Александр Герда – Черный Маг Императора 20 (страница 24)

Однако, даже с учетом всего этого, приходилось признать — если не считать некоторых не очень сильных ритуалов, ничего пока на уроках Пальчиковой не происходило. Все в основном сводилось к теоретической подготовке. Даже проведенные нами ритуалы были примитивны и скорее должны были объяснить нам базовый принцип этой науки.

Я думаю, причина в том, что ритуалистика сама по себе крайне опасный предмет, где любая ошибка могла повлечь за собой довольно серьезные последствия. Может случиться так, что их будет крайне непросто устранить, и даже если удастся, то не факт, что когда-нибудь в будущем это не аукнется каким-нибудь непредсказуемым образом.

В этом плане, ошибки здесь были так же опасны, как и в случае с проклятьями. Правда лично для меня в этом была очень большая разница, как раз таки проклятья я знал исключительно хорошо и не мог в них ошибиться.

Мое решение вплотную заняться ритуалистикой чудесным образом совпало с тем, что теперь мы будем работать в другом кабинете. Он находился на последнем этаже в самой дальней части коридора. С непривычки я даже не сразу нашел его, потому что до этого уроков на последнем этаже у нас еще не было.

Я влетел в кабинет в самый последний момент, когда Пальчикова уже внимательно осматривала всех присутствующих. Едва я закрыл дверь за собой, как она вновь открылась и в кабинет вбежал мой запыхавшийся одноклассник, который, видимо как и я, долго бродил по коридору пока нашел нужное место.

Стефания Ярославовна недовольно посмотрела на нас, но промолчала. Это означало, что мы можем спокойно идти на свои места. Вот только где здесь мое привычное место, если кабинет был совсем не таким, к которым мы привыкли.

Кабинет был почти круглым, кроме того, здесь не было и привычных нам парт. Потолок нависал над непривычным классом, пол которого ярусами уходил вверх. Поэтому создавалось ощущение, что я нахожусь в подобии амфитеатре, а не в школьном кабинете. Только этот был с крышей, а вокруг не камень, а дерево.

Этажами надо мной возвышались соединенные вместе столы, за которыми шли такие же соединенные между собой лавки. Все было устроено так, чтобы мы сидели не на отдельных местах, а как будто вместе. Понятия не имею, для чего это было нужно, однако мне такая идея не нравилась. Что может быть лучше индивидуального места? Терпеть не могу, когда кто-то сидит рядом.

Пока поднимался на третий этаж, где народ сидел реже всего, я ощутил, что в этом кабинете был какой-то необычный запах. Пахло старым деревом и почему-то сушеными травами.

В тишине, которая воцарилась в кабинете, слышно было лишь как ребята перешептываются между собой, скрип деревянных ступенек под моими ногами и покашливание Пальчиковой, которая что-то записывала в своем журнале.

Выбрав для себя подходящее место, где можно было разместиться достаточно свободно, я выложил на стол учебник и посмотрел на Стефанию Ярославовну. Так как мы смотрели на нее сверху, создавалось ощущение, что она как будто была на сцене, в центре которой стоял учительский стол.

Кроме того, отсюда был хорошо виден небольшой круг, который был начерчен на полу. Да ладно? Неужели мы наконец-то займемся практикой? Хоть что-то интересное… Может быть, мне теперь и Эликсиры Бодрости не понадобятся. Как ни крути, но даже с учетом моего интереса, не заснуть под монотонный голос Пальчиковой — дело сложное. Этому мне еще предстояло только научиться.

— Доброе утро, ученики, — наконец начала урок Стефания Ярославовна, прекратив писать. — Надеюсь, все заметили, что с этого момента мы будем заниматься в другом кабинете?

По классу прокатился гул голосов, означавший, что да, перемену заметили все без исключения. Даже самые недалекие из нас.

— За время обучения мы с вами должны дважды менять наше место нахождения, — продолжила она, поправив свою гулю-прическу. — Это первый раз, а второй будет на пятом курсе, когда мы переберемся в школьный подвал. Там расположен ритуальный зал, который будет нам необходим для наших уроков.

Вновь прошла волна шепотков по классу, которая практически сразу стихла под строгим взглядом преподавателя.

— Здесь мы с вами будем заниматься не только теорией, но кое-какими практическими опытами. По крайней мере, это будут делать те из вас, которые достаточно хорошо справятся с теорией. Те, кто будет не допущен к практике, летом получат минимальные проходные баллы на следующий курс. Думаю, это понятно, — сказала она и бросила взгляд на некоторых учеников, в числе которых был и я.

Само собой. Вот только зря вы на меня так смотрите, Стефания Ярославовна. Получать подачку в виде минимального проходного балла в мои планы явно не входило.

