Александр Герда – Черный Маг Императора 20 (страница 44)

— Я тоже так думаю, — согласился я с ним. — Значит нужно сделать так, чтобы этот артефакт исчез.

В раздумьях я остановился рядом с одной из многочисленных лавочек, сбросил с нее снег и расположился с комфортом, подперев подбородок руками. Сложная задачка… Здесь было над чем подумать… Жаль, конечно, что мой верный Градовский не может залететь к Огибалову в комнату и стащить артефакт. Это был бы самый простой путь… Однако он невозможен, а значит нужно искать другой вариант.

Так… Ну допустим отыскать артефакт в комнате Артемия я смогу легко. Для этого у меня есть дар Вагассо, который меня уже не раз выручал в таких ситуациях. Уверен, что в данном случае особых сложностей не возникнет.

Будем считать, что ответ на первый вопрос задачки найден. Теперь нужно отыскать ответ на второй вопрос, а именно — как попасть в комнату Огибалова? Причем сделать это нужно ночью, пока вся общага будет спать крепким сном. Нельзя оставлять это на утро. Проблема должна быть решена до того, как мы окажемся на Лысом Камне.

— Очень хорош вариант с некрослоем, — сказал Дориан. — Все выглядит максимально просто. Заходишь в комнату Огибалова, используешь дар Вагассо, затем выходишь из него, забираешь артефакт, и снова уходишь в некрослой. Изящно получается.

— Угу, согласен, изящно. Только непонятно, что будет со мной после того, как я открою второй портал, — вздохнул я. — Ты помнишь, что произошло в подземной оранжерее? Как-то совсем не хочется вынырнуть из портала и грохнуться в обморок. Артемий сразу же поднимет на уши всю общагу и скажет, что я хотел его обокрасть.

— Почему ты решил, что обязательно потеряешь сознание? С тех пор ты стал намного сильнее, — не сдавался мой друг. — Я бы предположил, что все должно получиться.

— Нет, Мор, так не пойдет, — покачал я головой. — Слишком рискованно. Нужно искать какой-нибудь другой способ.

— Над чем задумался, хозяин? — спросил у меня в этот момент Петр Карлович. — Размышляешь, как бы не дать Огибалову пронести артефакт на дуэль?

— Типа того, — кивнул я. — Можешь что-то предложить со своей стороны?

— Кем бы я был, если бы не подумал об этом, хозяин, — с гордостью сказал Петр Карлович и подлетел поближе. — Нужно украсть у него артефакт.

— Тьфу ты… Бестолочь какая… — разозлился Дориан.

— Это я и без тебя понимаю, — скривился я и посмотрел на призрака, с которым ругаться сейчас из-за его очевидных предложений у меня просто не было времени и желания. — Вот бы ты еще и надежный способ для этого подсказал, цены бы тебе не было.

— Есть такой… — шепотом сказал он, как будто здесь кто-то мог нас услышать. — Ты помнишь тот Эликсир Невидимости, который ты выменял в Липином Бору на чепукреков? По-моему, пришло время его использовать. Если что, то я знаю, где он прячет этот артефакт.

Я удивленно посмотрел на призрака и в этот момент меня охватила радость! А ведь это отличная мысль! Выпить эликсир, открыть дверь к нему в комнату при помощи дара Форваля, пробраться внутрь и забрать артефакт. Здорово получается! Даже Вагассо просить не требуется, чтобы он помог найти нужную вещь, призрак знает, где она находится.

— Градовский, ты просто умница! — похвалил я его второй раз за этот вечер. — Извини меня за орден четвертой степени, ты наработал на третью! Сразу чувствуется, что у тебя в крови талант взломщика!

— Я всегда говорил, что я самый лучший помощник, — с гордостью сказал Петр Карлович, а я в это время уже обдумывал, как это все провернуть.

— Да, неплохой планчик… — нехотя согласился Дориан, когда я уже все более-менее продумал и шагал в сторону главного корпуса. — Не самый лучший, конечно, но на безрыбье, как говорится…

— Ты можешь предложить что-то получше? — весело спросил я. — Валяй, я открыт к предложениям.

— Мог бы, конечно. Просто времени мало на размышление, — ответил он. — Пусть уж будет этот. Главное, чтобы Огибалов не проснулся, когда ты будешь к нему в комнату ломиться.

— У нас же есть Градовский, который может проверить, насколько крепко тот спит, — напомнил я ему и посмотрел на радостного призрака, который с важным видом плыл впереди меня. — Не переживай, отличная идея. Устроим-ка сюрприз для Артемия! Ну и для Серебряковой заодно. Пусть ей папаша надерет ее тощую задницу, чтобы вещи его не брала.

После того, как в моей голове появился план по избавлению Огибалова от артефакта, даже идти стало намного легче. Вот бы еще узнать про тот сюрприз, о котором он говорил Юрасову…

Кстати! Какого черта я ломаю себе голову? Если я буду в его комнате, значит можно будет проверить все его артефакты, разве нет? Для чего мне тогда Красночереп!

