказываются все вместе. Ну а с учетом того, что этого никогда не происходило, естественно их магические эффекты считаются выдумкой.

— Хвост, если известно, что они могут делать, значит когда-то это все-таки происходило, — резонно заметил Александр Григорьевич. — Иначе откуда это было бы известно?

— Происходило, — согласился Хвостов. — Но очень давно. До того, как их разлучили, а случилось это еще черт знает когда. Кстати говоря, достоверно не известно, что именно они делают. Существует несколько разных версий, и каждый выбирает ту, которая ему больше нравится. С учетом того, что проверить это нельзя, можно придумывать любые небылицы. Лично я выбрал для себя наиболее вероятную теорию, на мой взгляд. Она появилась раньше всех и к тому же совпадает с моими личными ощущениями.

— Расскажете? — с нетерпением спросил я и посмотрел на красный шар.

— Само собой, — кивнул он и пододвинул шар поближе к нам. — Всего их три — серый, красный и белый. Каждый цвет обозначает сущность, которая заточена внутрь шара. Давай для удобства назовем их духами, если хочешь. Хотя, на самом деле, в первых источниках было написано, что это три джинна, которых лишили части их силы и прокляли.

— Прокляли? — насторожился я, услышав понятие, которое явно входит в круг моих профессиональных интересов. — В каком смысле?

— Одна из версий говорит о том, что это проклятье наложил на них сам создатель этих шаров, — ответил Василий Стахиевич. — Считается, что после того, как он понял, насколько мощных духов ему удалось подчинить, он проклял их, чтобы их сила могла работать лишь в тот момент, когда они собираются вместе.