Я подмигнул Пальчиковой в ответ на ее строгий взгляд и мне показалось, что от неожиданности она даже вздрогнула. Ну что же… Попробуем взяться за ритуалистику еще один раз… Как вы там сказали, мне светит минимальный проходной балл?

Глава 14

Подарив всем нам тяжелый многообещающий взгляд, в котором мы должны были увидеть грядущие трудности, Стефания Ярославовна вновь вернулась к уроку:

— Однако сегодня нас еще ждет теория. Одна из самых интересных тем, на мой взгляд, которые покажут вам ритуалистику несколько с другой стороны, — сказала она.

Странное дело… В этом кабинете была интересная акустика. Мало того, что голос преподавателя перестал казаться мне тоскливым и нудным, так он еще и стал намного громче. Казалось, он заполнял собой все пространство вокруг, заставив нас всех замолкнуть и сосредоточиться на ее словах.

— Тема урока сегодня: «Редкие ритуальные предметы, их природа и обращение с ними», — сказала Улитка, затем медленно встала со своего стула и сделал несколько шагов, заняв место в центре круга. — Вы уже знаете, что сила любого ритуала основывается на трех вещах: воля мага, верная форма и правильные ритуальные предметы. Любопытно, но именно последнюю вещь многие неопытные ритуалисты склонны недооценивать. На мой взгляд, это странно. Особенно учитывая то, что очень часто эти предметы являются не столько инструментом или проводником, сколько источником силы.

Она сцепила руки за спиной и медленно обвела взглядом класс, вдруг остановившись на мне.

— Темников… Скажи мне, что именно ты представляешь себе при словосочетании «ритуальный предмет»? — спросила она.

— Ритуальный нож, например, — ответил я. — Свечи или какая-нибудь чаша… В учебнике они чаще всего упоминаются.

— Верно, — кивнула она и мне показалось, что в ее взгляде я заметил легкое удивление. — Большинство согласится с тобой. Предметы, которые ты назвал, это азбука ритуалистики. Однако в ритуальной азбуке есть буквы, которые на практике встречаются не часто.

Пальчикова щелкнула пальцами и прямо перед ней в воздухе появилась иллюзия черного колокола. Кстати, по части иллюзий она была очень хороша. Как правило, изображения, которые она создавала, были статичны и не дрожали.

— Кто-нибудь знает, что это такое? — ответом ей были тишина и скрип ученических лавок, на которых мы сидели. — Этот предмет называется Немой Колокол. В хранилище «Китежа» есть парочка таких в натуральном виде. Возможно, в следующем году я покажу вам в чем разница, если проводить ритуал с ним и без него.

— Хорошая вещь, — сказал в этот момент Красночереп. — У одного из моих бывших хозяев был такой. Если в этом возникнет необходимость, Максим Темников, я подскажу тебе, где его искать.

— Немой Колокол — один из редких ритуальных предметов, которые мечтает заполучить любой мастер ритуалистики, — продолжила тем временем Стефания Ярославовна. — Металл для его изготовления выплавляют из руды, добытой в пещерах, куда никогда не доходил солнечный свет. Звук этого колокола не слышен ушами. Он поглощает его. Ты что-то хочешь спросить, Каблукова?

— Зачем он нужен? — не выдержала наша староста. — Как можно применять в работе беззвучный колокол?

— Очень просто, он создает купол безмолвия, в котором все слова ритуалиста становятся намного сильнее, — ответила ей Улитка. — Вы пока еще не в состоянии оценить всю важность этого, поэтому просто запомните мои слова. Однако, в работе с Немым Колоколом есть один нюанс, о котором всегда нужно помнить. Его продолжительное использование ведет к глубокой меланхолии и апатии. В какой-то мере он заглушает не только лишние звуки, но и душу. Поэтому следует применять его лишь в особых случаях.

Вокруг послышались характерные звуки, которые означали, что все старательно записывают слова преподавателя. Я не стал исключением и тоже сделал вид, что пишу, хотя на самом деле я не очень понимал зачем это нужно делать. Как можно забывать о таких вещах?

Когда снова наступила тишина, иллюзия Немого Колокола исчезла, а вместо нее появилась новая — скопление белых, переплетенных между собой корней.

— Об этом предмете мы долго говорить не будем, — сказала она. — По большей части его используют ученики небесных классов, так что вам я показываю его для общей информации. Просто, чтобы вы знали о его существовании. Предмет называется Чистоградие и применяется в ритуалах исцеления, роста и очищения. Вам будет интересно узнать, что он считается более редким по сравнению с Немым Колоколом.

— Что в нем такого сложного? — спросил я, размышляя над вопросом — есть у Лешки такая штука или нет. — Почему он такой редкий?