— С удовольствием помогу тебе, хозяин, — отозвался на мою идею живой артефакт. — Не хочу хвастаться, но если бы ты знал, сколько дуэлей я помог выиграть своим бывшим владельцам. Я даже если захочу, то все не смогу вспомнить.

— Еще бы… — усмехнулся я. — Знать слабости твоих врагов перед боем… За такое дорого можно заплатить…

— В его случае ты это и делаешь, — сказал Дориан. — Что может быть дороже, чем плата собственной кровью?

Когда до главного корпуса оставалось совсем немного, я решил, что перед встречей с княжичем лучше будет все-таки наведаться в свою комнату и оставить там вещи. С Лешкой за пятнадцать минут ничего не случится, а с сумками в руках я буду выглядеть максимально странно.

К тому времени как я вошел в столовую, Нарышкин уже весь извелся, и как только сел я за стол, тут же налетел на меня как коршун.

— Какого хрена, Макс? — прошипел он и постучал пальцами по своим наручным часам. — Время видел? Ты когда спать собираешься вообще? Или будешь завтра ходить по Лысому Камню как сонная тетеря?

— Не ори, нас услышат, — прошипел я и обвел красноречивым взглядом пустые чашки из-под кофе, которые стояли перед ним. — Соскучился, я так понимаю?

— Ты еще и шутишь? Кто услышит? Кроме нас двоих здесь нет никого… — недовольно сказал он, но голос все-таки немного понизил. — Ну-ну, шути-шути… Как бы завтра плакать не пришлось. Если что, я за тебя вступаться не стану! Будешь знать, как на дуэль неподготовленным ходить!

— Брось, куда ты денешься, — сказал я и взял зефирку с тарелки, которая стояла перед Лешкой. — К тому же, к дуэли я как раз подготовился. Пока меня не было, мой верный Градовский устроил за Огибаловым тотальную слежку, так что я теперь во всеоружии.

— Да? — недоверчиво спросил княжич, а затем на его лице появилась улыбка. — Тогда совсем другое дело. Давай, рассказывай тогда, если есть чем похвастаться.

— Новостей целая куча! — заверил я его и расстегнул куртку. — Сейчас я себе какао налью и расскажу.

— Он еще и какао пить собрался… — засопел княжич. — Ты издеваешься?

— Леха, я замерз как собака. Имею право на маленькую чашку какао перед сном, — сказал я. — Потерпи пару минут.

Однако одной чашкой какао я не ограничился. Взял заодно еще пару булочек с корицей. От них шел такой сумасшедший запах, что отказаться было просто невозможно.

Нарышкин с неодобрением посмотрел на тарелку в моих руках, однако нужно отдать ему должное, он проявил железную выдержку и дал мне возможность съесть хотя бы одну булочку, прежде чем спросил:

— Макс, ты начнешь наконец говорить, или тебе съездить по уху?

— Поесть не дадут спокойно, — сказал я, однако решил, что вторую булочку лучше будет оставить на потом и принялся за свой рассказ.

Пока я говорил, Нарышкин внимательно меня слушал, стараясь не выдавать своих эмоций, хотя получалось у него это, прямо скажем, не очень хорошо. Я-то издалека начал, еще с разговора с мертвецом.

Следом за этим пришел черед разговора с Императором, в котором я особо выделил турнир, а вот о проклятьях говорил уже поменьше. Подробности Лешке ни к чему. О моих возможностях он и так знает, разве что теперь будет знать о моей появившейся практике…

Ну так, по словам Романова, слухи об этом и без того уже ползут по всей Москве, поэтому чего здесь скрывать? Вот разве что о помещении, где я буду работать, пока ничего говорить не стал. Для начала я его сам под себя найти хотел, а там уже будет видно.

На десерт у нас был Огибалов с Юрасовым, да еще и примкнувшей к ним Серебряковой. Лешка слушал меня с открытым от удивления ртом, который с каждой новой подробностью раскрывался у него все шире. Когда я закончил, он встал из-за стола, принес себе еще одну чашку кофе, и лишь после того как выдул ее, сказал:

— Нет, ну не сучка? — хмыкнул он. — Надо же, не поленилась ради тебя из Катринбурга притащиться!

— Согласен, — кивнул я. — Меня это тоже больше всего взбесило. Юрасов — это такое… Я подозревал, что Огибалов возьмет секундантом его или Вильсона. Он с ними в последнее время прямо не разлей вода. А вот Серебрякова меня удивила, нечего сказать.

Нарышкин еще какое-то время посокрушался над всем услышанным, однако пришел к выводу, что факт присутствия призраков на Лысом Камне здорово облегчает ситуацию. С ними уже будет полегче, и в этом я был с ним абсолютно согласен.

— Вот бы его еще и этого долбаного артефакта лишить из демонских кишок… Вообще было бы здорово… — сказал он, затем наклонился ко мне поближе и предложил. — Слушай, Макс, может быть, перенесем дуэль на другой день? Не будет же Серебрякова сюда каждые выходные кататься, правильно? Кстати говоря, и ей можно намекнуть между делом, чтобы она сюда дорогу забыла…